Глава 1. Не время мечтать

ВИКА Двумя днями ранее – Мне казалось, ты оставила личные обиды в прошлом. Усмешка Яна Варшавского обескураживает своей беспардонностью. В наглых, голубых глазах – льдинки. Даже странно, что еще недавно я находила в них какие-то намеки на чувства. Вернее, отчаянно пыталась найти. – Ян, мы не о личном. Как раз сейчас мы – о делах. Но ты ведь для себя все уже решил, так? И даже не собираешься дать мне шанс. – Шанс, – задумчиво произносит Варшавский и растягивает губы в улыбке. Неискренней и фальшивой, как и он сам. – Так, – теряю терпение, – давай начистоту. Тебе интересен мой проект? Если да, то мы продолжаем диалог. Если нет – скажи сразу и я уйду. – Собралась искать другого инвестора, да? – Да. Для развития дела мне нужны инвестиции. И если ты мне отказываешь, то я пойду к другим. Без проблем. Стараюсь верить в то, что говорю. Но все обстоит в точности наоборот. – Хорошо, давай еще раз подумаем… Под твой проект найти инвестора будет не так-то и просто. Конечно, я могу кое-кому позвонить, Вика. Особый упор на моем имени. По мнению Яна это должно что-то означать для меня. Намек. Но в моих же интересах игнорировать все намеки. Мы расстались. За две недели до свадьбы, расторгли помолвку по моей инициативе. И так будет лучше. Все, что сейчас происходит между нами – исключительно деловые отношения. Вернее, пока только их перспектива. Только бизнес и ничего личного. Мне так хочется думать. Но, видимо, у Яна Варшавского иное мнение. Официант приносит нам карту меню и Ян, вальяжно развалившись на диванчике, тут же заказывает виски. Показательно игнорирует мой протестующий жест. – Две порции, без льда. – Минералку, – только и успеваю пискнуть я. Принципиально не хочу пить со своим бывшим. И по ходу, разговор придется закруглять. Чувствую, что вообще зря согласилась на встречу с ним. Но иных вариантов больше не было. – Вика, давай нормально поговорим. Все-таки не чужие люди друг другу. Морщусь, но оставляю эту ремарку без ответа. Ян откладывает папку с моим бизнес-планом и закрывает ее. Показательно. Словно дает понять, что сейчас не настроен говорить о делах. – Как ты? За два месяца мне ни разу не написала, не позвонила. У тебя все хорошо? – Нормально, Ян. Все нормально. Ян достает из внутреннего кармана пиджака портсигар с золотой, фамильной монограммой на крышке. Показательный пафос семейки Варшавских, он во всем – даже в таких мелочах. Закуривает и я инстинктивно уворачиваюсь от дыма. Не курю и терпеть не могу, когда мне дымят в лицо. Но Ян не обращает на это никакого внимания. – Я очень скучал, – сознается Варшавский и пристально смотрит на меня. Ждет реакции. Но сердце не ёкает. Мне абсолютно все равно. – Ян, все в прошлом. Ты изменил, я узнала то, что ты собирался скрыть от меня. – И ты так спокойно об этом говоришь? Я ж попросил прощения. Ну сколько можно, что тебе еще надо? Сорвался маленько, по пьяни с кем не бывает. Зайка, хватит дуться. Да я даже не помню ее имени. Официант приносит два бокала виски и стакан минералки. Ян залпом выпивает свой бокал и алчно поглядывает на мой, нетронутый. – Я же сказала, что пить не буду. Только минералку. Пожимая плечами, он забирает мой бокал и отпивает глоток. Еще одна затяжка и я снова уворачиваюсь от дыма. Разговор явно пошел не в то русло. – Ладно. Я все поняла. Это были только слова о том, что мы можем продолжить общение на деловом уровне. Ян, я завтра же пишу заявление и увольняюсь по собственному желанию. – Ты ж и так на удаленке, зачем увольняться? – Ян, все решено. Так правильно. – Вика, ты серьезно? Из-за нас? – Нет никаких «нас». Уже два месяца. И да, я серьезно. Если ты не можешь отделить деловое от личного, то работы у нас не получится. Я предложила тебе финансирование моего проекта. Ты ясно дал мне понять, что готов помочь мне лишь в одном случае. – И в каком же? Явная издевка в тоне Варшавского больше не смущает меня. – Если я снова стану твоей девушкой. Или твоей невестой. Ну или просто любовницей. – Многие были бы счастливы… – Многие – да. Но я – не они. Так что, спасибо тебе за потраченное время. Заявление завтра будет готово. В льдисто-голубых глазах Варшавского плещется неприкрытая злоба. Не привык Янчик терять свои игрушки. И чую, с моим увольнением тоже будут проблемы. – Вика, подумай. На твоем месте… – Ян, – обрываю его, – ты не на моем месте. И никогда не был на моем месте. Всего хорошего. Вскакиваю с диванчика и уворачиваюсь от попытки Яна меня перехватить. Пролетаю в сантиметре от его ладони и едва не сшибаю с ног официанта, спешащего к нам. – Вика, Ларина! Стоять, – угрожающе рычит мне Варшавский, но на крик я не реагирую. На парковке вдыхаю свежий воздух, пытаясь выдохнуть из себя прокуренный смог, исходящий от Яна. Зато, убедилась в том, что мои недавние подозрения оказались не так уж и беспочвенны. Вот только сейчас мне предстоит очень нелегкая задача. Придется распустить наш проект и эту новость мне придется сообщить моим ребятам прямо сейчас. Увы, как ни старалась, а найти подходящего инвестора для своего проекта я не смогла. Попытка совместить работу обозревателем политических новостей в крупном сетевом издании и открытие собственного дела тоже потерпела крах. Приморский мегаполис – большая обманка. Со стороны кажется, что в этот город стекаются огромные суммы денег со своей страны. Но в реальности все немного иначе. И по сути, в этом городе заправляет лишь небольшая верхушка, бизнес–элита. Где все – «свои». Случайных здесь нет. Так уж вышло, что отец моего бывшего, владеет крупными холдингами, в том числе и нашим издательством. Которое ему лично никак не интересно, но – вполне подходящая игрушка для его сына. И отказавшись выходить за Яна замуж, я просто попала в «черный список» тех, кому не рады ни в одной приемной мало-мальски успешного инвестора. Завожу двигатель и гляжу в сторону выхода из ресторана. На пороге стоит Ян и докуривает сигарету. Пиджак неряшливо расстегнут и сбился, ворот рубашки чуть съехал. Сталкиваюсь с его озлобленным оскалом и поспешно выруливаю с территории парковки. Погода портится, словно в тон моему настроению. Безнадежно испорченному результатом общения с Яном. Центр города намертво скован пробками. Дождь и порывистый ветер лишь усиливают аварийные ситуации на дорогах. Но мне надо на окраину города, в небольшой офисный центр, где мы снимаем крохотный офис. Доезжаю без проблем, вот только с парковками – серьезная беда. Приходится бросать машину за пару сотен метров от входа. Добегаю до дверей вся вымокшая под проливным черноморским дождем. Лифт мчит на последний этаж. Зажмуриваюсь и мысленно репетирую то, что скажу. Дурные вести не любит никто, но мои ребята к ним готовы. Жаль, все очень хорошо начиналось. Многообещающе. – Вика, ты как всегда без зонта, – хмыкает Костя и щелкает кнопкой электрического чайника. – Зато с дурными вестями, – парирую ему и получаю в ответ задорную улыбку. – Да ладно, прорвемся. Не последний инвестор, будут и еще. В крайнем случае, рванем в Москву. У меня там есть кое-какие подвязки. Смотрю за тем, как Костя отсыпает в мою кружку дикое количество растворимого кофе. Заранее становится нехорошо от такого количества допинга. Но в последнее время я живу в постоянном стрессе и организм уже не реагирует на малые дозы кофеина. Такими темпами на мне озолотятся все кофейные ларьки в окрестностях нашего маленького офиса. – Осторожно, кипяток, – комментирует Костя и протягивает мне кружку с дымящимся кофе. Блаженно отхлебываю первый глоток и по телу разливается приятное тепло. Парадокс, но сейчас мне приходится заполнять свою жизнь вовсе не тем, что приносит мне радость. Кофе, вместо чая. Ян… … Вместо Руслана. Отгоняю непрошенные воспоминания. Только в них еще не хватало увязнуть. Прошлое – в прошлом. В моем сердце больше нет места для несбывшихся надежд. Не время мечтать. – О, без меня тут обсуждаете? Ну что, поговорила с Яном? – в двери протискивается наш добродушный толстячок Борька. Гений статистики и аналитики. – Отказ, ребята. Опускаю взгляд. Удар по самолюбию – не то, что хочется разделить с университетскими друзьями. – Предсказуемо. Хотя, теряет ведь немалые суммы. У тебя было выгодное предложение. – Ну как сказать – выгодное. Ему это – даже не на карманные расходы. Просто хотела убедиться окончательно, что за отказами от других инвесторов стоит именно он. И его отец. – Убедилась? – понимающе хмыкает Костя. – Ага, – шмыгаю носом и делаю еще один глоток горячего кофе, – заодно пообещала уволиться из медиа-холдинга. Жаль, конечно. Но терпеть подкаты Яна я больше не хочу. Хорошо, если еще трезвый… Ребят, простите, подвела вас. – Так, – рассуждает Боря, – офис оплачен еще на месяц. За это время многое может поменяться. К горлу подкатывает комок слез. Друзья в меня верят. Я горела этим делом. Хотела организовать свой независимый проект по ведению избирательных компаний. А между выборами – заниматься формированием имиджа крупных предпринимателей. Управление репутацией и политический консалтинг – это всегда приносит прибыль. К тому же, с моей специализацией по политической журналистике… Но все упирается в рекламу. И деньги. Чертовы деньги. – Согласен с Борей, – подключается Костя, – этот месяц мы еще доработаем. А дальше будем думать. Рано ставить крест на нашем проекте. Может еще успеем выйти на крупного клиента. Кофе почти допит. Дождь за окном только усиливается. Рабочего настроения – ноль. – Давай-ка, ты домой, а? – тактично предлагает Боря. – Угу, – сдавленно сиплю и киваю ребятам. Боюсь столкнуться с их понимающими взглядами и разреветься прямо сейчас. Нервы на пределе. Пулей вылетаю в холл и быстро вызываю лифт. Реветь на всю катушку лучше без свидетелей. Кое-как добегаю до машины и с шумом захлопываю дверцу. Слезы – градом. Вздрагиваю, когда на телефон приходит входящее сообщение. Холодею от ужаса, но все же нажимаю на значок уведомления. Затравленным зверьком, едва слышно бьется сердце. Захожу в электронную почту. К пустому телу письма, отправленного с анонимного адреса, прикреплено изображение. Фото сделано час назад. Кто-то снимал меня сверху, скорее всего – со второго или третьего этажа в здании напротив ресторана. Тот момент, где я смотрю в сторону входа в ресторан и сажусь в машину. Вот я открываю дверцу авто. Взгляд направлен на Яна, стоящего в дверях ресторана. И сетка оптического прицела, наложенная на фото.