Глава 25. Белый орёл

РУСЛАН На время короткого, телефонного разговора с Варшавским-младшим пришлось выйти из кухни. Предчувствие снова не подвело, и этот звонок точно не предназначался для Викиных ушей. Возвращаюсь и сталкиваюсь с перепуганными глазищами Вики. – Ты ведь мне ничего не скажешь? – Нет. Вика обреченно опускает погасший взгляд. – Уезжаешь сейчас… – Да. Наплевав на ранение плеча, подхватываю ее на руки и уношу в спальню. Она молчит и мне кажется, сдерживает слезы. Закутываю Вику в свою рубашку и укладываю на постель. Натягиваю на нее плед. С пару мгновений смотрю на нее. Вижу перед собой маленькую, испуганную и сейчас такую ранимую девочку. Сердце сжимается. – Вик, не провожай. Малышка очень стойко старается изо всех сил не разреветься прямо сейчас. Доверчиво хлопает ресницами и надеется, что я все-таки останусь. Но надо ехать. Срочно. Целую ее и ладонью притормаживаю ее попытку встать с постели. – Не надо. Не провожай. Так правильно. Для нас обоих. Быстро собираюсь и выезжаю. Благо, все необходимое давно лежит в багажнике машины и в нескольких тайниках в салоне джипа. Подавляю искушение бросить взгляд в окно спальни. Уверен, Вика стоит у окна. Чувствую, как она волнуется и провожает меня взглядом. Крепко же ее запугал Адам. Она готова постоянно прятаться и убегать. Но я не готов к тому, чтоб моя женщина жила в страхе. И в бегах. Дорога до города сейчас пуста и заметить хвост в такой ситуации – проще простого. От того-то и в зеркалах все чисто. С учетом предельной скорости, навигатор показывает не меньше часа пути. Даже если сократить объезды… В Германа стреляли. Он – в реанимации, без сознания. Нетрудно догадаться, что мой номер телефона Ян получил от отца. Пока оставляю открытым вопрос о нашей предстоящей встрече. И усилием воли отключаю эмоции. Ян Варшавский – бывший жених Вики, но мне нельзя срываться. Ревность неуместна. Вика сделала свой выбор. А я сделал свой. Один из телефонов на приборной панели оживает. Рабочий. Не к добру, точно. Генерал Макаров на связи, лично? Принимаю вызов, но поздороваться не успеваю. – Руслан, срочно приезжай. – Если про Германа, то я в курсе. Приказы начальства не обсуждаются, но сейчас у меня – свои задачи. Я сам по себе. По ту сторону трубки – секундная, напряженная пауза. – Я больше не смогу сдерживать ситуацию. Ход делу уже дан. Отключается. Понимаю, что лично он бы мне сообщил гораздо больше. И так ведь рискует, говоря по телефону. У него – свое начальство. И с Макарова в случае провала операции тоже спросят, на его уровне. Да так, что мало не покажется. Тем важнее мне добраться до Адама и свести все нити воедино. Убрать Вику из этого дела. Вывести из-под удара. Ведь выйдут на нее, если уже не вышли. Адам постарался подставить отца, но при этом использовав Вику. Понимаю, что Адам Юсупов не расколется так просто и пока решаю не думать об этом. Будем действовать по обстоятельствам. Притормаживаю у особняка Варшавских и въезжаю на территорию. Вижу несколько полицейских машин, скорую и еще пару «патриотов». Догадываюсь, что это – из наших ребят. Машины, одна за другой, покидают территорию особняка. К счастью, мое появление ни у кого не вызывает особого интереса. Сейчас я тут – неофициально. Прохожу в открытые двери и сразу попадаю в холл-гостиную. Кругом – бардак. – Добрый вечер, – сипло прокашливаясь, угодливо здоровается Ян. Приглядываюсь к нему. Непривычно трезвый. Взгляд осунувшийся. Рубашка наброшена на него так, что прикрывает бинтовую перевязь, с проступившей кровью. Сухо киваю. Задушевные беседы вести не намерен. – Что произошло? – Адам, – прокашливается Ян, – слетел с катушек. Мы крупно повздорили. На него это не похоже. Слово за слово… Отец услышал перепалку и вбежал в зал. Вот здесь все и произошло. Ян дергается от болезненных воспоминаний и кивает на диван, залитый кровью. – Что именно? – сухо чеканю, пытаясь воссоздать картину событий. – Адам выхватил оружие и выстрелил в меня, отец успел закрыть меня собой и … Нет, тут что-то не сходится. Вообще не сходится. Никак. Смотрю на диван и снова перевожу взгляд на Яна. Восстанавливаю цепь событий. – Ян, – стараюсь сдерживать эмоции и говорить спокойно, – ты ведь понимаешь, что у Адама профессиональная реакция. И выучка. Варшавский-младший продолжает глядеть на меня с непонимающим видом. – И находясь в паре метров от тебя, он запросто мог пристрелить тебя. Ты веришь в то, что Юсупов с такого расстояния не попал бы тебе в сердце? И в голову. Ян таращится на меня осоловело-мутным взглядом, в котором четко читается страх. Машинально прикладывает ладонь ко лбу. Отбросить эмоции. Восстановить картину. Которая с каждой секундой становится все яснее. И мрачнее. – Вы ссорились? Из-за чего. Ян делает шаг назад. Взгляд начинает воровато и испуганно бегать по гостиной и снова задерживается на диване. – Вика давно нравится моему брату. Адам давно по ней с ума сходит. Ты знал? Сглатываю сухой воздух. Усилием воли подавляю эмоции. Придушить бы сейчас обоих отпрысков Варшавского. И Германа заодно к праотцам отправить за то, что такой бардак заварил. – Знал. – Адам с катушек слетел. Слово за слово… – растерянно повторяет Ян, – говорил, что Вика только для него. И что он сможет ее удержать. Вике нужен сильный мужчина, не я. У меня сложилось впечатление, что он намеренно меня пытался оскорбить. Верное впечатление. – Дальше. – Ну дальше что… я вспылил, напомнил ему, что он здесь – никто. Всего лишь наемник. Высокооплачиваемый. Киваю, чтоб продолжал. – Ну так он выхватил пистолет и выстрелил в меня, а тут отец ввалился в гостиную и откинул меня в сторону, прикрыв собой. Адам в него попал. Несколько выстрелов. – Заметь, снова не убил. Перевожу взгляд на входную дверь. У Германа молниеносная реакция, если конечно не растерял ее за сытые годы в бизнесе. Но даже с ней он бы не успел. Отсчет шел на доли секунды. Которые Адам намеренно давал им обоим, разыгрывая спектакль. Ян непонимающе таращится на меня. Да уж, неважное у Германа потомство получилось. – Что ты хочешь сказать? А я ничего не хочу сказать. Чувствую, как глаза застилает ярость. И логику Адама понимаю полностью. – Что было потом. – Он ушел. Не один. С ним были его люди. Человек восемь. Вооружены все. Он лично их муштровал. Его лучшие бойцы. Вот только … Запинается и белеет от страха. – … только – что? – рявкаю на него не своим голосом. – Он ведь не тронет Вику, да? Разворачиваюсь и выхожу из гостиной. Больше в этом доме мне делать нечего. – Заброшенный лагерь по подготовке альпинистов, – летит мне вслед, – если ехать по старой дороге и поворот налево. «Белый орел». Резко останавливаюсь. Оборачиваюсь на Яна. – Адам может быть только там. И если Вика с ним, тебе не вытащить ее живой. Последние слова выметаю из сознания. Сфокусироваться на цели. Попасть в «Белый орел». Не сомневаюсь, что весь этот спектакль Адам Юсупов устроил с одной целью – выманить меня на свою территорию. И устранить. Сажусь в джип и резко стартую. По пути прокручиваю только что полученную информацию. Насчет того, чтоб устроить в заброшенном альпинистском лагере тренировочную базу для своих бойцов, эту идею семь лет назад я сам подсказал Адаму. «Белый орел». Незаметно не подступиться. Примерно в пяти километрах придется бросать машину и идти пешком. Не туристскими или охотничьими тропами. Подниматься в горы едва приметными тропинками, скрытыми густым подлеском. Прямая дорога до лагеря просматривается как на ладони. И я больше чем уверен, что Адам сейчас ждет меня. Решаю вернуться домой и проверить Вику. Просто убедиться, что с моей девочкой все в порядке. В безопасности этого дома я уверен полностью. Как и в том, что лично нигде не прокололся. Адам попросту не знает, где искать меня и Вику. Вот и решил устранить меня, чтоб добраться до нее. Мысль разгоняется до максимума. Прикидываю варианты, как подобраться к «Белому орлу». Не исключено, что проход по горной тропе займет больше расчетного времени. Адам мог подготовить там ловушки. Либо попытается спровоцировать меня на эмоции, чтоб я поехал короткой дорогой. Убьёт сразу? Навряд ли. Скорее решит эффектно выговориться. Фактор внезапности – единственное, что может сыграть мне на руку. Чем ближе к дому, тем сильнее выжимаю педаль газа в пол. Дурные, очень дурные предчувствия. Ворота настежь распахнуты. Выскакиваю из машины и забегаю в дом. – Вика?! Выкрикиваю ее имя, понимая, что мне никто не ответит. Быстро оббегаю весь дом. Следов борьбы нет. Выдыхаю сухой, раскаленный воздух. Да и было бы странно. Вика против Адама? Сдалась без боя, но лучше так. Точно знаю, что моя девочка сейчас будет выгадывать время. Сам учил ее, как вести себя при захвате. Не думал, что ей понадобится. Но учитывая ее работу… Да к херам такую работу. Вытащу ее и посажу под замок в нашем доме. Пусть печет блинчики и возмущается, сколько хочет. Снова в джип и стартую, резко разворачиваясь. Мысленно молюсь только об одном. Чтоб Вика продержалась всего пять–шесть часов. У меня нет права на ошибку. У Адама больше нет права на жизнь.