Глава 20

Мели едва волокла ноги, мечтая хоть о каком-нибудь отдыхе. Они шли уже несколько выматывающих часов, но это не останавливало оборотня. Даже с учетом того, что он был ранен. И даже когда она попросила остановиться… Кажется, он настолько был рассержен её побегом, что и не думал смягчиться.

— Скоро мы дойдём? — в который раз спрашивала девушка, но получала лишь полный презрения взгляд. Вздыхала и послушно плелась за оборотнем дальше. Раз уж он идёт с раной, то ей и вовсе грех жаловаться.

Сердце забилось чаще, когда деревьев стало значительно меньше, а вдали показался… дом? Мели чуть не запищала от радости и предвкушения отдыха на мягкой кровати.

Когда они зашли внутрь, на них сразу же обрушился гул голосов. Почти дюжина крепких мужчин сидела вдоль двух длинных столов маленькими группками и что-то обсуждала между собой, запивая разговор пивом или заедая чем-то наваристым из больших глубоких тарелок.

Едва за Бэлдом захлопнулась дверь — все присутствующие повернулись в их сторону, тут же замолкая. Мели поёжилась и непроизвольно зашла подальше за спину оборотня, разглядывая присутствующих из-за его плеча.

— Добро пожаловать, — скрипучий старческий голос заставил девушку вздрогнуть и чуть ли не отскочить назад — справа от неё неожиданно появилась старушка с выпученными мутными глазами. — Давненько здесь не появлялся кто-то из стаи. А уж вы…

Она жутко похихикала, поправляя на костлявых плечах шерстяную шаль, и с громким шарканьем направилась к стене. Маленькая и сгорбленная, она едва доставала Амелии до груди.

— Приветствую, Нэлх, — кивнул Бэлд. — Надолго не задержусь. Мне бы комнату для отдыха.

— Отдыхайте сколько вам угодно, — проскрипела старуха, со звоном перебирая что-то в коробке у входа.

Мели пока оглядывалась вокруг, стараясь не встречаться глазами с присутствующими мужчинами. Наверное, это были какие-то путники из соседних деревень, ведь поблизости кроме этого домишки не было видно ни одной постройки. Наверняка охотник тоже здесь бывал, пока его не покалечил тот зверь…

— Комнату с лоханью, — едва до ушей Мели донеслось уточнение мужчины, она резко повернулась, выпучив глаза. Он… Он будет мыться при ней? Прямо… голый? А возможно, даже потребует, чтобы она помогала ему, пока он не в состоянии управляться одной рукой по её вине…

Девушка сглотнула и отвернулась, чувствуя как горит лицо и сильно бьется в груди сердце. Бред. Почему она вообще думает о таком?

— Умаялся, милок? — Амелия едва не завизжала, когда на её плечо опустилась сморщенная рука, а потом бабуля и вовсе с ехидной беззубой улыбкой заглянула в её лицо. Девушка опешила. Что это ещё за прищур…

— Н-нет… Да, — сглотнула она, пока бабушка посмеивалась.

— Ну-ну, — прокряхтела хозяйка и стала делать шажки уже к Бэлду, играя большим старым ключом в руке. — Отдохнёшь, отдохнёшь, милок…

Мели продолжала таращиться, пока та топала к мужчине. Не могла же она знать, о чём думают другие…

— Благодарю, Нэлх, — ответил Бэлд, принимая ключ, и поморщился, тут же прижав к себе раненую руку. — Обеспечишь нас ужином и завтраком, — и вложил в ладонь хозяйками. несколько монет.

Амелия попыталась заглянуть туда из интереса, но наткнулась на строгий взгляд оборотня.

— Само собой, — тем временем продолжала старуха, указывая длинным пальцем в сторону лестницы. — Приятного отдыха… Вам двоим.

— Пошли, — произнёс мужчина, не обращая внимания на странное поведение Нэлх… Возможно, потому что ему было плохо из-за ран? А у Амелии от её прищуренного взгляда и ухмылки мурашки по коже ходили!

Она подавила порыв оглянуться на хозяйку и просто последовала следом за Бэлдом.

Первой в глаза бросилась большая кровать. Она занимала половину помещения и соперничала в размерах лишь с лоханью в углу комнаты. Амелия с интересом заглянула внутрь. Сухо.

— Чёрт! — Бэлд ругнулся и отпихнул от себя сумку, сжимая в руке пустую склянку. Бегал глазами по комнате и плотно сжимал губы. Он выглядел так болезненно, что это разрывало сердце Мели.

— Рану… — девушка прочистила горло и привлекла к себе внимание. — Рану нужно обработать.

Она попыталась придать голосу уверенности. Пусть он и был оборотнем, но нельзя же ничего не сделать. Тем более когда они уже вышли из глухого леса и та чудо-мазь закончилась.

— Не надо ничего, — прохрипел мужчина, зарываясь руками в волосы. — Это пройдёт.

— Нет, я… Я схожу хотя бы за водой, подождите здесь.

— Не убегай, — голос был таким слабым, что ей показалось, что она ослышалась. — Только не убегай.

Пропустив предостережение мужчины, Мели вышла из комнаты и взвизгнула, столкнувшись нос к носу со старушкой. Вернее, та стукнулась головой о её грудь, напоминая о болезненно-перетянутой груди.

Амелия отошла от бабушки и поморщилась, потерев ушибленное место. А потом рассерженно посмотрела на неё сверху вниз.

— Вы зачем тут стояли?

Старушка растянула губы в улыбке и указала куда-то себе под ноги — прямо рядом с ней, справа от двери их комнаты стояло два глубоких блюда.

— Отвар, водица. Тряпица, — ухмыльнулась она, протягивая удивленной Мели салфетку. — Разве не понадобится?

— П-понадобится, — шокировано произнесла девушка и взяла с пола предложенное. Точно ведьма! Или просто внимательная к своим постояльцам… — Спасибо вам…

Старушка прокряхтела что-то себе под нос и сцепила руки в замок, удаляясь.

— Воду для купания принесут позже, — тихо предупредила она, повернув голову. И улыбнулась, прежде чем начать спускаться по лестнице.

— Не сбежал, — с полуулыбкой произнёс оборотень, когда Мели зашла в комнату с тем, что дала старушка. — Присядь, — и похлопал по покрывалу рядом с собой.

Девушка подозрительно прищурилась, отмечая вновь побледневшее лицо. Все-таки та мазь здорово ему помогала… Оставалось надеяться, что бабушкин отвар будет не хуже. Волк предупреждал, что его будет лихорадить пару суток, но… Таким она совсем не хотела его видеть. Лишь потому что это из-за неё у него проблемы, а не из-за чего-то другого… Мели кивнула сама себе и подошла к мужчине, опускаясь возле него на корточки.

Положила рядом посуду и вымочила тряпочку в жидкости.

— Снимите это, — проговорила девушка, посмотрев на оборотня снизу вверх. — Я хочу помочь.

Тот хмыкнул с полубессознательным выражением на лице. И просто оторвал рукав своей рубашки, заставляя Мели прижать ладонь ко рту. Кровавые подтеки покрывали всю руку, а на ранах начала образовываться корочка. Но как же страшно это выглядело… Будто его пытались разорвать на части.

— Вот так, тихонько, — проговаривала Амелия, аккуратно взявшись за его руку и подтянув к себе. Такая большая по сравнению с её… Сильная, с хорошо просматривающимися синими венами. Хорошо, что он так и не ударил её, иначе она бы здесь сейчас вряд ли могла сидеть.

Девушка сглотнула, проводя по мужской коже смоченной тряпочкой, стараясь не обращать внимания на его тихие порыкивания время от времени. Почему-то именно сейчас ей было страшнее, чем когда она убегала в лес в ночи. Но это был какой-то другой страх или просто сильное волнение… Сердце гулко билось в груди, и она совсем не понимала, почему так странно себя чувствует, держа в руках его тёплую шершавую ладонь. Возможно, все люди трепещут так перед оборотнями, совсем как кролик перед удавом?

— Почти всё, — закусила губу девушка, смотря на очищенную от крови руку. Подползла на коленях ближе и подтянула за собой посудину. Теперь бы обработать рану тем отваром и перевязать…

— Спасибо, — неожиданно произнёс оборотень, погладив подушечкой большого пальца её ладонь и заставляя Мели удивленно дернуться. — Спасибо…

Он чуть наклонился вперёд к удивленной девушке и шумно вдохнул, прикрывая глаза. А потом открыл их, и Мели поняла, что они блестят почти так же лихорадочно, как на той поляне. Кожа над губой была влажной и лоб наверняка горел. Неосознанно Мели протянула руку к его лицу, чтобы пощупать, как делала это с больной матерью, но мужчина резко перехватил её и прижал к своей щеке.

Потёрся о неё и прикрыл глаза вновь:

— Мне и вправду гораздо легче с тобой.

— Я… Я сделал всё, что мог, — смущенно пролепетала Амелия и неосознанно потянула свободную руку к шапке, как если бы хотела заправить прядь за ухо или поиграть с волосами. И тут же отдернула.

Оборотень будто ластился к ней. Не смотрел на неё, а терся о её ладонь с закрытыми глазами. Может, в момент болезни он думал о ком-то другом?

Когда мужчина отпустил её руку и сам потянулся к ней, чтобы провести пальцами по щеке, Амелия едва не лишилась чувств. Сердце билось уже где-то у горла, а лицо горело огнём. Она поймала его помутневший взгляд и не могла произнести ни слова. Казалось, попробуй — и изо рта вылетит лишь жалкий писк.

— Гладко, — тихо пробормотал Бэлд, проводя пальцем вдоль её скулы. Захватил подбородок и легко сжал, заставляя Мели вытянуться в струнку и приблизиться к нему.