Глава 19

Ввалив сыну по самое небалуй, Ирина отправила его под конвоем к маме и строго-настрого запретила куда-то выходить. Ей нужно было время, чтобы все организовать и спрятать своих родных. В этом вопросе она никому не доверяла. А воевать с Потаповым могла лишь после того, как сын и мама будут в безопасности в надежном месте.

По дороге домой размышляла, как все глупо и запутанно, и страшно. Этот Потапов, судя по всему, сильно оборзел от безнаказанности или и правда имеет большую власть. Раз он сегодня так обошелся с ней и Стасом, значит, в его руках есть и ресурсы, и мощная крыша… Как его достать? Как привлечь по закону, если доказательств нет? Может, конечно, опера Стаса что-то нароют, но сам он в больнице и…

— Ирина Сергеевна. — Она вздрогнула от неожиданности, совсем забыв, что не одна в машине. Повернулась к охраннику и сфокусировала на нем взгляд. — Может поделитесь, какой план? Чтобы я хоть примерно мог просчитать свои дальнейшие действия.

— Нет никакого плана, — слукавила Ирина и вымученно улыбнулась. — Просто едем домой.

— Ясно. — Он сделал вид, что поверил, но ей было все равно. Она четко знала, что дальше будет двигаться в одиночку.

Оказавшись в своей квартире, Ирина быстро переоделась, собрала сыну вещи на первое время и сделала несколько важных звонков с левого телефона. Затем закинула в сумку деньги и вышла из квартиры. Быстро спустилась, села в свою машину и выехала со двора. В зеркало заднего вида заметила, как охранник, приставленный Стасом, едет за ней, но пока тот не мешал. Нужно было сначала завершить срочные дела, а уже потом избавиться от «хвоста».

Ирина долго думала, но все же решила заехать к Стасу в больницу. Во-первых, все-таки хотелось проведать его и лично поблагодарить, а во-вторых, так проще было отследить «хвост».

На улице уже совсем стемнело, когда она припарковалась около приемного покоя и выбралась на улицу. Вошла в здание и, конечно же, нарвалась на радивый персонал, не желавший пропускать ее в нужное отделение. Но удостоверение и деньги, как и всегда, стали волшебным ключиком, открывающим любые двери.

— Только недолго, — попросила медсестра, проводив до палаты и спрятав в карман скрипящие новенькие купюры.

Ирина неслышно вошла внутрь. Стас спал, лицо его было напряжено, губы плотно сжаты, а между бровями пролегла складка.

— Стас, — прошептала Ирина и присела на стул рядом с его кроватью. Не ответил.

Смотрела на него, а перед глазами снова пролетали картинки сегодняшнего утра. Поймала себя на мысли, что правда испугалась за него. За себя уже потом стало страшно, а когда Стас упал… сердце будто остановилось. Это открытие необычайно взволновало. Она не знала, как относилась к этому человеку. Столько всего намешалось, и среди всей этой неразберихи то, о чем было даже стыдно думать. Как будто и не с ней вовсе происходило. Но ее тело, вопреки чувствам, по-своему откликалось на эти воспоминания. Отчего щеки предательски вспыхнули стыдливым румянцем.

Ирина сжала голову руками, пытаясь остановить этот поток неясных полуфантазий-полувоспоминаний. Все было вразброд — желания, мысли, чувства, сны, реальность, воспоминания! Любимый мужчина, который так легко обменял ее на фактически незнакомку и стал чужим. Враг, которому то ли она сама сдалась на милость, то ли он взял ее силой. Враг, который теперь по иронии судьбы стал единственным другом и спасителем.

Ирина едва слышно вздохнула и закусила губу, прекрасно представляя себе и другой вариант. Вдруг она снова ошибается? Стас сам сегодня сказал о спектакле. Что стоит устроить такой спектакль для него? Ничего… И тогда… Он просто воспользовался ситуацией, воспользовался ею… Что называется, подчинил начальницу… Но… Еще один вдох разнесся по палате. Ирина отчетливо помнила его неуверенный и даже встревоженный взгляд после всего. Все это не вязалось с ее теорией. Помнила, помнила, помнила… Ирина покачала головой, отгоняя навязчивые картинки. Ни черта не хотела помнить и ничего вспоминать!

Но воспоминания не спрашивали разрешения. Мерное попискивание медицинских приборов. Такой знакомый звук и знакомый тошнотворный запах. Все эти скрипящие голубоватые простыни, лекарства, шприцы… Она невольно съежилась, вспоминая собственную беспомощность, боль и пустоту, что окружала ее много долгих недель. И вновь перевела взгляд на Стаса.

Тот случай — сон или реальность? Когда однажды ночью Ирина проснулась и увидела, что он спит, сидя рядом с ее кроватью. Спал, прижавшись губами к ее руке. Что это было и что значило?

* * *

Стас внимательно наблюдал за ней из-под опущенных ресниц. Переоделась в джинсы и свитер. Осунувшаяся, бледная. Волосы строго собраны. В чуть подведенных глазах, как застывшее желе, дрожал агрессивный блеск. Решилась, значит.

— Не лезь ты во все это, Ир, — тихо пробормотал он, обнаруживая себя. — Я сам все разрулю.

Она невольно повела плечами, ощутив, как дрожь пробежала по спине, и посмотрела ему прямо в глаза.

— А как ты себе это представляешь, Стас? Этот отморозок орудует в том числе и на моей земле, в моем районе.

— Ну тебе же явно дали понять, что надо остановиться, — напомнил Стас, где-то в глубине души лелея жалкую надежду решить все миром, и взял ее руку в свою. — Хватит.

— А вот это я уже сама буду решать! — возмутилась она, и глаза вспыхнули опасным огнем. Стас невольно залюбовался ею и не смог сдержать улыбку. Амазонка, не меньше, даже жалко было обламывать такую красоту…

Ирина смутилась под его откровенным взглядом и опустила глаза. Кожа на ладони горела от его прикосновения, но в то же время словно согревала и наделяла энергией.

— Мне нужно уехать на три дня. Но так, чтобы об этом никто не знал. Прикроешь меня? — решившись, спросила она

— Помощь нужна?

— Все, что мне нужно, — это прикрыть меня на три дня. — Ирина мягко улыбнулась. — Прости.

— Прикрою… — Поддавшись порыву, Стас притянул ее руку к губам и едва ощутимо коснулся нежной кожи запястья. — Только береги себя.

— Спасибо, и ты.

Ирина поднялась на ноги и замешкалась. Надо было уходить, но незакрытый гельштат не давал покоя.

— Тебе пора? — подсказал Стас, с усмешкой наблюдая за ее метаниями.

— Да.

Она сделала несколько шагов к двери, но внезапно даже для самой себя остановилась. Несколько секунд мучительной внутренней борьбы, и, резко развернувшись, вернулась. Не прерывая зрительный контакт, склонилась к Стасу и замерла, боясь решиться. Их разделяли всего несколько миллиметров и горячее дыхание. Сердце стучало в ушах, перебивая все другие звуки, а страх сковывал движения.

Стас быстро сориентировался и не дал отступить. Скользнул рукой по шее к затылку и притянул ее к себе, впиваясь губами в приоткрытые губы. Сорвав хриплый стон, проник языком в рот, вовлекая Ирину в обжигающий танец страсти. Она затрепетала в его руках и прикрыла глаза, полностью отдавая контроль.

Он боялся поверить своему счастью, все казалось каким-то ненастоящим, будто во сне. Только горячие губы, жадно отвечавшие на его поцелуй, и мягкие пальчики, скользившие по его шее и затылку, доказывали реальность происходящего.

Этот поцелуй стал для Ирины откровением, она дрожала от нахлынувших эмоций и никак не могла взять их под контроль. Позорно таяла в искусных руках Стаса и ничего не могла с этим поделать. Ее тело отзывалось на его ласки и требовало большего, но нельзя. Ей нужно было срочно уезжать.

С трудом справившись с собой, она отстранилась и спрятала лицо в ладонях, чувствуя, как пылают щеки. Искать ответы на мучившие вопросы не было ни времени, ни желания, поэтому она предпочла трусливое бегство. Резко сорвалась с места и не прощаясь выбежала из палаты.

Стремительно летела по больничному коридору, даже не пытаясь спрятать улыбку, упрямо растягивавшую губы. Вопреки всем проблемам, трудностям и опасностям она была счастлива в этот момент. Пусть всего на несколько секунд, но почувствовала себя свободной и готова была свернуть горы. Никогда бы не подумала, что именно Стас вызовет в ней такие эмоции.

Спустившись, Ирина села в машину и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы хоть немного унять эмоции, лившиеся через край. Надо было сосредоточиться на предстоящем путешествии, забрать сына и маму и отвезти их в безопасное место.

Она включила свет в салоне и отогнула зеркало, рассматривая свое отражение. Помада смазалась, а в глазах застыл лихорадочный блеск. Ирина покачала головой, поражаясь себе. Наверное, она просто сошла с ума, раз умудрилась допустить такое… Потом, все потом.

Быстро приведя себя в порядок, завела двигатель и выехала с парковки. Окольными путями добиралась до дома мамы, чтобы не собирать пробки и камеры в центе. Свернув на второстепенную дорогу, посмотрела на часы — через полчаса, должна быть на месте.

Внезапно черный микроавтобус подрезал ее и остановился. Ирина смачно выругалась и резко нажала на тормоз. Автомобиль встала колом, благо она была пристегнута и не ударилась. Только хотела открыть окно, чтобы объяснить водителю, какой он мудак, как заметила неясные тени рядом со своей машиной. Хотела резко нажать на газ и вырулить из ловушки, но не успела: дверь открылась, и человек в маске зажал ей рот ладонью.

Ирина завопила что было сил и начала вырываться, но все оказалось бесполезным. Мужские руки выволокли ее из салона и скрутили в три погибели. Не успел она и глазом моргнуть, как ощутила укол в области шеи, а потом темнота поглотила ее.

* * *

Стас откинулся на подушку и устремил взгляд в потолок, посекундно проматывая в голове случившееся. Жар поцелуя все еще горел на губах, а сердце гулко билось в груди. Неужели непокорная бестия все же дала ему шанс? Невероятно и неожиданно, а главное, что делать, чтобы героически его не просрать?

Сейчас было совсем не до лирики, поэтому Стас отбросил эти мысли подальше и резко встал с кровати. Поморщившись от боли в ноге, достал телефон и подошел к окну. Нашел нужный номер в списке контактов и нажал на вызов.

— Работаем, — сухо бросил он и сразу сбросил звонок.

Механизм был запущен, и уже ничего нельзя было изменить. Оставалось только ждать. Но Стас очень надеялся, что все пройдет хорошо и результат его порадует. Время было как раз подходящее, темнота должна была помочь ему в опасной затее, а снег — скрыть ненужные следы.

Телефон призывно пискнул в руке. Стас посмотрел на дисплей и увидел смс от Ильи с коротким текстом «я внизу». Пора было сваливать, но так, чтобы не привлекать ненужного внимания.

Наспех собравшись, вышел из палаты, но на посту его остановила возмущенная медсестра. Стас привычно сунул ей денег, забрал пачку обезболивающих и, пообещав вернуться к утру, ушел.

С каждым шагом нога ныла все больше, но Стас не имел права на слабость. Только не сейчас, когда на кону стояло так много. Стиснув зубы, решительно двигался вниз по лестнице, потом до машины и наконец рухнул на пассажирское сидение.

— Ну наконец-то, — протянул Илья и пожал ему руку в знак приветствия.

— Вода есть?

Стас достал из блистера пару таблеток и закинул в рот.

— Куда едем? — Илья передал ему бутылку и завел двигатель.

— Как там снайпер? — Стас откинулся на спинку и прикрыл веки, пережидая болевой синдром, волнами расходившийся по телу. Еще чуть-чуть, и должно было отпустить.

— Без тебя не начинали.

— Отлично, — выдохнул он с предвкушением и открыл глаза. — Значит, едем в отдел.

Спустя полчаса Стас вошел в допросную, где его уже ждал несостоявшийся киллер. Болезненная и какая-то дикая ухмылка блуждала на его лице. Явно понимал, что уже не выберется отсюда, но не собирался сдаваться. Такой расклад совершенно не устраивал Стаса. Ему нужна была информация в самые кратчайшие сроки.

— Ты все равно расскажешь мне все, — строго предупредил Стас, подойдя ближе. — Предлагаю не тратить время…

— Да пошел ты, — едко произнес снайпер и, громко шмыгнув, плюнул в его сторону. Такого оскорбления Стас не мог стерпеть и, недолго думая, засадил ему кулаком в челюсть. Кровь брызнула изо рта вместе со сдавленным стоном.

— Ты че, тварь, думаешь, бессмертный? — Еще несколько ударов по корпусу. Болезненных, но практически не оставляющих следов. — У меня даже немые говорят. Посадить его.

Илья подхватил снайпера, как мешок с картошкой, и усадил на стул. Затем передал Стасу рулон пищевой пленки.

— Знаешь, что это такое? — Стас отмотал несколько сантиметров, глядя в глаза этому отморозку и отмечая малейшие эмоции. — Сейчас я обмотаю твою башку этой пленкой, и ты задохнешься. Самое прекрасное, что никаких следов не останется.

— Ты этого не сделаешь. — Глаза снайпера заметались, явно свидетельствуя о сильном волнении, а зрачки расширились от переизбытка адреналина. — Тебе же нужна информация.

— Нет, информация мне больше не нужна. — Стас демонстративно положил на стол между ними рулон с пленкой. — Мне нужны показания на Потапова. Не ты, так кто-то другой мне их даст.

— Да я лучше сдохну…

Стас лишь опасно оскалился и сделал Илье знак приступать, а сам опустился на стул. Как бы ни хотел собственноручно вытрясти все необходимые сведения из этого куска дерьма, но самочувствие не позволяло. Голова предательски кружилась, а нога адски болела, видимо от напряжения.

Он наблюдал за тем, как филигранно работает Илья, но практически не участвовал в этой сцене. Мысли были очень далеко. Самая важная операция происходила в другом месте и повлиять на ее исход он никак не мог. Оставалось лишь терпеливо ждать звонка и надеяться на благоприятный исход.

Спустя полчаса истязаний киллер наконец заговорил. Рассказал даже больше, чем они ожидали услышать.

— Ну вот. Совсем другое дело, — довольно ухмыльнулся Стас и поднялся на ноги. — А говорил, сдохнешь.

— Че с ним делать? — Илья несильно пнул его ногой и повернулся к Стасу.

— Оформляйте показания и мне на стол. Вместе с показаниями Потапова-младшего.

Он вышел из допросной и, сильно хромая, поплелся к себе в кабинет.

* * *

Стас гипнотизировал телефон, расхаживал из стороны в сторону и все никак не мог найти себе места от волнения. Терпеть не мог это противное состояние беспомощности. Не мог ни узнать подробности, ни помочь ничем. Все происходило без его участия. Уже даже начал сомневаться в правильности принятого решения, но быстро взял себя в руки и отогнал ненужные мысли. Нужно просто успокоиться и как-то расслабиться.

Остановившись около шкафа, Стас автоматически потянулся к коньяку, но вовремя вспомнил, что пьет антибиотики, а их нельзя смешивать с алкоголем. Мысленно выматерившись, отказался от этой затеи. Подошел к окну и, достав пачку сигарет, закурил в форточку. Дым мерно наполнял его легкие, помогая хоть как-то держать нервы под контролем.

Телефон задрожал в кармане, и эта дрожь побежала дальше по телу, сотрясая каждую клеточку. Стас напряженно затянулся, чтобы оттянуть момент истины, и, выбросив окурок в окно, ответил на звонок.

— Волков, — рявкнул от волнения.

— Включи телевизор, — раздался в динамике голос Калинина Сергея.

Стас засуетился в поисках пульта. Телевизор стоял в его кабинете давно, но он им практически не пользовался. С горем пополам нашел пульт и щелкнул первую кнопку. На экране высветился выпуск новостей. Прямое включение. Он прибавил звук, чтобы услышать, о чем речь.

«Несколько часов назад на выезде из Москвы случилась страшная авария. Мерседес, ехавший на большой скорости, врезался в фонарный столб и загорелся. По предварительным данным, водитель не справился с управлением на скользкой дороге. Трое человек погибли. Как стало известно, за рулем находилась подполковник полиции Ямпольская Ирина Сергеевна, а также ее сын и мать…»

Стас довольно усмехнулся и выключил телевизор.

— Отлично, — произнес в трубку и облегченно выдохнул. Все получилось, как надо. — Чисто сработали?

— Никаких следов, — подтвердил Сергей.

— Всегда бы так, — хмыкнул Стас и закурил еще одну сигарету.

— Старались.

— Благодарю и буду должен.

— Я даже знаю что.

— Излагай. — Стаса наконец отпустило, и он готов был к вливанию новой информации. Конечно, предполагал, что за свою услугу Сергей попросит ответную, но чтобы так быстро…

— Мне человек нужен с незасвеченным фейсом для одной операции…

— Подробнее, — нахмурился Стас, прекрасно понимая, что придется подставлять кого-то из своих, чего он крайне не любил делать. Одно дело, когда риск оправдан, и совсем другое — непонятная затея Сергея.

— При встрече, — отмахнулся тот, не желая рассказывать детали по телефону.

— Лады. До связи.

Стас сбросил звонок и вернулся к столу. Сейчас информация дойдет до них, и начнется вселенский хаос. Надо успеть сыграть на опережение и подготовиться к совещанию с замами.

Пары звонков хватило, чтобы все, кто не ушел домой, собрались в его кабинете. А также все опера, которым он заранее приказал остаться. Быстро и коротко Стас изложил им ситуацию и ввел в курс дела. А потом провел крайне жесткое совещание — «разобраться», «наказать», «обратить внимание», «найти любыми способами», «почистить за собой», «прессовать за стенами отдела». Эти фразы звучали устрашающе и имели конкретный смысл. Пока он будет воевать с Потаповым, статистика в отделе не должна рухнуть ниже плинтуса.

Опустив замов, Стас попросил остаться своих оперов.

— Новости есть? — спросил Илья, напряженно глядя в глаза. Только он знал все подробности дела.

— Берем его, — решительно заявил Стас и швырнул на стол постановление.

— За покушение? — уточнил Егор, совсем новый и еще не проверенный опер в их стае. Как раз на боевое крещение попал, а если что пойдет не так… может и погибнуть при задержании.

— Нет. — Стас обвел всех присутствующих суровым взглядом. — Мы его берем за убийство.

Опера загалдели, переговариваясь между собой, но оспорить его решение никто не посмел. Впрочем, как и всегда.

Когда за последним сотрудником закрылась дверь, Стас без сил опустился в кресло. Устал неимоверно, а впереди ждала бессонная ночь. Возможно, и не одна. Но в душе он был крайне доволен собой. «Ну вот и все. Это шах тебе, Потапов. Еще совсем чуть-чуть — и будет мат. Хотел меня переиграть, а вот хрен тебе». Откинув голову, он прикрыл глаза и сам не заметил, как провалился в сон.