27. Когда никак не уйти

Информацию о том, что Татка за пределами города, я получаю как раз, когда нахожусь в таком месте, откуда так просто не свалишь.

Ну надо же, коза мелкая, выбрала время, а?

Я как раз сижу за покером с отцовскими приятелями, в моем спортклубе. И уйти никак не могу. Мужики, все в годах, чинах и положениях, настолько рады тому, что опять собираются в этом месте, что будет бой, что можно просто расслабиться в спокойном месте без следилок и проверок, что обломать их — смерти подобно.

А потому я только смотрю в бешенстве на точку на объездной, неподалеку от набережной, да зубами скриплю.

На гонках. Точно. Интересно, с кем? Я прикидываю, кому набрать, и выбираю в итоге Коляна.

— Да, брат, — жизнерадостно орет он, и я понимаю, что наш мент нихрена не на гонках. Потому что музыка гремит, и бабы визжат.

— Ты в городе?

— Да, в клубе твоем! Ты чего? Здесь тоже?

— Нет. А чего не на гонке?

— Да ну его нахер! Там молодняк, мне стремно! Зверята полетели, насколько я в курсе. Со своей оторвой.

— Ладно. Давай.

— Эй, Серый, а чего хотел-то?

Но я уже отключаюсь и набираю Ромку. Тот ожидаемо не отвечает, а потому я злюсь. Но все равно деваться некуда.

Уйти — никак.

Уйти — порушить полностью все, что эти полторы недели выстраивал.

Кто бы знал, каких трудов мне стоило собрать здесь этих людей! Просто для того, чтоб в итоге, возможно, но не вероятно, получить информацию по раскладу в городе.

А то, что расклад меняется, я прямо на своей шкуре прочувствовал.

Потому что СЭС я дождался, как и предполагал, через два дня после пожарных. А потом еще и дополнительная проверка нагрянула из налоговой. Я больше прятать голову в песок не мог. Налоговые — это точно их новый начальник прыгает. А он не просто так прыгает. Только по заказу. Начальник из столицы. Один из кандидатов в мэры города — тоже из столицы. Надо быть полнейшим дегенератом, чтоб не найти связь. Теперь вопрос — что с этим всем делать. Похоже, кому-то клуб мой понравился. И спорткомплекс отцовский. На байк-клуб пока наездов не было, но там вообще специфика другая. Он себя еле окупает и вообще в ноль выходит. Не интересен.

Насчет СТО я удачно подсуетился и скинул их Зверятам. Причем, нормально так скинул. И им хорошо, и мне тоже. Груз с плеч, висит на мне меньше, и с этой стороны не прицепятся. А бухгалтерию им Ирина всю подлатала. Только сегодня разговаривали про это все.

Четко по рукам ударили.

Вот Зверята на радостях и свалили, наверно, на ралли со своей девчонкой.

И я в другой раз поржал бы даже над тем, что удалось-таки этим мелким извратам найти себе такую же озабоченную девочку, но сейчас не тянет.

К тому же девочка у них не озабоченная, это уж я так, прикалывался над ними. Нормальная. Бедовая, конечно, до усрачки.

Но такая им и нужна, похоже. Я припоминаю, как они приходили ко мне за нее бодаться, идиоты малолетние, щенята, и улыбаюсь.

К тому же эта Элька дружит с Таткой и советы ей нормальные дает.

Спросите, откуда знаю?

А все оттуда.

Сталкер потому что. Дебил нервный. Параноик.

А вообще, чисто случайно узнал.

Все это время, с того дня, как я впервые связал свою сестренку и трахнул ее от души, мы более-менее мирно жили. Ну как, мирно? Мозг она мне, конечно, жрала, но не то чтоб активно. Больше кусала. И все это компенсировалось бешеным сексом, до которого она становилась все более и более охочей. У меня иногда складывалось ощущение, что я ящик Пандоры открыл, настолько она неугомонная бывала. Но мне только в кайф. Как раз на мой темперамент девочка.

И, самое главное, что видно было — от души это все. Не игра. А именно ее желание, ее интерес, наивно-порочный, ее кайф, чистый, яркий, заряжающий настолько, что я теперь и ночи не мог без нее представить.

Вот прямо моё это. Моё. Настолько родное, настолько на одной волне, что страшно становилось порой от мысли, что я мог бы и не узнать всего этого. Мог бы и дальше жить себе, тихо-мирно, трахать одноразовых баб, получать суррогат вместо настоящего.

Татка больше не заикалась про пение, ходила на учебу, и я наивно решил, что она, наконец, пришла в себя.

И поняла, что ее будущее — рядом со мной. В моём доме, в моей постели. В моей жизни.

А потом чисто случайно увидел оставленный на столе телефон.

Татка как раз пела в ванной, и по тону было понятно, что это надолго, а на экране телефона высветилась строка сообщения:

«Я не думаю, что это правильно, Тат».

Учитывая, что никаких угрызений совести при подсматривании за сестренкой я отродясь не испытывал, то чего удивляться, что телефон тут же был схвачен и разблокирован.

Ничего сложного, на самом деле.

Моя девочка в каких-то вещах очень наивна.

Я открыл переписку.

С Элькой.

И охерел.