Глава 20

Глава 20

Тимур

Конечно же понимаю, почему все так на меня уставились. Соображать после встречи с моей тройней не успел разучиться.

Дело в том, что в работе и бизнесе я могу увиливать, лавировать, недоговаривать, а то и намерено искажать информацию на пользу своему делу. Но с родными я люблю быть честным.

И если быть действительно честным, то мне нравится вести себя не совсем серьёзно. Серьезным нужно быть с подчиненными, партнерами и врагами. Близкие на то и близкие, что с ними можно немного отпустить вожжи, расслабиться.

– Чего вы на меня уставились? – смотрю на притихших и внимательно смотрящих на меня людей.

– Ты сейчас серьёзно про помолвку? – уточняет мама.

А в глазах её вижу всё, что она готова сейчас высказать мне.

Всё-то мама понимает и читает меня, почти как открытую книгу. Знает, что могу в шутку сказать серьёзную правду и, в то же время, с самым серьёзным видом выдать полную фигню.

– Давай, брат, не томи, – хмыкает Ярослав.

Укора с его стороны не чувствую. Он умеет рассуждать холодно, без эмоций. И сам варится в бизнесе, всё понимает.

– На помолвку я согласился ещё до того, как узнал об этом тройном торнадо, – указываю на малышей.

Те в этот момент совершено не обращают на нас внимание, не слушают.

– Да, да! Вот так! – командует им Даша, снимая на телефон.

Играет какая-то весёлая музыка.

– А теперь прыгаем! Вот так!

Карапузы, глядя на старшую… сестрёнку, пытаются повторить движения. Что-то у них не очень получается. Но им, видимо, это не важно, или не понимают. Карапузы просто весело подпрыгивают на одном месте, иногда по-странному кривляясь.

– Ха-ха! – заливается смехом Даша, продолжая снимать на телефон. – Пишем новый тренд! Такого ещё ни у одного блогера не было!

Хм…

Я задумываюсь. С появлением этой девочки, карапузы бегают за ней хвостиком и слушаются. Тут одной Даши достаточно, чтобы занять малышей. Да, и она сама, видно, получает наслаждение, играя с тройняшками.

– Что-то я не вижу никакого торнадо, – с сомнением смотрит на детей Ярослав. – Не штиль, конечно, но так, ветерок. Всё не так плохо. Ты, брат, случаем, не раздуваешь ли муху? Запаниковал раньше времени?

– Не ветерок, а скорее, затишье перед бурей, – вздыхаю я.

– Так! Вы тут тему не переводите, – мама смиряет нас с братом недовольным и строгим взглядом. – Что собираешься теперь делать? И где мама моих внуков?

Эх, не получилось. Ярослав тоже пожимает плечами, мол, увы, соскочить не смог помочь.

– Пока ещё не думал, – честно отвечаю на первый вопрос.

Не думал… Что тоже на меня непохоже. Просто как-то так получилось, что мысли мои сейчас заняты почему-то исключительно вот этими карапузами и их мамой. На меня, не привыкшего к заботе о детях, давит ответственность за их сохранность.

Я даже до конца ни удостоверился, ни получил доказательств, что они действительно мои, но уже думаю об их настоящем и будущем. О правильном питании, здоровье… А кем они вырастут? Может уже пора нанимать репетиторов? Чего там преподают таким малышам? Иностранный язык пора изучать? А учить плавать их можно? А не отстают ли в развитии? Когда на велосипед сажать? Какому виду спорта отдать предпочтение? И с какого возраста? Уже отдавать? К какой профессии начинать готовить, чтобы в будущем не пропали? Можно ли…

И так далее.

И это только поверхностный слой вопросов. Там ещё много всего про психологию и поведение. И дилемма – где лучше жить с детьми? В пригороде или в пентхаусе поближе к школе и возможным друзьям? А в школе частной или обычной? Какая полезней для правильного развития?

Мозги мои выкручиваются и выжимаются на раз.

– Не думал он, – ворчит тем временем мама. – А надо бы. А что мама этих милых малюток? Почему она сейчас не рядом?

– Она в больничке, – отвечаю я.

И сразу уточняю, видя как вскидывается мама:

– Сейчас с ней всё в порядке. Попала под машину. Повреждена нога. Я устроил, чтобы лечение было по высшему разряду.

И рассказываю, что Лена скрывала от меня детей. И по какой причине мы расстались.

Слово «расстались» мама посчитала совершенно неверным.

– Бросил бедную девочку, – после рассказа качает она головой.

И высказывает всё что думает о таком поступке. Доводы о причинах и разумности такого моего поступка на маму не действуют. Её распекания прерывает очередной звонок от Леры.

– Бери уже трубку, – командует мне. – Нельзя так поступать с девушкой. Не таким я тебя воспитывала.

– Тимурчик, как же мне плохо! – первое, что слышу из телефона, когда принимаю вызов.