Глава 29

Лена

Некоторое время спустя…

– Всё просто отлично функционирует, – довольно заключает врач после осмотра.

Фуух! Длительный период реабилитации, наконец, окончен. Это последнее посещение врача.

– Эх! – расстроено вздыхает Тимур. Но как-то театрально.

– Ты чего? – возмущаюсь я.

– Так теперь нет легитимной причины носить тебя на руках, – сообщает мужчина, улыбаясь.

– Ой, для этого не нужны причины, – отмахиваюсь усмехаясь. – Тем более, легитимные.

– Вообще-то, я бизнесмен, – Тимур принимает серьезный деловой вид. – Любое действие должно нести прибыль, или, как минимум, обязано быть обоснованным. Иначе крах.

– Значит, я тебя разорю!

В тот раз, когда Тимур пришел с букетом и сказал «прости», я промолчала. Не дала однозначного ответа. А он и не требовал. Посчитал это должным.

На самом деле, часть меня запрыгала от радости, сразу же простила и готова была броситься в объятья мужчине. Но другая часть меня придержала первую. Не дала так поступить. Всё же накопленные боль и обида так просто не проходят.

Но время шло. Тимур посещал меня минимум раз в день. А то и по несколько. И куда только подевалась его знаменитая занятость?

Отец моих детей ухаживал за мной, заботился, помогал всё время. Приезжал сам, привозил детей и хотел ни один раз привезти дедушку. Но тот с гордостью заявлял, что не настолько старый, чтобы на машине разъезжать как инвалид. И может легко пешком ходить. Упрямый он.

Послеоперационное и реабилитационное время хоть и создавало трудности и неудобства, но пролетело легко и даже приятно.

После того как мне разрешили ночевать вне больницы, Тимур увёз к себе. Пыталась сопротивляться его решению. Но под напором мужчины и неугомонной троицы моих любимых малюток моя защита была прорвана. И я согласилась.

– До свидания, – прощаемся с врачом.

Проходя мимо комнаты отдыха, слышу отрывок из новостей в телевизоре:

– …вскрылась очередная коррупционная схема бывшего губернатора. Громкое разбирательство, связанное с ним самим и его семьёй только набирает обороты. В среду…

Семью Синицына уже давно мурыжат. И срок пребывания главы семейства под заключением только растет. Как и крупные штрафы, которые он будет обязан выплатить. Не обошлось и без конфискации.

Не сладко и дочери бывшего губернатора. Она тоже попала под больше количество статей. Плюс, заработана серьёзное общественное осуждение. Настолько сильное, что ей пришлось удалить свои странички из социальных сетей.

Но я вспоминаю о Валерии всё реже и реже.

Детей мы находим среди компании медсестёр. Малыши тут завсегдатаи. Их все очень любят. Поэтому медсестры часто забирают их, чтобы присмотреть, пока мы у врача.

Вика, как всегда, что-то рисует. Ника как зачарованная рассматривает блестящие колбочки, пинцеты и другие инструменты, которыми она не сможет нанести себе вред. Тимофей…

Тимофей?

А, вот он! Стоит около новенькой медсестры в процедурном кабинете.

– Тебе нравится этот маленький зелененький пузырёк? – сюсюкая спрашивает медсестра моего сыночка. – Вот, смотри, это зеленка…

Мы с Тимуром переглядываемся.

– Нравится цвет? – спрашивает медсестра после того, как ставит изумрудный пузырёк на стол перед любопытным Тимофеем. Открывает крышку, и опускает внутрь ватный тампон, демонстрируя, как он окрашивается.

Только не это!

– Дя! – Тимофей, что до этого с интересом разглядывал пузырёк, хватает его в своей ручкой.

– Отберите у него, – командует Тимур медсестре.

– Что? – та не сразу понимает, что от неё хотят и отвлекается на нас.

Сыночек же, посмотрев на нас, выпучивает глазки. Явный признак того, что он решается на что-то озорное или хулиганистое. И заранее боится, что его поругают.

Прижав пузырёк к своей груди выбегает из процедурного кабинета, семеня своими ножками и устремляется по коридору подальше от нас.

– Стой!

– Тима, Тима, беги! – кричит ему вслед хихикающая Ника.

А Вика заявляет, не отрываясь от рисунка:

– Ну и дулатьсё-ё-ё-к!