Глава 19. Ночью все волки серы
Ужин для Иви тоже пришлось принести в спальню. Заглянув первый раз и побурчав на ее решение спасть отдельно, Дюк попытался обнять лису, но ту укачало окончательно, и он нарвался на недовольное сопротивление. Вид повеселевшего во второй половине дня волка тоже не добавил девушке настроения.Пару раз оборотни заглядывали в комнату, но натыкались на все более рассерженный прием. Лисичка категорически не хотела, чтобы ее видели в таком замученном виде.От подушки слабо пахло Лесли, запах то ли манил, то ли раздражал. Девушка перевернула подушку несколько раз, затем просто спихнула ее на пол. Из окошка доносились веселые голоса, больше всего слышно было Марвина, но время от времени звонкий девичий смех взмывал в потемневшее небо, заставляя Иви морщиться.
Наверное, лучше было пойти, сесть с волками рядом за стол. Она даже пару раз поднималась, но тут же падала на кровать, понимая, что, появившись перед компанией в таком ужасающем виде, только добавит очков в плюс свежей и здоровой Луизы.Когда же, после пары часов стоянки, Иви, наконец, пришла в себя, голоса уже звучали еле слышно, словно беседующие отправились гулять. Без нее.Уснуть долго не получалось. Она привыкла к надежным плечам рядом и теперь крутилась юлой, пытаясь подбить под себя одеяло. Кроме того… внутри подвывала лиса.Животная ипостась настолько привыкла к многоразовому насыщенному сексу, что без него отказывалась уснуть. Хоть беги и упрашивай помочь братьев. Иви сжала губы и упрямо замотала головой. Ну уж нет. Пусть тоже побудут ночь без нее и помучаются.
Она то впадала в дрему, то просыпалась рывком. И опять тяжело засыпала, поскуливая в подушку, чтобы никто не услышал.На очередном мучительном отрывке сна, в котором зачем-то бегала по темным коридорам, ей вдруг стало легче. По ногам разливалась теплая расслабленность. Коридоры сменились на солнечную лесную поляну. Иви загорала, лежа на мягком покрывале. Было слишком жарко, а может быть по другой причине, но она лежала абсолютно обнаженная.Тихо, ни ветерка. Только вдали звуки птичьих переговоров, да склонившиеся травинки щекотали тело. Или не травинки. Та Иви, которая была во сне, почувствовала, как ее лизнули у коленки.
- Гровер? – спросила она, зная, кто обычно начинает такую игру.
Ее еще раз лизнули, соглашаясь.Иви улыбнулась, потягиваясь под палящими лучами. Ее снова облизали, длинно и горячо, согревая дыханием между ног. Волку было неудобно, он недовольно хмыкал, лаская лишь верх по началу нежной розовой складки. Пришлось расставлять пошире коленки, Гровер одобрительно выдохнул и еще раз лизнул, уже точно попадая в нужную точку.
Тело нежилось, сон становился все более тягучим, поляна подернулась туманом, позволяя все больше сосредотачиваться на скользящих, глубоких движениях языка. Иногда парень играл, обводя кончиком вокруг напряженного нервного узелка, поглаживая, порхая как бабочка. А порой погружался в сладко ноющую плоть девушки и медленно, с оттяжкой двигался, то погружаясь, то выныривая. Потом опять лизал, невесомо, лишая Иви воздуха от мучительной легкости взлетающих касаний.
Он смаковал, но увлекаясь, вдавливался все сильнее, дыша словно в горячке. Она почувствовала торопливые движения пальцев, гладящие, но не проникающие.Ноги начали подрагивать в такт. Соски в предвкушение развязки потянуло сладким ноющим напряжением. Тело крупно вздрагивало в такт жадным движениям волка. Во время одного из рывков под коленками ее сжали теплые ладони, не давая им двигаться, разводя в стороны.
Она зашипела, хватая воздух, ноги забились, взрывая теплую нагретую траву. Ее удовольствие пили. И снова вылизывали, не давая возможности расслабиться, забирая в круговорот ласкающих терпких ощущений. На третью волну наслаждения Иви открыла затуманенные глаза и заморгала недоуменно.
В какой-то момент ей показалось, как между ее ног приподнялась светлая голова и блеснули голубые глаза. Она заморгала, пугаясь, пытаясь сконцентрировать зрение, и с облегчением поняла, что ей показалось. Лежала она не на поляне, а в спальне паробуса. Не обнаженная, а в ночной рубашке, скромно опущенной до щиколоток. Одеяло сбилось от жары и весьма будоражащего сна. Витающий запах от постельного белья Лесли сыграл с ней дурную шутку, вытащив его образ в фантазии необычного сна.
Но в комнате не было совершенно никого, кроме нее, заскучавшей по ласкам и видящей непристойные картинки.Иви стыдливо зафыркала, потянулась сытым, удовлетворенным телом и крепко уснула, завернувшись в расправленное одеяло. Внутри тявкнула и свернулась счастливая лиса.Минут через десять дверь спальни беззвучно приоткрылась и так же осторожно вернулась в закрытое состояние.