Глава 23. Арина

– Тетя, давай я с тобой хоть этого отправлю, Трофимова!

– Ага, а сама после кесарева останешься тут одна троих таскать? Я справлюсь. Доктор же сказал, что у нас тут небольшая аритмия. Покапают чуть и отпустят.

Прикусила губу. От волнения перед глазами летали мушки. Тетя – единственный родной мне человек во всем белом свете, но не могла же я оставить детей. Тем более, на этого…

Покосилась на третьего лишнего. Ему словно пофиг было на то, что врачи забирают тетю в больницу. Они мне ничего не говорили, но я же видела, что что-то не так!

– Все, не переживай, я еще эту троицу женить успею, так что не нервничай, ладно?

Но у меня уже глаза на мокром месте были. Прижимая к себе Мира, я голосила, что есть мочи. Ну, как так? А вдруг я вижу ее в последний раз?

– Арина, о детях подумай, ты почему плачешь?! Малышей напугаешь!

Если бы не сын на руках, я бы Матвею сейчас в нос дала. Хам! Ему вообще не понять мои эмоции. Но помощь пришла, откуда не ждали. Врач «Скорой», взглянув на Трофимова поверх очков, строго сказал:

– Молодой человек, вы бы вместо того, чтобы трындеть на девушку, у которой гормоны зашкаливают, чаю ей с мятой сделали да с детьми помогли. Вон тот уже есть явно хочет, а этот в памперс наложил. Тоже мне, папаша. Поменьше гонора!

От такого заявления Матвей опешил. Пробурчал что-то из разряда, что надо было платную «Скорую» вызывать. Я же отправила благодарный взгляд врачу, а тот лишь улыбнулся:

– Не переживайте так, просто переволновалась ваша тетя, но в ее возрасте лучше перестраховаться, она вам еще пригодится. Заодно протестируете отца в полевых условиях.

Он поднялся, взял свой чемодан, а потом подмигнул мне, заговорщически добавив:

– Я на вас подписан и с нетерпением буду ждать фото после ночи с детьми, думаю, с вашего рыцаря вся спесь слетит.

Не смогла сдержать улыбку. Еще час назад мне хотелось впасть в истерику, а сейчас все было куда позитивнее. Доктор меня успокоил и порадовал.

Тетя крепко обняла меня. Бледная, уставшая, ей действительно нужен отдых. Здесь она его не получит, потому что будет постоянно отвлекаться на помощь мне.

– Держитесь, Ариша, няня скоро придет. Не переживай, со мной все будет хорошо!

И все равно я разревелась. А все потому, что мы с ней давно не расставались так надолго. Как только дверь за ней закрылась, я продолжила плакать.

– Держи чаю. Что ты хоть так разревелась?

– Тебе не поня-я-я-ять!

– Так ты успокойся и объясни. Неужели, и правда, так гормоны трепят? Детей напугаешь, они вон какие капризные уже.

Угу. Они и до этого капризные были, просто ты не застал. Так и хотелось накидать Трофимову обидок, но сил не было. Ну, правда, еще же кормить их, вон как Радик уже тыкается в грудь Матвею в поисках молока.

– Давай Радика, он есть хочет. Я покормлю.

Легла на специальное кресло, что мы приспособили под кормления, сняла часть майки, обнажая грудь. Матвей положил сына и немного завис, глядя на мою молочную фабрику.

Я тоже зависла. Потому что во взгляде мужчины я читала, ой, не то, что должна была по идее. Ну, не может он меня хотеть! Тем более, в таком виде!

Тем не менее где-то внизу живота все стало закручиваться. Я этого не ожидала, как и резкого прихода молока. Такое бывало. Сначала я ойкнула, а потом запоздало направила вершину прямо в рот сыну. Но небольшой фонтан все же задел мужчину.

– Да что ж такое! То парни, то теперь ты. Я у вас вместо мишени, что ли? Хватит меня обливать своими жидкостями!

Молоко попало ему прямо в глаз, а я не удержалась от смеха. Потому что он явно не ожидал таких выкрутасов от нас.

– Ну, согласись, что это лучше, чем моча? Считай, поесть можно.

– Фу, гадость какая. Еще не хватало из груди твоей пить…

Только почему-то после этих слов голос его стал низким и хриплым, а взгляд снова нырнул в ложбинку. Мне хотелось верить, что соблазнительную.

Потому что, когда молоко приходило, я была очень даже ничего. Это потом все сдувалось, ну, и никакого объема. А сейча-а-а-ас…

– Кстати. Я твои видео смотрел. Сейчас принесу тебе салат и мясо. Я по дороге заскочил в ресторан. Ты там, вроде, бывала пару раз, и мне сказали, что это твое любимое. Сейчас этого покормишь, а я тебя. А то еще молоко кончится. Стрелять в меня будет нечем.

И Матвей, не ожидая моего ответа, пошел в соседнюю комнату. А я на секунду растерялась. Ну, не представляю я, что с ним делать и как реагировать. Это что, получается, забота?