Глава 18.2

Семь лет назад

Василий

- Ася, ты пойми, на Никите свет клином не сошелся! Если он изменил сейчас, то будет изменять всю жизнь. Он использует тебя как трамплин для социального прыжка наверх!

- Не верю! Он не мог так поступить со мной! – Ася вгрызается взглядом в Полину, - зачем ты врешь?!

Сегодня мы втроем вернулись из Сочи. Я не выдержал, уже в самолете рассказал сестре об измене ее жениха. И вот теперь пожинаю плоды.

- Полина! Признайся, что ты наврала! Хотела мне отомстить, да?

- Нет, - Поля активно мотает головой. – Никита переспал с моей подругой Лялькой. Я видела ночью его в нашей ванной комнате.

- Ненавижу тебя! Ты сломала мне жизнь! – Ася бросает на Полину гневный острый взгляд и вылетает на улицу.

Бегу за сестрой. Останавливаюсь на крыльце, не желая попасть под колючий беспощадный дождь.

Сегодня хлещет как из ведра. Погода рыдает вместе с Асенькой.

Тонкая высокая фигурка, стоящая в центре двора неподвижно, вызывает жалость и желание повернуть время вспять. Худенькие плечики сотрясаются в такт всхлипываниям.

Как больно… Жгучая острая боль в центре грудной клетки проламывает мне рёбра.

Моя дорогая сестра, прости! Но по-другому поступить не мог. Поймёшь чуть позже, что мы с Полей были правы, рассказав тебе правду.

* * *

Настоящее

- Вызвал для дела? – Ася обретает голос.

- Да. Нужно детей приодеть. Так-то вещи есть, но девчонки желают быть модными и непохожими друг на друга. Поедешь с нами в торговый центр?

- В таком виде? – Ася обводит рукой себя и детей.

- Мда! Переоденемся для начала.

Сестра аккуратно скидывает с себя детские руки.

- В дом! – командует она, тычет ухоженным пальчиком, увенчанным кольцами, на крыльцо.

Если Машуня и Мишутка тут же бегут вперед, то Майка зависает, с придыханием рассматривая золотые побрякушки.

- Да, вот с этой малышкой особые сложности. Её мать написала, что я должен заняться с ней танцами, отдать в школу моделей. В целом она мечтает стать то ли дизайнером, то ли манекеном.

- Чего? Полина что поставила условия? – пышет гневом сестра.

- Типа того. Шоу смотрела: «Папа попал!»?

- Нет!

- Она, похоже, смотрела.

Про Алису я не упомянул. Асенька слишком «правильная», тут же расскажет маме, а та будет переживать, вытрясать из меня информацию.

- Есть одно условие, не рассказывай пока маме о троице.

- Это ещё почему?

- Ты же знаешь, золотые внуки и всё такое. В покое не оставит.

- Ладно! – соглашается нехотя. – Что у тебя с Полиной? Неужели простил после всего, что было?

- Тебе не кажется, что то, что случилось семь лет назад, уже не имеет значения!

- Серьёзно?! – одаривает мен зловещим взглядом. – А тогда ты пел по-другому.

Не знаю, как объяснить Асеньке, что эта троица и Полина дороже, чем уязвленное самолюбие, гордыня…

Тяжело вздыхаю.

Погружаюсь в прошлое…

* * *