Глава 34

Агата

- Марк мне сразу двух полуторагодовалых внуков привел, а ты и его умудрился переплюнуть. Обогнал старшего брата, утер нос. Нам всем, - ни на миг не отводя взгляда от тройняшек, медленно проговаривает Валерия. Руку к груди тревожно прижимает. – Альберт будет недоволен твоим поведением, Адам. О-очень недоволен, - говорит о своем муже, но при этом почему-то улыбается лукаво. И в синих, почти как у Адама, глазах искорки хитрые пляшут. Незаметно, чтобы она сильно супруга опасалась. Наоборот, ждет его реакции с предвкушением.

Невольно улыбаюсь ей в ответ.

Но сразу же становлюсь серьезной. Только сейчас я четко осознаю, что нахожусь в семье Туманова. В кругу самых близких для него людей. А напротив меня стоит не кто иной, как его мать. С добротой и теплом рассматривает чертят, а они изображают трех ангелочков, притихнув и мило хлопая ресничками. Особенно близняшки стараются. Очаровывают Валерию, которая и так все внимание им дарит.

Лишь изредка она на меня посматривает. Сканирует, словно мысли и намерения прочитать пытается. Но на знакомство с родителями я не соглашалась!

Адам хитростью привез нас с детьми сюда. Шарлатан с навыками гипноза. Больше никак я не могу объяснить внезапно накатившую покорность, с которой я села в машину и была готова ехать хоть на край света.

– Сам будешь отцу объяснять, откуда у чайлдфри трое детей, - бархатно смеется Валерия. - Лет-то сколько?

Наклоняется к деткам, пожимает им ручки. По носикам их щелкает всех по очереди. Достается и подскочившим двойняшкам Златы. Чтобы поровну и никого не обидеть.

- Пять, - гордо отзывается Адам.

- Они только мои, - выпаливаю, не желая обманывать столь приятную женщину.

Горячая ладонь сползает по моей талии ниже. Получаю легкий, едва заметный шлепок по бедру и грозно смотрю на Адама.

- Они наши, - спорит он. Отрицательно качаю головой и предупреждающе брови хмурю. Пусть даже не думает лгать родителям! – Наши общие, - убедительно повторяет. – Я ведь не шутил, - намекает на разговор в спортклубе. – Плевать на тесты, - напоминает шепотом.

И эта фраза вновь действует на меня обезоруживающе. Покоряет и заставляет представить, что у нас действительно есть шанс быть вместе. Правда, принять такую идеальную реальность моему искореженному сердцу сложно.

- Папочка, - Ксюша подыгрывает Туманову. Или это больше не игра? – А кто это? – невинными глазками в Валерию стреляет.

- Да, папочка, ты нас не познакомил, - поддерживает сестру Васька. – Это неприлично, - поучает, а сама подмигивает ему.

- Меня зовут Максим, - берет инициативу в свои руки сын. Ладонь Валерии дает.

- Да ваш папочка проштрафился на годы вперед, - бурчит она. – Мы лучше сами познакомимся, - собирает всех пятерых детей вокруг себя. – А ты иди отца встречай, они с Марком скоро будут, - указывает Адаму, и тот вздыхает тяжело. – Или забыл, как он Златулю с рыжиками тяжело принимал? – прищуривается.

Боковым зрением замечаю, как вздрагивает Злата, но тут же руками машет:

- Да ладно вам. Все в прошлом! – поворачивается и обращается уже ко мне: - У Альберта Ильича характер вспыльчивый, а так он хороший, - успокаивает меня, но вместо этого вызывает порыв сбежать отсюда с малышами.

- Нет желания вообще с ним пересекаться, - неожиданно заявляет Адам. - Проще уехать отсюда. Позже как-нибудь с Марком встретимся.

- Тумановы не бегут с поля брани, - Валерия подталкивает сына к двери, и тот вынужден отпустить меня и подчиниться. – Соберись и иди принимай бой, - отмахивается. – Златуль, проследи, чтобы он опять чего-нибудь не вытворил, - после паузы, добавляет ехидно: - Все они. С мужчинами Тумановыми нелегко.

- Есть, мэм, - салютует она свекрови задорно.

Злата быстро чмокает ее в щеку, а потом уводит Адама во двор. Он оглядывается на меня напряженно, но я мягкой улыбкой подаю знак, что все в порядке. Справлюсь я с его матерью. Даже к лучшему, что мы наедине пообщаемся. Я собираюсь быть честной с ней.

- Почему Адаму не признаешься, что дети его? – задает странный вопрос Валерия. – Обидел тебя сильно? Тумановы могут, - извиняющимся тоном заключает.

Спохватившись, нашептывает что-то малышне, дает указания двойняшкам Златы. И отправляет всех к манежу, заваленному доверху игрушками. Помню времена, когда у нас дома он стоял. Дети не согласились на секунды «за решеткой» находиться, так что мы использовали его как такой же «склад».

- Потому что так и есть. Я ЭКО делала от донора и… - начинаю уверенно и смело. Не хочу ни слова лжи ей говорить.

- Ясно, - закатывает глаза Валерия устало. – Я думала, этот оболтус пошутил, когда нас с отцом пугал, что наследники Тумановых по всему свету бегают. Как оказалось, не обманул. Но, знаешь… - с обволакивающим теплом смотрит на резвящихся детишек. – Это самая прелестная шалость от моего несносного сына.

- Нет, вы не так все поняли, - сопротивляюсь я. – Тройняшки к Адаму никакого отношения не имеют. Но он, кажется, полюбил их. И готов принять как родных, - озвучиваю то, во что запрещала себе верить. Чтобы не разочароваться.

Не могу сдержать бешено танцующее сердце в груди. Ведь Адам по-настоящему привязался к чужим детям, а я, кажется, влюбилась…

- Пф, конечно, примет, - фыркает Валерия. – Куда он от зова крови денется, - смеется она. – Они же похожи на него, особенно близняшки. Две мелкие копии, даже гетерохромию себе прихватили. Фирменная особенность рода Тумановых, между прочим. У Марка и его сынишки Артема она проявилась, но более четко. Я тогда сразу Альберту сказала, что никакого теста ДНК не надо. Кровные внуки. И тебе то же самое говорю!

- Совпадение, - упорно не принимаю ее антинаучных аргументов.

Однако устремляю взгляд на Ксюшу и Васену, которые, будто подслушав нас, округляют синие глазки, демонстрируя желто-карие всполохи вокруг зрачка. И Макс поворачивается, на подаренные Адамом часы зыркает.

Всего лишь совпадение. Не от Туманова они. В противном случае у меня появятся вопросы к матери…

* * *

- Понимаю теперь, почему Адам в тебе так безнадежно утонул. Изменился рядом с тобой до неузнаваемости, - Валерия бережно проводит рукой по моим волосам, расчесывает пальцами длинный хвост. – В тебе есть то, чего ему не хватает. Осторожность и рациональность. Вы дополняете друг друга, - говорит приятные вещи, в которые хочется верить. – Ты немного охладишь его пыл. А он научит тебя брать от жизни по максимуму и наслаждаться каждым моментом. Освободит от оков, в которые ты сама себя заперла. Все Тумановы притягиваются к своим противоположностям, - ухмыляется задумчиво. – Это у них семейное. Сильнее гетерохромии, - заливается приятным смехом.

- Думаете, все настолько серьезно? У Адама ко мне? – рискую спросить шепотом. И тут же ругаю себя за наивность. Надеюсь, Валерия не расслышала.

Но она, кажется, по губам прочла. Каждое слово. И чувства мои поняла по глазам.

- Навсегда, Агата, - улыбается мягко. – Не сомневайся, Тумановы однолюбы. Это Адам с пути свернул. Все пытался отцу и брату доказать что-то. Бунтарь. Да и с женщинами не очень ему везло. Первая любовь к Марку от него переметнулась, потому что на тот момент он медиахолдинг должен был возглавить, а Адам отказался войти в отцовский бизнес. Она деньги выбирала, а не мужчину. Но родство двух братьев сильнее оказалось, и дама в итоге осталась ни с чем.

- Поначалу мне казалось, что отношение Адама к женщинам… потребительское, - признаюсь чуть слышно.

- Осторожность и рациональность, - усмехается Валерия и поднимает палец вверх. – Вот благодаря своим качествам ты и сделаешь из него примерного семьянина. К тебе у Адама чувства совершенно иного толка, далеко не потребительские, - подмигивает заговорщически.

Отворачиваюсь смущенно, устремляя взгляд на детей. Наверняка Валерия говорит все это, чтобы меня не обижать. И я ей благодарна, но верить не спешу. Люди не меняются по щелчку пальцев. Тем более, мужчины. Полигамны по своей природе, как утверждал Макар.

- Так, пришли, - вскидывает голову Валерия в ту же секунду, как доносится грохот входной двери. – Что же, знакомство легким не будет, - предупреждает она. – Эти Тумановы сначала перегрызут друг друга, а только потом договорятся. Но тебя с детьми никто не тронет, не волнуйся, - обнимает меня неожиданно. – Ох-х, - вздыхает тяжело.

В холле нас уже ждет старший Туманов. Стоит мощным каменным изваянием, преграждая выход. Руки в карманах, желваки ходят на скулах, черные глаза сужены, губы в одну линию сжаты. А благородная седина делает его образ еще более зловещим и опасным.

- Здравствуйте, Альберт, - вежливо произношу я, когда мы сталкиваемся взглядами. Выдержать его напор непросто. Но благодаря Адаму, который мгновенно оказывается рядом со мной, я набираюсь сил. - Меня зовут Агата. Я…

- Моя будущая жена, - вклинивается в беседу Адам. По-хозяйски меня притягивает и крепко прижимает к себе. Разрываю зрительный контакт со старшим Тумановым и недоуменно впиваюсь в его сына. Что еще за заявление? – И наши дети, - кивает на тройняшек, которые не спешат приближаться к суровому деду. Стоят поодаль.

Альберт напряженно молчит, пристально изучает нас всех. Ощущение, будто он судьбу нашу решает, и от его слова зависит будущее каждого в этом доме. Слишком много власти и авторитета исходит от пожилого мужчины. Настоящий глава семейства.

Но и Адам ему не уступает. Горячий, вспыльчивый, он создает контраст ледяному отцу. Сложно предугадать, что выйдет из этого противостояния. Чувствую, как он стремительно закипает. Чем дольше молчит папа и внимательнее оценивает нас с тройняшками, тем сильнее нагревается Адам. Не выдерживает первый – и взрывается:

- Предупреждаю сразу, если хоть слово против моей женщины услышу, ты нас вообще никогда не увидишь, - рычит он так яростно, что я невольно обхватываю себя руками. – Я вообще не собирался вас знакомить. Дураком последним надо быть, чтобы рассчитывать на твое понимание и участие. Мы исключительно к Марку приехали, - произносит с вызовом, отчего глаза Альберта темнеют.

- Ну, прекратите, - возмущенно взмахивает руками Валерия. – Адам, на тебя я обижена за то, что ты прятал таких милых тройняшек, - грозит ему пальцем. И подходит к мужу: - На тебя тем более! Алик, ты забыл, что было со Златой? Я с трудом вас помирила. А сейчас даже пытаться не буду. Все сам! – отворачивается демонстративно.

Злата принимает сторону свекрови, перехватывает «эстафетную палочку», но действует по иной методике. Кнутом и пряником. Толкает Альберта в бок, губы надувает возмущенно, а потом берет свекра под руку и укладывает голову ему на плечо.

- Пап Алик, ну, посмотрите на них. Какие лапочки, - указывает на застывших чертят. А сама ластится к нему, как к отцу родному.

Подмигивает своим Ане и Артему. Двойняшки, мигом почуяв неладное, подлетают к Туманову с радостными криками: «Деда, а что ты нам привез?».

Силы неравные. В итоге, глава семьи в лице меняется, постепенно смягчается, пока не сдается окончательно.

- Приятно познакомиться, Агата, - со скрипом, но все же выжимает из себя. И на Злату косится, будто одобрения ждет. Она, помедлив, кивает свекру.

Альберт по-отечески чмокает невестку в макушку. И отпускает ее к Марку, который нетерпеливо сгребает жену в охапку. Обнимает, нашептывает что-то ласковое. А нам с детьми улыбку посылает в знак приветствия.

Адам же ни на шаг от меня не отходит. Стальным щитом стоит между мной и его отцом. Краем глаза следит за тройняшками.

- Взаимно, - собравшись с духом, стараюсь ответить Альберту доброжелательно. Как бы меня не угнетала сложившаяся ситуация, я не желаю подливать масла в огонь.

- Агата, я бы хотел услышать вашу версию всего этого… - устало потирает переносицу пальцами. – С ним разговаривать бесполезно, - бубнит, покосившись на Адама. И я молча соглашаюсь, потому что тот сейчас больше на огнедышащего дракона похож. Мне самой рядом находиться страшно, хотя защищает он именно меня. – Только прежде мне надо выпить, - заявляет строгий мужчина неожиданно обреченно.

- Чай, я надеюсь? – берет мужа под локоть Валерия. – Ничего крепче вам нельзя, Альберт Ильич, - с нотками сарказма добавляет.

- Опять начинаешь, - глаза закатывает. «Камень» заметно трескается, поддаваясь чарам жены. - Ты еще про возраст мне напомни, девочка, - проговаривает чуть слышно.

Но я расшифровываю фразу, удивляюсь такому милому обращению, которое не вяжется с грозным видом сурового Туманова, и с трудом улыбку подавляю. Права была Злата: хорошие родители, просто своеобразные.

- А с нами познакомиться? – отмерев, подбегает к Альберту Васька. – Папочка нас опять не представил, - стреляет взглядом в Адама.

Ее уверенного «папочка» хватает, чтобы расслабились оба: и старший Туманов, и младший.

- Ага, он у нас не очень воспитанный, - поддерживает сестру Ксюша, но издалека. Подумав, Макса подталкивает к деду, а сама за ним прячется.

- Добрый… день, - непривычно заикается сын. – То есть вечер, - на часы косится, и этот жест не скрывается от взгляда главы семейства. Как и коллекционная вещица. – Почти вечер, - совсем теряется Максим.

На помощь спешит Адам. Притягивает мальчишку к себе, по макушке треплет, поддерживает. А в сторону отца опять невидимые шипы выпускает.

- Согласен, папочка ваш невоспитанный. Мое упущение, - бурчит Альберт. – Знакомиться, значит? Ну, что же, - хмыкает, приседая. - Привет, красавцы, отныне я, кажется, ваш дед.