13

Утром собралась рано, сбегала в школу, попрощалась, извинилась перед химичкой, какая уж мне олимпиада. Она вдруг обняла меня, сказала, не бросай химию. Я кивнула, побежала в детский дом.

На завтраке на меня все смотрели с такой тоской. Каждый мечтает, когда заберут и его. Каждый подошел, пожелал удачи.

Вчера неожиданный концерт привлек внимание всех.

Я спела пару песен и предложила подпевать. Пели все, даже те, кто слуха не имел, пели громко и вразнобой.

Ирина Павловна, обняв двух маленьких мальчишек, пела громче всех, очень низким голосом, я подстроилась, получалось забавно. Никто не ругался, а разошлись поздно. Под конец Ирина Павловна сказала негромко, что я ухожу, меня забирают, но мы не прощаемся, когда буду в Питере, прибегу, и мы еще споем!

Я никак не могла уснуть, меня колотило. И слышала, что воспитатели ходили по спальням, утешали ребят.

Каждый уход в семью любого – событие для всех. И надежда.

В час дня сидела на кровати и смотрела на часы. Раза три  выбегала в фойе, сверялась с общими часами. На обеде с трудом съела кашу. Без пятнадцати. Без десяти. Пора!

Вытащила вещи, стала спускаться, кто-то подхватил сумку и рюкзак, обернулась – Наташа. Я кивнула и покатила чемодан, она кивнула в ответ, молча. Мы вынесли все вещи, у входа стояла машина, из нее вышел сэнсэй. Вещи погрузили, и он шепнул - оглянись.

Я посмотрела на детский дом. Наташа подходила к входу, из каждого окна смотрели дети, у входа стояли  воспитатели. Все молчали. Помахала, мне помахали в ответ, кто-то засвистел.

Села в машину, сэнсэй нажал на гудок, и мы поехали.

– Это что так?

– Каждый уход в семью – это потрясение. Для каждого, кто остается. Я поэтому и не хотела, чтобы мне помогали с вещами. Видели, как на вас смотрели? С какой тоской?

– Видел. Решили, что я тебя усыновил?

– Да.

– Я  говорил, что ты хитрая?

– Нет, говорили, что наглая совершенно.

Он важно сказал:

– Это синонимы.

Я прыснула.

– А ты знаешь, я сегодня выспался хорошо, за много лет, кажется. Не знал, что янтарь такая сила.

Я посмотрела на него, согласилась, да, сила.

Остановились у «Парацельса», ехали минут пять, надо же, как быстро!

– Пойдем так, успеем вытащить вещи, тебе сразу ничего не надо?

– Не надо.

Встретила нас Ксения, мы поздоровались:

– Ксения  Александровна, разрешите вас познакомить, мой сэнсэй, Иван, а Ксения Александровна  руководит клиникой.

– День добрый. Иван, пойдемте, Андрис сейчас прибудет, у него вы, а потом с четырех остальные.

– А у нас пораньше получилось, быстро доехали.

– Отлично, покажу «Парацельс». Не голодные? Хорошо, это просто кабинеты, а вот и наш спортзал, он мал, конечно.

Ну не так уж и мал, метров пятьдесят-шестьдесят будет. По периметру стояли тренажеры, скамейки,  в центре лежали маты.

В зал заглянули оба магистра!

– Вот вы где! Давайте знакомиться, это Рональд, а я Андрис.

– Иван. А Лера говорила, вы зарубежные, и так чисто говорите на русском.

– Стараемся. Посмотрим вас?

Сэнсэй хитро прищурился:

– На ковре?

Магистры засмеялись, переглянулись. Целитель сказал, сначала на кушеточке, а то будете говорить, напали, а косточки так болели, так болели, нечестно, и увел сэнсэя.

Магистр Рональд взял меня за руку, и тоже повел, только в другую комнату, наверное, в кабинет Ксении. Нас ожидал горячий чайник, на подогреве, тарелка с бутербродами, пирожное.

– Садись, Лера. Наливаю. Готова, собралась?

Я засмеялась:

– Готова, собралась, наливайте.

Он налил мне чай, подвинул тарелки:

– Ешь давай, у тебя вид некормленого ребенка.

– Это как? Без слез не взглянешь?

- Взглянешь, а меня будет Андрис бить. И все в Академии. За твой недокорм.

– А вы дадитесь?

– Вряд ли, но смешно будет, если ректор дерется со всей Академией. Смешно!

Браслет мигнул у магистра, он нахмурился:

– Подожди, Андрис просит меня вернуться, ешь пока. А то побьют!

Через несколько минут зашла Ксения, задумчивая.

– Ксения Александровна, что-то с сэнсэем?

– Нет, Лера, все в порядке, не волнуйся. Может, ты как раз и рада будешь. Мне сказали, побыть с тобой, и нас позовут. Мужские разговоры.

– Это что, например?

– Не знаю еще.

– Ну, если я рада буду как раз?

– Лер, ты точно оборотень!  Все фиксируешь. Подождем.

– Ксения Александровна, я наполовину оборотень, не знаю, какой маг мама. Была.

– Ничего не знаешь?

– Нельзя было говорить. Ментальные маги могли быстро меня, ребенка, прочитать. Отец, приемный вообще-то, он мне дед получается, и двоюродный дядя магистра, решил, что все скажет мне уже в Элании. Когда доберемся.

– Сегодня и доберетесь. А для оборотней не такое уж и далекое родство. Считается, если родство прослеживается в принципе, то близкая родня, – посмотрела на браслет, – сними еще кружечки, вот там, с верхней полки, сейчас придут все трое.

Зашли все, действительно, сэнсэй надевал кулон, увидел меня, подмигнул. Магистр Рональд заметил, хмыкнул. А начал разговор, пока все рассаживались, целитель:

– Иван, я вас посмотрел, обсудил с ректором, и у нас к вам предложение.

Засмеялась Ксения:

– Что-то это мне напоминает.

– Да, Ксения, ты права. Иван, травм у вас очень много, нужен бокс интенсива. Я только связки восстановил на левой руке. По частям смысла никакого нет. Настроем сразу бокс, полежите часика три-четыре, вернем мениски, приведем в порядок позвоночник, – покосился на меня, – и так далее. Давайте познакомимся еще раз.

Магистр Рональд – ректор Всемирной Академии магии Элании, Ксения – заместитель декана по творческим вопросам Академии Магии, представляет факультет Творчества, я – магистр Андрис, главный целитель Теоретического факультета Всемирной Академии магии. Лера – будущая адептка  Академии. Расположена сама Академия не здесь, а в Элании, в столице. Такие миры у вас называют параллельными мирами. Перемещаемся мы сюда порталами.

Дело в том, что вы маг, очень слабый. Обучать вас как мага смысла нет, ну, основам бытовой магии только. Но вы сможете жить в магических мирах, а это подарок вселенной. Он дается не всем.

А предложение заключается вот в чем. Первое, мы сначала покажем вам саму Академию, покажем спортзалы. И вы подумаете, не спеша. Второе, положим вас в бокс интенсива, вернем здоровье, и скинете лет пяток хотя бы. И останетесь в этом возрасте, пока живете в магических мирах. Третье, мы предлагаем вам работу, тренером по физической защите магов. У нас разные школы, а это очень хорошо, очень. И нам поможете. Лера тогда появится с вами, а не с магистром Рональдом, ее никто не свяжет с родственниками, а то на нее охоту объявили. Мы, конечно, разбираемся, дознаватели уже работают, но зачем помогать охотникам. Вам на тренировку к пяти?

Ошарашенный сэнсэй молчал. Смотрел на магистров, смотрел на меня. Целитель решил дать ему время:

– Лера, а кулон ты делала?

– Я.

– Умница.

Ректор  согласно кивнул:

– А вплела грамотно, особенно мне понравилось на защиту от проклятий, можно зачет ставить за первый курс, по артефактам. И на физзащиту славно вплела.

– Да, я славно и получил, не сразу понял, что ты его страховала, – засмеялся магистр Андрис.

Я нарочито задрала нос, все засмеялись. И сэнсэй:

– Сейчас три часа, а мне к пяти, полпятого надо быть здесь. Это реально?

– Реально, будем к четырем, у меня тут больные подойдут. Мы вдвоем прыгнем, туда-обратно. Идем?

Они  вышли, Ксения извинилась и тоже ушла.

Ректор налил себе кофе, посмотрел на меня:

– Рассказываю. Все, что ты говорила, проверяют, пока все подтверждается. Еще не нашли только моего дядьку, твоего приемного отца, не знаем, где он. Выясняем про твою семью, маму звали Леонтия, была сильным магом.

– Каким?

– Оборотень, ипостаси тоже выясняем. Они совсем другие, не наши обычные, но ты стопроцентный оборотень. Магистра Рида выкрали с Нового мира, сейчас лечат. Он очень слабый, морили голодом, издевались. Ужасный мир. Я приготовил другой вариант, и начальную школу магов тоже, но лучше, если будешь рядом. У нас есть подготовительные курсы, на всех отделениях, вот за два года на двух и будешь учиться.

– А на каких?

– Лера. На стражей и не просись, не отдам, сразу говорю. Выбирай – творческое, целители, техно-маги, а там есть артефакты, и бытовая магия есть, очень большой выбор. Я сам преподаю на теоретическом факультете.

– Магистр, выбор простой, конечно. Целители, артефакты. А совмещать получится?

– Получится. У нас все получится.

– А про сэнсэя расскажите.

- Лер, у вас какие отношения?

– С сэнсэем? Какие могут быть отношения с сэнсэем? Это же наставник! Скажет, прыгнуть, даже не задумываясь, прыгну.

Ректор заинтересовался:

– Если Андрис скажет – прыгнешь?

– Если пойму, что надо – прыгну.

– Подумаешь сначала?

– Подумаю, – призналась.

Явно хотел еще что-то спросить, но промолчал.

– Понимаешь, если Иван согласится, будете жить рядом с ним, в Академии.

– Это как, рядом? В одной комнате?!

– Да нет, что ты, – он даже засмеялся. – У нас в одной комнате никто не живет. Вход общий, и спортзал общий, а дальше свои комнаты, только у тебя еще магзал будет, остальное все свое у каждого. И Ксения рядом будет жить, она часто у нас бывает, и спросить можно что-нибудь, ну, если возникнет необходимость. Э-ээ, женские вопросы с кем-то обсудить. Из одежды, например. Я в женской одежде ничего не понимаю. Пробел в образовании. Понимаешь?

Я давилась от хохота. Он такой выразительный. Застеснялся даже, такой пробел!

– Только никому не говори, а то Андрис начнет женские вещи дарить, образовывать.

Он прямо загоревал.

Я смеялась и не могла остановиться.

Сэнсэя привели к четырем, мы так и ждали у чайника, магистр целитель понесся к больным.

– Вам чай или кофе?

– Теперь и кофе можно, кофе!

– Как вам Академия?

– Как сон! Сбывшийся. Фантастика просто. Очень красиво, а какие залы спортивные, и возможности. А я ведь не поверил!

– Расскажите подробнее!

- Не расскажу! – он хитро жмурился, поглядывал на ректора. – У тебя есть, кто расскажет.

Ректору это явно понравилось, интриганы.

– Иван, семья большая?

– Не совсем. Я один, но у меня собака, по субботам мы с ней уезжаем в лес.

– Вольер сделаем, на территории, у Ксении есть внучка, наша адептка, в соседних комнатах обе проживают, у них тоже собака. И вольер есть, даже пока свободный, кажется. Вам сколько надо времени на раздумья?

– Один день. Или два. Уволиться, подобрать замену.

– Лера, тогда ждешь здесь, в Питере. Поживи пока у ребят в гостинице, это помещение Академии, форпост наш. Далее, как Иван освободится, мы вас вместе заберем. Одновременно. Годится?

– Годится!

– Ребятам, адептам нашим, не говори, что я твой родственник.

– Да им уже сказали.

– Забудут. Они маги, ненужное забуду, – ухмыльнулся, – просто, если спросят, промолчи. А про Ивана скажешь, что он тебе… крестный! Хорошо? Иван, не против?

– Крестный – это серьезно. Но я не против, совсем не против. Лера, утром жди, поедем в храм, а потом уж я в лес. Идем за твоими вещами, я подвезу.

Он вышел, я отправилась следом, но меня остановил ректор. Обнял, поцеловал в макушку, посмотрел на меня, поцеловал в ладошку:

– Будь осторожна, амулетов больше нет, отдала?

– Отдала, я сделаю сегодня, есть из чего.

– Хорошо, а то от моего моей магией нести будет. Постарайся никуда не выходить. Беги, мне тоже нужно бежать.

Я выдохнула и догнала сэнсэя.