Глава тридцать вторая

Ведун, он же двоедушец, он же ведьмак, не был беловолосым и мускулистым, не было у него и меча. Просто мужик в странных шмотках и с посохом. В кои-то веки обычный мужик – не красавец, не культурист и не харизматичный. Усталый, небритый и худой. Последнее как раз иначе быть и не могло. В здешнем мире вообще толстоту сложно приобрести, если постоянно по дорогам ходишь, а не на печке сладко спишь. А Яга свои булки отъела, потому что богатыри калорийные очень. А если их еще и с хлебом…

Может, и шла я, полная гнева, и чуть ли не молнии швыряла во все стороны глазами, то при встрече с ведьмаком как-то внутри все утихомирилось. Ждала противного дедка или очередного жгучего перца, а был обычный мужик. Голодный.

А дальше уже и кричать расхотелось. Ведьмак и здрасте сказал, и поклонился, но без подобострастия, вежливо, всяких благ пожелал, не кричал, не топал ногами и гадостей не говорил. На лавку сел, за еду спасибо сказал и ел аккуратно и без возражений, мол, хочу мороженого или пирожного.

В общем, все внезапно пошло как в сказке заведено: накормила, напоила и каким-то образом даже на ночлег предложила остаться. Прям магия какая! Магия обычности!

– А ты мне голову не морочишь? – я тряхнула этой самой головой и нахмурилась. Только ведьмака так просто не возьмешь. Усмехнулся – а глаза вдруг желтым блеснули.

– Я не человек, не нелюдь, Яга, меня отовсюду гонят и везде привечают.

– Отличная отговорка…

– Это не отговорка, это истина, – пожал он плечами и впился зубами в очередную булку. А ведь корзинка пустая, и куда в этого проглота худого все влезло? Не то чтобы мне жалко…

– Ты бы не налегал на еду так сразу, живот разболится, – посоветовала я.

– Забота Яги? – он смотрел на меня, чуть склонив голову. О, чисто робот-андроид, блин. Эмоций мало, хотя в целом чувствуешь от мужика только доброжелательность. Как оно так выходит? Природный механизм защиты?

– Именно, – кивнул ведьмак.

– Что именно? – не поняла я.

– Я тоже не понял, что такое «природный механизм защиты», но верю, что оно так и есть. Тебе же больше ведомо всего, Яга.

Караул! У меня чуть голова не взорвалась от паники. Он что, мысли читал?! Все, все пропало!

– Не шуми так, Яга, – потер лоб ведьмак. – Не вижу я твоих мыслей. Только те, что в мою сторону, ведомы мне.

– Ага, – осторожно выдохнула я. – Поэтому тебя и привечают, потому что ты знаешь, кто приветит?

– В некотором роде верно, – улыбнулся ведьмак.

Чтение мыслей… А интересно, конечно, пусть и не всех подряд, а только на тебя направленных. Ну кому не хотелось узнать, что там те две клуши о тебе думают, неспроста же хихикают в углу – коровы! – точно сплетни разносят. А вот был бы как ведьмак этот… Черт, точнее, не черт… а, так и не спросила, как этого ведьмака-то зовут.

– По разному меня зовут, – хмыкнул он, в чтении мыслей были свои прелести, повторять вслух не надо было. – Кто с хлебом-солью, кто «эй», а кто и пинка добавляет…

– А у Полкашиного батюшки как звали? – правда, я тут же вспомнила, что в Полкашу я парнишу сама превратила, а имя у него более традиционное. Но ведьмак, судя по кивку, и так понял.

– По всем правилам богатого торгового дома, – оскалился он. – Сначала привечают, потом знаний хотят, а когда не получают того, что нужно, то гонят.

– Значит, он из торговцев, что ли? – вот что-то мы определенно не то спрашивали у Полкаши, все про заговоры и тайные знания, а нет чтобы про быт спросить, про отца… Ну, чего уж теперь. – А про невесту из Нави – это бред или правда? Какая ему невеста? Где я ему здесь ее возьму?

– А кто сказал, что ты ее возьмешь? – удивился ведьмак.

– Так ко мне же он с яблоками пришел! – очень уж я хотела добиться ответа, с чего весь сыр-бор начался.

– Так от тебя и уйдет. А потом жизнь дале долгая, встретит свою невесту, – хмыкнул ведьмак. – Линии так сплелись, что ты ему нужна была. А тебе яблоки. Что, худо стало, что ль, от этого? Нет. Смотрю, что и Черный лес встрепенулся, и сама ты, Яга, дикой нелюдью быть перестала. А нехорошо это, когда страж границы тянется к одной из сторон…

– Чего сразу дикой? – немного обиделась я. Хотя да, поведение той Яги – ну, порой было… ну да… диковатым. Гуманизмом и не пахло, пахло печеным богатырем в яблоках.

– А теперь вижу я, что другою ты стала. Так кому плохо от того, как линии судьбы сплелись?

Ну знаешь ли! Я от возмущения надулась, а потом так же и сдулась. Ну да, мне уж точно неплохо, может, я у себя там умерла. И скорее всего, так оно и было. Да, конечно, еще немало разгребать за прошлой хозяйкой этого тела, но дело делается понемногу. Только бы пережить эти все проблемы с царями, богатырями, наследниками и Лихо.

– Но не о том я пришел сказать, – посерьезнел ведьмак, но прежде чем продолжить, запихнул в себя еще одну булку. Ну и мастер же облома! Я уже настроилась на супер-жуткие новости, а теперь была вынуждена слушать, как ведьмак чавкает. И так аппетитно, собака, что и я не удержалась, взяла булку и даже надкусила.

– Завтра у тебя под окнами все войско Кудымское станет…

– Кхе-кхе! – услышав такую новость, я вздохнула, когда не надо было, и булка попала не в то горло. От кашля и слезы полились, и лицо покраснело. А когда откашлялась, то спросила у ведьмака: – Вот ирод, специально, что ли, подгадал?! Хотел царю Кудымскому службу сослужить, прикончить Ягу заранее?

– Да тебя ж разве прикончишь? – хохотнул ведьмак, но все-таки снова вернулся к невеселой теме. – Войско идет без отдыха и устали, впереди воевода – тот, у которого теперь всегда на одно ухо повязка… И на это ухо он глух, говорят.

– Это еще почему? – поинтересовалась я.

– А это тебя спросить надобно. Съездил единожды воевода к Яге и с тех пор глух. И ухо повязкой прикрывает. А что там, то ли нет уха, то ли что похуже уха, то никому не известно из посторонних. А кто узнал, голова того и покатилась с плеч.

– Ой, резко он так… – я поежилась. Мама дорогая, что я там этому воеводе сделала? Откусила ухо, как Тайсон, или что-нибудь колданула непристойное, и теперь вместо уха другой орган какой?

– Так воевода это присказка, а вот сказочка сама дальше. За дружиной на коне вороном едет сам царь Кудымский, в мехах да золоте, в доспехах да при мече, – ведьмак ну чисто сказочник рисовал картины словами. – Волосья черны, очи черны, борода…

– Тоже черна, да, – не выдержала я. Уже как бы понятно, что царь брюнет, а может, даже и монгол какой, кто ж его знает.

– Ты слушай, Яга, не перебивай! А рядом на коне кауром скачет царица… али не царица… Красоты неописуемой. Очи горят, губы манят, волосы на ветру развеваются, стан такой… – ведьмак руками показал, что и где у этой неизвестной выпирает. – Голову эта женка царю вскружила, что скажет, то все выполнят. Да только не в любви там дело… и золото в руки царя пошло, и пленные работают в городах, а вот у соседей то мор, то несчастье… К чему бы это, Яга?

– Совпадение? – предложила я. – Ну или она ведьма.

– Хорошо бы ведьма, – отмахнулся ведьмак. – Ведьмы ни к добру, ни ко злу. Тебе-то как не знать. Да только интересно эта ведьма волосы носит, так, чтобы глаз прикрывало. И видят все красоту неописуемую, да только сбежали из царских палат все домовые да печные. Шепчутся, что кого пришлая схватит, тот и иссохнет. А жизнь эту ведьма на благо себе воспользует – руку лечит, силу собирает. А ты знаешь, Яга, как зовут ту, у которой ты так много забрала?

– Вот… Лихо Одноглазое!

– Сплюнь! Накличешь! – потребовал ведьмак. И я смачно поплевалась через плечо и постучала об стол. А ну, мало ли!.. Мне и так проблем хватает, не нужно никаких дополнительных. – Это правильно, еще и по голове себе постучи, чтобы впредь знать, как такую нелюдь отпускать… Мирно с ней не выйдет у тебя. На это даже предвидения не нужно. Не смогла она тайно да хитростью. Значит, будет война.

– Война… – я сглотнула мгновенно ставшую вязкой слюну. Как-то войны для меня это американские фильмы и парад военной техники по телеку. Настоящая война – это же убивают, это жесть и боль, и смерть… И, мамочка, куда я попала и что делать?!

– Но я не вижу, какие будут после сказания – то ли о нашей победе, то ли о поражении. Но одно могу сказать – мир изменится, – выдохнул ведьмак и с выражением мудрости на морде лица принялся за последнюю булку из корзинки.

– А можно поконкретнее… Может, тебе погадать или еще что? Картишки раскинуть? Руны выложить? – немного пришла в себя я и решила потрясти на более качественную информацию ведьмака. Предсказатель называется, я тоже так предсказать могу, процитировать с потолка монолог Галадриэль типа «мир меняется, я чувствую это в воде, земле» и так далее. Но конкретики можно, а?

Ведьмак мугукнул и вроде бы за чем-то полез в такую же потрепанную котомку, как и он сам, как вдруг входная дверь в доме распахнулась с такой силой, что грохнула о стену. Кажется, по полу даже вибрация пошла. Тут же от сеней – или как это помещение называется, предбанник, короче – послышались мяв и шипение. Баюн, что ли, вернулся? И еще какие-то жуткие звуки. Тут уж я не удержалась, подскочила и бросилась к входу.

– Беда, старая, беда, карга! Беда! Царское войско идет на Черный лес, – орал Енотий – всклоченный, запыхавшийся, оборванный местами. В плечо попа впивались пальцы-когти Кощея и он сам призраком маячил за спиной, а на поповьей ляжке висел Баюн. Ого, охранная система на высоте у меня. И тут до меня дошел смысл услышанного.

– А… А какой царь-то? – только и смогла выдавить из себя я. Ну и правда, их же целых три вокруг да около ходят. Один – точнее люди от одного – уже ко мне заглядывали. Теперь и остальных, чего уж там, в гости верно было ожидать. Вот дождалась.

– Так это, с востока, значится, дружина Тридевятого, с севера наш идет…

– А Кудымский откуда, если что, путь держать будет? – как бы невзначай спросила я.

– Так с юга, вестимо, – ответил за всех Кощей и напряженно поинтересовался: – А что?

– Так это, намечается у нас небольшая вечеринка – с царями, дружинами и мордобитием, – осчастливила я всех. – Вот только пока не ясно, с одним царем или со всеми тремя…

– Так это, Яженька, надо выяснить и как можно быстрее, – очнулся Баюн.

– Супротив троих не выстоим! – это Кощей меня обрадовал.

– Нашего царя я убедить постараюсь, в ноги упаду, буду лбом о землю бить, а если не прислушается, то можно и… – Енотий сделал такое характерное движение, с которым явно морды бьют, а не челом. – А вот что с Тридевятым делать?..

– Попытаемся в переговоры, – предложила я. И, честно говоря, я верила, что у меня очень хорошие шансы эти переговоры в свою пользу провернуть.