17. Эмерида

Очнулась резко, распахнув глаза и не сразу осознала, где я и что со мной. В комнате было темно, лишь неясные смутные тени, отбрасываемые на стену из окна, давали понять, что сейчас ночь, и я все еще жива. Во рту было сухо, как в песчаной пустыне. Я читала рассказы путешественников, где они делились впечатлениями, как испытывали жажду, и поняла, что это ощущение – именно она. Голова была тяжелая, будто прилипшая к подушке, влажные волосы облепили шею. Да что это со мной? Пошевелилась, и внезапно поняла, что в кровати я не одна – рядом со мной спокойно дышит кто-то большой! Точно не кот! В панике подскочила, ноги запутались в одеяле, я откинула его и с ужасом осознала, что лежу почти голая – из одежды на мне только панталоны и короткая рубашка! Божечки, кто меня раздел? Кто со мной в кровати? Попыталась встать, но внезапно ощутила, как этот кто-то перевернулся набок, а в следующий миг тяжелая рука придавила мое похолодевшее тело, притягивая спиной к груди. – Не шебуршись, – прошептал мне в волосы знакомый голос. Алекс? Какого демона он в моей постели? Или я в его? – Отпусти! – ответила нервно, снова пытаясь выпутаться. Он недовольно застонал, после чего резко поднялся. В спальне включился свет, позволяя мне разглядеть весь бедлам, что тут творился – я в полуголом виде в обществе такого же полуголого мужчины, который с недовольным видом разглядывал меня. – От тебя одни проблемы, – прокомментировал сухо мой судорожный вздох. – Почему ты… здесь? – голос мой был похож на воронье карканье. – А где мне быть? – иронично выгнул он бровь. – Это моя спальня, моя кровать. Я вскочила на ноги и внезапно осознала, что никакой боли не ощущаю. Что происходит вообще? Это дурной сон? Скосила глаза вниз и увидела, что повязка исчезла, а мои конечности абсолютно одинаковые. – Все вопросы утром, – жестко пресек он мой застывший на губах выдох «что происходит?». – Ложись в кровать. – А ты? – взгляд мой заметался туда-сюда по комнате. – Тебя нельзя сейчас оставлять одну, поэтому я тоже буду спать здесь, – Алекс зевнул, покосившись на меня. – Ложись, не выделывайся. – А где Аристофан? – я все еще надеялась, что хоть кто-то поможет мне. – Сказал вечером, что пойдет прогуляться. Судя по диким кошачьим воплям, он решил посетить всех доступных дам в околотке. Мне показалось, или этот мужчина усмехнулся? Глянула искоса на его непроницаемое лицо. – Может, я на полу лягу? – покосилась на толстый ковер у кровати. – Не заставляй меня применять силу, – грозно шагнул ко мне сероглазый. – Быстро в постель! Я юркой мышью метнулась в кровать и натянула одеяло до самого носа, следя за тем, как Алекс потянулся, как его мышцы при этом перекатились под загорелой кожей, а потом шагнул к кровати и погасил свет. В комнате сделалось темно, однако, хорошо просматривалось все, будто где-то остался включенным ночник. Матрас прогнулся под тяжестью мужчины, под одеяло хлынул поток холодного воздуха. Я отодвинулась на самый край, в панике думая, как меня угораздило попасть в такую ситуацию. Неужели мне придется спать здесь всю ночь? Вернее, не спать, а трястись в ожидании утра. В тот самый момент, когда я уже хотела осторожно сползти вниз и устроиться на полу, горячее тело придвинулось к моему, сильная рука обхватила меня поперек талии и рванула к себе. – Должен же я получить какую-то компенсацию, – пробормотали мне в ухо, опалив его жарким дыханием, отчего все волоски, казалось, встали дыбом. – К-какую компенсацию? – в панике воскликнула я, в ту же секунду ощутив, как жесткие пальцы хватают мой подбородок и фиксируют его, будто тисками. Вместо ответа Алекс вдруг навис надо мною, опершись на одну руку, прикоснувшись большим пальцем к моим губам, заставляя их чуть приоткрыться. Я чувствовала, как мое сердце колотится, едва не выпрыгивая из грудной клетки, смотрела на него, в полумраке отмечая, как жарко он дышит, как его прищуренные глаза скользят по моему лицу. – Какую? – лениво усмехнувшись, он склонился и коснулся языком моих губ. Что он делает? Мой рот оказался в плену у Алекса, который целовал так, будто хотел, чтобы я оплавилась от его жара. Горячее тело так плотно прижимается к моему, что кажется, сейчас я задохнусь от нехватки воздуха и невероятных ощущений. – Ты слишком много думаешь. Забудь обо всем! – приказным тоном вдруг прошептал мужчина мне в ухо, коснувшись его влажным языком, обведя контур, а потом спустившись на шею. Боже, что происходит? Я ощутила дрожь, начавшую бить меня, будто было холодно, но на самом деле меня охватил пожар. Огонь тягучей лавой разливался по телу, следуя за прикосновениями, которыми так щедро одаривал меня этот красивый мужчина. В другой жизни я бы закричала, не позволила ему, но в этот миг мне внезапно стало все равно. Голова затуманилась, будто охваченная дурманом, а когда горячие сухие губы коснулись моей шеи, я едва слышно простонала, сама удивляясь тем звукам, которые рвались изнутри. Руки мои сами собой вдруг поднялись, пальцы запутались в коротких жестких волосах Алекса, потом спустились на его плечи, ощупывая гладкую кожу. Я никогда раньше не представляла, как пройдет мой первый раз с мужчиной. Это должно было быть с мужем, в супружеской постели, скучно и обыденно. Но то, что творилось сейчас, точно не назовешь обыденностью. Мозг плавился от волн возбуждения, которые стрелами разлетались от губ и рук Алекса, скользивших вдоль ключиц и ниже. Едва сильные пальцы обхватили мою грудь, я выгнулась, будто кто-то скрутил мое тело, заставляя теснее прижиматься к мужчине. Он чуть отстранился, запуская ладонь мне под рубашку, а в следующий миг тонкая ткань треснула под напором и разлетелась кусками, осев бесформенными кучами на полу. Та же участь постигла и панталоны, а я оказалась совершенно голой перед посторонним мужчиной, который набросился на меня, жадно целуя и пуская огненные реки по коже. В одной тайной книге, которую я стащила из библиотеки, описывался акт любви между мужчиной и женщиной, но там не было этих невероятных ощущений, которые я испытывала сейчас. Жар и холод одновременно охватывали меня, следуя за губами Алекса, который стремился, казалось, быть одновременно везде. Едва он втянул мой сосок в рот, я вскрикнула, схватив его за волосы и стараясь оттянуть его голову. – Тшш! – он приподнялся на локте, прикоснувшись пальцем к губам, а потом снова приник к груди, посасывая и терзая языком ее вершинку. Крупная дрожь била меня, дыхание со свистом вырывалось сквозь полусомкнутые губы. Что он делает? Неужели так бывает? В голове даже мысли не возникло остановить его, когда горячие пальцы скользнули между моих ног и коснулись взрывной точки, от которой, казалось, скрутило весь них живота и ноги. Бедра сами собой распахнулись. Где-то в глубине я поражалась бесстыдству, с которым позволяла разглядывать себя постороннему человеку, но руки тянулись ласкать в ответ, касаться также, как он касался меня. Губами Алекс скользнул от груди к животу, проводя влажную дорожку языком, обвел пупок, заставляя мышцы волнообразно сокращаться, в то время как палец его выводил круги между моих ног. Меня совершенно не страшило, что происходит со мной, наоборот, казалось, что этого слишком мало. Дыхание Алекса обожгло влажные складки, а в следующую секунду его рот накрыл меня там, где я и руками-то не всегда трогала себя. – Что ты делаешь? – я попыталась отстраниться, но он обхватил меня за бедра. – Трогаю тебя, – в полумраке блеснули его зубы в улыбке. – Делаю то, что тебе нравится. Тебе нравится? Мне продолжить? Продолжить? Он ждал ответа, а я уставилась в его горящие расплавленным серебром глаза, закусив губу. Мне хотелось большего. Не знаю, чего, но уж точно не того, чтобы он остановился. Жар между ног стал нестерпимым, живот скрутило судорогой. – М? – вопросительно хмыкнул он, склонив голову. – Д-да! – выдохнула я и содрогнулась, едва горячий язык проник внутрь. Ноги сами собой согнулись в коленях и распахнулись, бесстыдно раскрывая меня, но уже было все равно. Что он подумает, что скажет – все равно, лишь бы не останавливался. Я не знаю, что происходит, не знаю, что будет дальше, но сейчас мне просто необходимо продолжение этого безумства. Откинув голову, жалобно стону, требуя освобождения. Алекс приподнялся на локтях, после чего подтянулся, вновь накрывая мое тело своим. Его обнаженные бедра (и когда только успел раздеться?) уютно устроились между моими, горячий язык проник в мой широко распахнутый рот, сплетаясь там с моим, а в следующий миг он резким движением таза проник внутрь меня, вызвав одновременно волну боли и ощущение наполненности. – Девственница?! – удивленно выдохнул мне в губы, замерев. Я тоже замерла, испуганно глядя в его глаза. Туман из головы куда-то выветрился, появилась ясность мыслей и понимание – шаг сделан, назад не вернуть. Боль, разорвавшая, казалось, надвое, прошла, едва Алекс коснулся кончиками пальцев моего живота, просунув руку между нами. – Тшш, – он склонил голову и нежно провел своими губами по моим. – Больше не будет больно, обещаю. Расслабься. И я поверила ему. В следующий миг он чуть приподнял бедра и вновь опустился в меня, заставляя тело вздрогнуть. Пожар, потухнувший было, вновь разгорелся, спиралью закручиваясь в животе. Смущения никакого не было, будто я уже не первый раз отдаюсь мужчине, наоборот, внутри рос ком напряжения, который заставлял цепко впиваться пальцами в плечи Алекса, а с губ срываться стонам. – Дай сюда свой язык! – приказал он и всосал в себя, продолжая вбиваться в меня все быстрее и быстрее. Тело его покрылось потом, дыхание стало тяжелым, а взгляд затуманенным. Он смотрел прямо мне в глаза, а я бесстыдно поднимала ему навстречу таз, не в силах разорвать этот зрительный контакт, не понимая, что происходит со мной, но желая, чтобы он не останавливался. – Горячая девочка, – рыкнул мужчина, когда я откинула голову и застонала. Движения его стали рваными, дыхание сбилось. Он приподнялся, широко разведя мне ноги и держа их на весу. – Ласкай себя! – приказал грубо, а когда я непонимающе распахнула глаза, взял за руку и сунул пальцы к чувствительному бугорку между ног. – Три его! Шевельнув рукой, я ощутила разряд молнии, а потом заскользила пальцами вокруг, принявшись не только тереть, но и поглаживать и пощипывать себя. – Алекс! Алекс! – застонала, внезапно ощутив, как внутри закручивается вихрь. Мужчина отпустил мои ноги и навалился сверху, продолжая вонзаться, пока тело не скрутила судорога, заставив подкинуться ему навстречу и рухнуть на кровать, обвив руками и ногами. Он сделал еще пару движений, а потом резко отстранился, зажав рукой свой член и содрогаясь, после чего упал рядом на кровать, тяжело дыша. – Девственница! – хмыкнул он вдруг весело через минуту, а я застонала от пронзившего меня стыда. Боже, что я наделала?