1. Сказка ложь, да в ней намек, красным девицам урок

Окончен день, упало солнце за лесной массив, тихо потрескивал огонь свечи, отбрасывая причудливые тени на бревенчатые стены. Две девушки, облаченные в ночные сорочки, на пуховые перины прилегли и с любопытством слушали няньку. Пышнотелая немолодая женщина Варвара вечерами перед сном сказки сказывала в светелке двум девицам — красавицам: боярышне Анне и сестре её названной Маше.

— Времена те были стародавние. Как под синими горами, за дремучими лесами, в маленькой избушке, на краю села жила — была старушка, и дочь у ней была. Худосочная девица, кто ж на кости те польстится?

Жили бедно, скудно. Муж старушки помер, а без мужика жить трудно. Кто же поле вспашет и зерном засеет, урожаи соберет, на охоту кто пойдет? Люди добрые не оставляли, чем могли, тем помогали. А дочку Прасковея звали. Выросла она, трудолюбива да скромна.

Нянька Варвара, сказку сказывая, времени зря не теряла, пряжу пряла, привычными движениями крутила веретено, превращая бесформенную массу кудели в прочную шерстяную нить. А повествование продолжалось:

— И жили в том селе девицы младые Красава и Доброслава. Одна красою славилась, другая — богатым приданным. Добры молодцы сватались к ним, соблазняясь красотой и богатством. А девицы те замуж не спешили, выбирали лучшего из лучших. Зато к Прасковее не сватался никто, что с неё возьмешь, ни красоты нету, ни сокровищ. Доброта да тихий нрав женихов не привлекали.

Красава и Доброслава насмехались да потешались над Прасковеей.

— Парашка — замарашка — дразнила её Красава — худородная бедняжка.

— Зачем на свет белый явилась? Никому ж не пригодилась — смеялась Доброслава.

А Прасковея та молчала, очи долу опускала…

И случилось в том селе лето жаркое, солнце нещадно палило яркое. Селяне засеяли поля, и земля хотела влаги, но чистыми были небеса. Просили люди дождя у неба, молились Богам, призывали духов, ничего не помогало. Тогда обратились старейшины к древнему колдуну, что жил в чаще лесной.

— Помоги, мудрый старче, подскажи, что делать? Не будет дождя, не уродятся хлеба, и голод придет. Как спасти наш народ?

И ответил кудесник:

— Отвернулся Бог — Громовик от народа. Надо Бога ублажить, деву в жертву подарить. На закате в темный лес, на поляну круглую приведите девицу и оставьте там на ночь. Коли поглянется Громовику ваш подарок, он пошлет на землю дождь.

Сообщили старейшины народу о словах Колдуна. Покачали головами селяне, и решили отправить в лес самую красивую девушку. Красава так хороша собой, она понравится Богу и станет его женой. Так они и сделали, Красаву в красное подвенечное платье нарядили, белым ажурным платком её голову покрыли и отвели в лес березовый на поляну круглую, усадили на пень, а сами ушли в село ждать живительного дождя. Ночь прошла, настало утро. Ни дождя, ни Красавы нету. А жара только усилилась. Заволновался народ, зашептался, неужто не поглянулась краса-девица Громовику, не хороша, не красива что ли? Решили другую деву подарить. Нарядили Доброславу в платье из золотых нитей сотканное, на голову венец из драгоценных камней водрузили и под белы рученьки с почестями и песнями хвалебными повели на поляну. Пусть видит Бог, что никаких богатств для него не жаль. А на утро — тишина. Выглянуло солнце и опалило землю своими горячими лучами. Загрустили люди, что же делать? Не нравятся Громовику подаренные девицы. Чем не угодили? Не понятно. И сказал глава старейшин:

— Давайте отправим в лес Прасковею.

Народ удивился, на худосочную деву воззрился. «Да разве может такая самого Бога ублажить? Только больше Громовика разозлим». А старушка — мать взмолилась.

— Не губите дочь мою единую. Богу не пригодную, а мною так любимую.

Не послушал её народ.

— Пусть Прасковея в лес идет! Терять уже нечего, выжжет Ярило — солнце наши всходы, и все с голоду помрем.

И Прасковея подчинилась, всем селянам поклонилась и пошла вслед за солнцем в лес дремучий. На девице рубаха из грубого холста, белым платом покрыта длинная коса.

Плачет старушка, жалко дочурку. Вздыхает народ, не надеется уже на милость божью. Да только рано с утра набежала туча и хлынул дождь, как из ведра. А потом и гром загремел, и молния сверкнула. Смилостивился Громовик, повернул к селу свой грозный лик. Радуется народ. Три дня и три ночи орошал небесный владыка землю. А на следующее утро увидели люди чудо чудное диво дивное. На краю села, где бедная избушка стояла, появился терем богатый. И сияла над ним яркая радуга-дуга. А из леса вышла прекрасная богиня, высокая и статная, в небесно-голубом платье с длинными рукавами, голову её высокая корона украшает, а лицо неземной красотою сияет. Все люди ниц пред нею упали, восхваляя её красоту. А богиня к старушке приблизилась и поклонилась в пояс.

— Кто ты, прекрасная Дива? — спросила старушка.

— Это я, дочь твоя Прасковея. Но отныне я — Берегиня, стану оберегать наш род от бед и печалей.

С той поры поселилась в тереме Берегиня Прасковея, и жила она сыто и богато, словно царица. И в селе том не случалось никакой беды, урожаи были богатыми, закрома полными, а дети рождались здоровыми. И все потому, что жила там богиня Берегиня и была счастлива.

Замолчала сказочница Варвара, зевнула тихонько, ладошкой рот прикрыв, отложила в сторону прялку. Боярышня Анна спросила:

— А куда подевались те две девушки, Красава и Доброслава?

— Ясно дело, сгинули в лесу, волки их загрызли. Селяне потом косточки в овраге нашли. Ибо нечего красотой и богатством похваляться, да над чужой бедой потешаться.

— А чем же Громовику Прасковея приглянулась? — поинтересовалась Маша.

— Душа у ней добрая, хоть и фигура неказистая. Вот и наделил он её красотой поднебесной и богатством, и стала она через свою доброту женой бога — берегиней рода. Сказка ложь, да в ней намек красным девицам урок. Каждая девица может стать царицей, или в волчью яму свалиться — завершила свою речь нянька.

— Покойной ночи, Аннушка. Покойной ночи, Машенька. Сладких вам снов, девоньки.

— Покойной ночи, нянюшка — ответили девушки, уплывая в царство снов.

Варвара посмотрела на лица своих воспитанниц, красивые они обе, только разные совершенно. Аннушка белолицая чернобровая, длинные черные ресницы подрагивают, пухлые алые губы улыбаются, черная толстая коса на груди покоится. Машенька другая — волосые густые золотом отливают, кокетливые завитки выбились из косы, темные брови слегка нахмурены, а рот приоткрылся, словно сказать что-то пытается. Нянька подумала: «Что ожидает вас, девоньки, какая судьба уготована свыше? Тревожно что-то мне за вас, красавицы мои».

Варвара горестно вздохнула, перекрестилась, глядя на образа в красном углу, погасила свечу и на покой отправилась, на свою лавку. Ночная тьма окутала светелку…

Маша проснулась внезапно, темно в светелке, а Варвара всё еще за прялкой сидит, только веретено шуршит, быстро крутится.

— Нянюшка, а ты чего не спишь, да в темноте сидишь? Неужто пряжу не остановить, куда ж она денется? — спросила Маша, сонно хлопая глазами, только вдруг фигура на лавке высветилась странным небесным светом.

— Кто ты? — удивилась девушка.

— Я Прасковея — берегиня, а пряжу оставить нельзя, иначе нить Судьбы прервется — ответила ночная гостья.

Была она прекрасная в золотом венце, прялка у неё диковинная, нить серебряная на веретено нанизывается. Маша зачаровано на сверкающую ниточку воззрилась, а вдруг и правда порвется.

— Это моя судьба в твоих руках? Что ждет меня?

— Что ждет, не скажу. Скоро все изменится. Слушай сердце своё, иди за ним, лучезарная… — проговорила Прасковея, светелка наполнилась ярким светом, и необычная гостья исчезла в лучах солнца, словно и не было её…