Сорок семь

Едва переступив порог, я сразу поняла, что совершила ошибку. Казалось, сам воздух связал меня по рукам и ногам и задержал на месте. Я бросилась к двери, но это было бесполезно. Теперь придется оставаться в этой комнате до тех пор, пока тот, кто наложил заклятие удержания, не решит меня освободить.

Шепот, который я слышала все это время, теперь не стихал ни на секунду. Было так много голосов, так много разговоров, что я с трудом различала среди них свои собственные мысли.

– Она здесь.

– Она пришла.

– Открой книгу.

– Освободи ее.

Я закрыла уши и сосредоточилась в поисках любой возможности разрушить заклинание. Шум нужно было остановить. Прямо сейчас. Внезапно звуки улетучились, словно по моему желанию. Я наконец могла осмотреть комнату. Стены были покрыты надписями на латыни. Строчка за строчкой. Какие-то написаны крупными буквами, другие – мелкими. Они покрывали каждый дюйм стен от пола до потолка. Кто-то проделал огромную работу. Никогда прежде мне не приходилось видеть, чтобы магию использовали таким образом.

Буквы мягко светились и пульсировали, словно были частью чего-то живого и дышащего. Мне захотелось упасть на колени. Такое заклинание разрушить непросто, но я не сдамся. Поискав признаки засады, я осознала, что в комнате нет никого и ничего кроме меня и книги.

Я затаила дыхание. Должно быть, именно ее Виттория в своем дневнике называла «это».

Когда я переключила внимание на книгу, голоса вновь загудели. Впрочем, уже мягче, будто поощряя меня. Я осторожно отняла руки от ушей, едва дыша. Именно из-за этой тайны умерла моя сестра. В глубине души я это осознавала.

Единственный луч освещал старый том в кожаном переплете, лежащий на пьедестале, вырезанном из цельного куска обсидиана.

Никогда прежде мне не приходилось видеть такого огромного драгоценного камня. Я осторожно сделала несколько шагов и остановилась перед загадочной книгой. Голоса стихли.

Отлитый из олова символ тройной луны украшал обложку. Названия не было, так что о содержании оставалось лишь догадываться. Но она определенно была магической, учитывая, сколько силы исходило от ее страниц.

Книгу окружал мягкий бледно-лиловый свет, напоминающий ауру, которую я видела вокруг людей. К тому же моя татуировка имела тот же оттенок сиреневого. Я была почти уверена, что моя находка – первая книга заклинаний. Невероятно, но Виттория нашла гримуар Первой Ведьмы.

Это было так просто и все же это стоило ей жизни.

Мне захотелось сжечь книгу.

Она была размером с любую другую старинную книгу, но сила, исходившая от нее, не имела равных. Обложка местами истерлась, словно ее открывали и закрывали миллион раз. Так же, как и в ночь смерти сестры, я ощущала настойчивый зов. Сейчас он призывал меня раскрыть книгу и прочесть собранные в ней заклинания. Я медленно протянула руку и раскрыла ее в месте, заложенном лентой.

Знакомые черные страницы, украшенные орнаментом из золотых корней со всех сторон. Я прочитала страницу. Заклинание, призывающее утреннюю звезду. Захлопнув книгу, я отступила в сторону.

Кто-то вызвал дьявола или пытался это сделать.

Я несколько раз вдохнула, пытаясь успокоить мысли. Передо мной был тот самый загадочный гримуар, из которого сестра вырвала страницы. Каким-то образом ее магия привела ее к первой книге заклинаний, и она решила использовать некоторые из них, чтобы вызвать демонов. Я точно знала, что она не использовала этот текст в нашей крошечной комнатке, ведь мы с бабушкой сразу же почувствовали бы, а значит Виттория, должно быть, проводила ритуалы здесь. Но почему она считала, что в стенах братства она в безопасности… Должна быть какая-то связь. Нужно лишь ее найти.

– Ну наконец-то.

Я отпрыгнула, увидев на пороге комнаты фигуру в капюшоне, и схватила магический мел. Должно быть, это тот самый человек, которому посланник продавал секреты. Я готова была поклясться, что под одеяниями скрывается брат Кармин. Как иронично: охотник на ведьм ставит ловушки, используя магию. Фигура откинула капюшон, и я замерла, готовая к нападению охотника. Вместо этого Антонио бросился ко мне с быстротой, которой я в нем не подозревала, и вышиб из моих рук магический мел так, словно он мог навредить мне самой. Мел упал на пол и рассыпался на мелкие кусочки. Я вернулась в реальность с чувством огромного облегчения.

– Антонио, ты жив! Я думала… – подняв взгляд, я вдруг заметила выражение его лица. На нем отражалась ненависть. Сердце ушло в пятки. Я сделала шаг назад.

– Что, что случилось? Что Зависть сделал с тобой?

– Божий ангел никогда не причинит мне вреда, – его губы растянулись в улыбке, и вовсе не в той милой и застенчивой, которую я помнила, – в отличие от тебя.

Я едва дышала, но теперь все наконец встало на свои места. Зависть не угрожал ему и не держал его в плену. Все как раз наоборот. Антонио добровольно доставил Клаудию прямо в руки врагу. Он знал, что она ведьма, и…

– Это ты, ты убил мою сестру, – мой голос дрожал, – но почему?

– В это так сложно поверить, что я, служитель Господа, хочу очистить мир от скверны?

– Ты говоришь прямо как брат Кармин, – я сжала руки в кулаки. – Убить невинную женщину, не это ли зло и скверна?

– Лучшие ангелы Господни самые свирепые из воинов, Эмилия. Иногда, чтобы достичь великого блага, сначала нужно взять в руки меч справедливости и разить им врагов. Ты не поймешь. Ты не способна на такое, ведьма.

В это мгновение я полностью потеряла контроль.

– Да ты понятия не имеешь, на что я способна.

– Возможно, но если ты сейчас применишь ко мне магию, то лишь докажешь, что я прав, – он указал подбородком на мои амулеты. Они сверкали и пульсировали. – Вы, ведьмы, рождаетесь воплощенным злом.

Боль и гнев поднялись внутри меня. Все чувства, что я подавляла со дня смерти сестры, нахлынули разом.

– Ты ошибаешься. Мы не рождаемся злом, но некоторые из нас становятся им через ненависть.

Пряди моих волос сдуло за спину внезапным порывом ветра. Начиналась буря, и она не принадлежала к этому миру. Святящиеся слова на стенах комнаты запульсировали быстрее. Магия наполняла воздух, и в моем сознании всплывали заклинания, которых я прежде не знала. Возможно, так действовали рога дьявола или книга Первой Ведьмы, но что-то внушало мне эти чары.

Возможно, таким образом вырвалась на волю моя темная сторона. Не важно.

Я схватила Рог Аида и с остервенением зашептала заклятие, слова которого обжигали мне губы. Я вытянула руки и сложила их аркой. Невидимые челюсти вонзились в одеяния Антонио и разорвали их в клочья. Пока что я пощадила его плоть.

В глазах Господнего слуги вспыхнул страх. Он медленно попятился, подняв руки, будто это могло меня остановить.

– Боишься? – Я наступала на него. – Правильно. Я только начала.

Я подняла руку, и он съежился. Голос его дрожал.

– Пощады, Эмилия, умоляю.

– Теперь ты хочешь пощады? – Чистый, раскаленный добела гнев горел в моей душе. – Скажи, а моя сестра просила пощады?

Я вспомнила дыру, зияющую в ее груди на месте, где раньше билось сердце. Антонио сделал это с ней. Наш друг. Я махнула рукой и на его груди появилась кровоточащая рана. Глаз за глаз. Да свершится справедливость. Он прислонил ладонь к ране, увидел кровь и попятился прочь. Пока это была не более чем царапина, но ярость толкала меня вперед.

– Ты помиловал Витторию, когда она умоляла сохранить ей жизнь? А Валентину? Сколько женщин умоляло тебя пощадить их? Где же тогда было твое милосердие?

Он упал на колени и начал молиться. Я ждала. Но бог не явился. Его с успехом заменила богиня смерти и ярости. Я встала на колени с пылающими глазами и заставила его взглянуть на меня. Я хотела, чтобы он увидел лицо моей сестры. По щекам Антонио текли слезы. Я боролась с желанием раскроить его череп и посмотреть, как жизнь наконец покинет полные ненависти глаза.

Но смерть стала бы для него помилованием, а я не была настроена на милость.

– Когда я наконец убью тебя, Антонио, ты будешь счастлив, что избавился от страданий.

Я взглянула на свой палец, сконцентрировавшись на невидимом лезвии, которым теперь владела. На коже выступила маленькая капелька крови.

– Клянусь своей кровью, что ты больше никогда не узнаешь счастья и покоя. Твое сердце будет проклято и обречено разбиваться каждый раз, как только ты забудешь о грехах, которые совершил. Каждый раз, когда ты засмеешься, я буду рядом, поджидая, чтобы напомнить тебе обо всем.

Я уже была готова произнести проклятие на капле крови, когда пространство между нами заполнил запах мочи, оживив во мне воспоминания. Антонио описался от страха. То же случилось и с посланником, из которого Гнев выбивал информацию… Я отступила назад и опустила руки.

Гнев, принц Ада, тогда продемонстрировал милосердие.

Зная, какого рода силой он наделен, я представить себе не могла, как ему это удалось. И мне хотелось бы быть чуть больше похожей на него в этот момент. Но я такой не была.

– Новые правила: ты скажешь мне правду обо всем, что я спрошу, и только тогда я подумаю о возможности оставить тебя в живых. Понял?

– Д-да, – он кивнул несколько раз и глубоко вдохнул. – Ч-ччто ты х-хочешь знать?

– Прежде чем ты встретил этого «ангела смерти», что-то должно было произойти. Скажи мне, почему ты так изменился?

– Я… я же не… – Он покачал головой. – Л-ладно. За неделю до того, как умерла мама, я отвел ее к женщине, которая исцеляла заговорами. Но оказалось, она была ведьмой. – Он разразился бессмысленным смехом. Но я бросила на него такой взгляд, что он подавился и закашлялся. – Она виновата в смерти матери. Тогда я и поклялся служить Господу и пообещал, что, если когда-нибудь встречу еще одну ведьму, отправлю ее прямо в Ад, откуда они и происходят. И тогда мои молитвы были услышаны.

– Как?

– Вскоре после этого ко мне сошел ангел и рассказал о проклятии дьявола. Он сказал, чтобы разрушить его, дьяволу нужно было жениться на ведьме. Ангел говорил, что этого нельзя допустить, или дьявол освободится. Говорил, что узнает имена потенциальных невест, а мне остается лишь убить этих ведьм, чтобы спасти нас всех от настоящего зла.

Мой взгляд скользнул по гримуару Первой Ведьмы. Я вновь вспомнила о сестре.

– Этот ангел назвал тебе имя Виттории?

Он опустил глаза в пол.

– Смерть твоей сестры была… я не хотел… я даже просил ангела пощадить ее, но он сказал, что если оставить хоть одно семя зла, оно вскоре разрастется. Я пытался бороться. Я даже клялся, что она не ведьма, что он ошибся, но потом она… – Он старался не встречаться со мной взглядом. – Потом она начала говорить о том, что хочет вызвать дьявола той ночью в монастыре. Я больше не мог отрицать правду. Ее нужно было остановить.

Я старалась сдержать свою ярость. Виттория всегда шутила, что вызовет дьявола, и болтала всякие глупости прямо на глазах у смертных. Обычно они смеялись, полагая, что она шутит. Я всегда боялась, что однажды кто-нибудь может начать подозревать, но я и подумать не могла, что это будет кто-то настолько близкий.

– Ты предал ее и меня.

– А разве ты не сделала то же самое со мной? – спросил он. Его голос на мгновение стал резким, но затем он опомнился.

– Ты приворожила меня. Я влюбился. Ты каждый день лгала мне в лицо. Скрывала правду о том, кем являешься. – Его лицо исказилось гневом. – Ты – существо из Ада. Твое место там, среди остальных про́клятых душ. Ты даже не человек. Ты мне отвратительна.

– Я никогда не использовала магию, чтобы приворожить тебя.

– Ты можешь поклясться, что до сегодняшней ночи никогда не использовала на мне магию? Что ты исключение из правил?

– Конечно, я не… – я замолчала, вспомнив, как использовала запретное заклинание правды, когда мы были детьми. Я нарушила его свободную волю. То, что я сделала, было нехорошо, но не давало ему право убивать в качестве возмездия других женщин. – Как же вы планировали не дать дьяволу найти невесту в другом городе?

– Призвав его.

– Ты божий человек на службе у так называемого ангела собирался призвать дьявола?

– Я не хотел этого, Эмилия. Но я бы сделал все, что угодно. Я хотел, чтобы он увидел, как я уничтожу его рога.

Моя рука накрыла амулет.

– Как ты…

– Как я узнал, что вы носите на себе настоящие рога дьявола? – усмехнулся он. – Мой ангел смерти рассказал. Видишь ли, сначала мы собирались убить всех живущих ведьм. А затем мы бы призвали дьявола и уничтожили его.

– Как зовут этого ангела?

Антонио пожал плечами.

– Он не говорил мне, но было в нем что-то… могущественное. Я знал, что он не лжет. Только настоящий обитатель небес может источать такую силу.

Знал об этом Антонио или нет, к нему применил чары один из принцев Ада и, думаю, я точно знала, кто это был. Зависть. Демон-предатель, но мне нужны были доказательства. Тогда я уничтожу его.

– Зачем вам понадобились сердца?

Он удивленно посмотрел на меня.

– Сердца?

Как будто он не знал. Очевидно, наше сотрудничество зашло в тупик, а может быть какую-то часть того, что сотворил, он не готов был вспоминать. Я больше не обращала внимания на Антонио, обдумывая следующий ход. Я вновь вспомнила о сестре и ее плане вызвать дьявола. Она хотела заключить сделку с ним.

Возможно, она знала, что задумал Зависть или какой-то другой принц Ада. И что единственный способ остановить его – позволить дьяволу разрушить проклятие. Это бы объяснило, почему она хотела, чтобы вервольф и Жадность объединились. Каким бы ни был ее план, очевидно он вел в подземный мир. Антонио, возможно, и был инструментом смерти, совершал эти отвратительные деяния, но он не был один, у него был сообщник.

Теперь я хотела узнать, кто еще помогал убить мою сестру.

Дикая сумасшедшая идея промелькнула в моей голове. Если Антонио действительно смог бы призвать дьявола прямо сейчас, это сыграло бы мне на руку. Моя сестра верила, что лучшим выбором для нее было бы стать его женой.

Может мне стоило последовать ее примеру.

– Если ты собирался вызвать дьявола, к чему откладывать?

– Ты должна вызвать его, – улыбнулся Антонио. – А я убью его, когда он придет.

Посмотрела бы я, как он это сделает. Я указала на незаконченный магический круг и накрыла ладонью амулет.

– Зажги свечи.

Он выполнил мою просьбу и быстро завершил круг. Вместо костей животных между свечами он поместил цветы волчьего аконита. Я смотрела на темно-фиолетовые и синие лепестки в форме шлема. Казалось, цветы – совсем не то, что нужно, чтобы вызывать дьявола.

Когда последний цветок аконита оказался на месте, он отступил назад и пробормотал нечто на латыни, призывая меня повторять за ним. «Ангел» научил его всему.

Как и в тот раз, когда я вызывала Гнева, круг заполнился дымом. Засверкали молнии. Воздух затрещал, словно нас настиг чудовищный шторм. Я ожидала увидеть перед собой красавца, но не ожидала увидеть Антонио. Его глаза сияли серебристо-синим, и только эта деталь отличала появившегося в круге мужчину от того молодого человека, что вырос по соседству со мной.

Он огляделся. Движения его казались слегка неестественными. Когда он взглянул на меня, я едва устояла на ногах. Дьявол завладел телом Антонио. И прежде чем я успела совладать с эмоциями, отразившимися на моем лице, он подошел ближе. Я затаила дыхание. Его взгляд остановился на бриллиантовых заколках в виде оливковых веток в моих волосах.

– У меня есть подарок для тебя, Звездная Ведьма.

У него был прекрасный голос. После всего, что я недавно узнала о добре и зле, не знаю, почему я ожидала, что он окажется скрипучим и неприятным.

– И чего ты потребуешь взамен?

Он ответил мне с нежной улыбкой.

– Только твою душу, конечно же.

Я улыбнулась ему в ответ. Моему новоиспеченному жениху. Он и понятия не имел, что над Адом нависла гроза.

– Ну что же, дьявол, я вся внимание. Впечатли меня.

Он медленно окинул меня взглядом с головы до ног и щелкнул пальцами. В воздухе полыхнул магический заряд, что-то затрещало и из ниоткуда появилось платье.

Оно материализовалось из воздуха. Юбки еще колыхались. Корсет металлического цвета был расшит колючей виноградной лозой. На бедрах темная ткань собиралась в складки и ниспадала на землю волнами полуночного черного цвета. Каждый из слоев украшали крошечные мерцающие дымчатые камушки, напоминающие дробленый гематит. Сверкающие темные змейки извивались замысловатыми узлами и обвивали талию, подобно ремню.

Вряд ли что-то менее драматичное пошло бы будущей королеве Ада.

Я была одновременно рада, что мой план работает, и напугана. Теперь обратного пути не было.

Платье струилось и колыхалось, словно было надето на некое невидимое существо, которое медленно плыло к месту, где я застыла без движения. Приблизившись ко мне вплотную, обвив мое тело, оно принялось вращаться до тех пор, пока я не закрыла глаза. Все это слишком напоминало вечеринку Похоти. Далеко не самое приятное воспоминание. Ненавистное мне.

Все закончилось в одно мгновение. Я взглянула вниз и обнаружила, что мое платье ягодного цвета исчезло, а его место заняло восхитительное темное платье, облегающее все изгибы моего тела.

Когда оно стиснуло меня плотнее, я вздохнула.

Дьявол наклонил голову набок.

– Да здравствует новая королева-консорт.

Сердце мое ушло в пятки.

– Я еще не получила корону.

– О, ты ее получишь.

Прямо из воздуха он выхватил кинжал с головой ревущего льва на рукояти и направил его в свое (Антонио) сердце.

– Я слышал, ты жаждешь отмщения. Примите же эту человеческую жертву как дар от Дома Дьявола, Ваше Величество.

– Нет.

Это единственное слово было произнесено странным голосом, будто моим и одновременно совершенно чужим. Лезвие царапнуло кожу Антонио, но не пронзило ее.

Я судорожно вздохнула.

– Встретимся с тобой или с твоим представителем в пещере, где я впервые призвала Гнева, через час. Мне нужно кое-что сделать, прежде чем я дам окончательный ответ.

Дьявол окинул меня взглядом.

– Идет.

– Somnus, – прошептала я, погружая тело Антонио в магический сон. Если месть когда-нибудь и свершится, то лишь моей рукой.

С колотящимся сердцем я бросила взгляд на первую книгу заклинаний. Мне хотелось посвятить ей еще несколько минут, прежде чем навсегда спрятать ее от сил Зла, но ее уже не было.

Не важно. Я найду выход. Не оглядываясь, я вышла из комнаты с рогами дьявола на груди поверх корсажа моего нового платья, чувствуя, как с каждым шагом пульс становится быстрее. Еще до рассвета я заключу сделку с дьяволом, которая, надеюсь, спасет оба наших мира.

Про себя я пообещала сестре не успокаиваться, пока все, кто в ответе за ее смерть, не будут наказаны.