Двадцать семь

Принц Чревоугодия оказался совсем не таким, как я ожидала. Он не сидел на троне, не создавал видимости прохладной скуки и не излучал королевское высокомерие. В нем не ощущалось никакой опасности, кроме той, что он представлял для сердец.

Он стоял, обнимая пышнотелых дам, возле фонтана с духами, уголки его прекрасного рта были растянуты в таинственной улыбке. Принц наклонился, чтобы прошептать что-то в ушки каждой из своих спутниц, они отозвались похотливым смехом, наполненным порочных обещаний.

Я приподняла бровь, когда он по очереди покусывал их шеи. Он впивался все глубже и глубже. И казалось, они обожали это. Он был не так высок, как Гнев, но его плечи были широкими, а ширина бедер позволяла предположить, что под костюмом цвета ежевики спрятано крепкое тело. Слегка взъерошенные каштановые волосы при определенном свете отливали золотым и рыжим, хотя темный никогда надолго не терял своего превосходства. На нем была бронзовая корона, украшенная разноцветными драгоценными камнями. Карие глаза Чревоугодия переливались сочетанием ярких оттенков зеленого, золотого и коричневого. Все соперничало за господство, все потворствовало своей красоте.

И теперь они направились туда, где стояли Гнев и я. Одна бровь взлетела вверх.

– Брат! Подходи познакомиться с моими новыми друзьями, Друзиллой и Люсиндой. Они только что рассказывали мне невероятную историю.

– Я не сомневаюсь. – Похоже, отсутствие такта у Гнева никого не удивляло, кроме меня. Он положил руку на мою поясницу. – Моя жена Эмилия ди Карло.

Внимание Чревоугодия переключилось на меня. Его нос выглядел так, словно его уже ломали, и не раз, но этот недостаток только делал его более интересным. Его взгляд скользнул по мне, и вспыхнула искра озорства.

– Вот-вот жена, насколько я понимаю.

– Вообще-то, – вмешалась я, – я еще не решила, соглашаться ли на этот брак.

– Слышишь, брат? – Чревоугодие отошел от дам и обнял Гнева за плечи. – У меня еще есть надежда.

– Дыхнешь в ее сторону без ее разрешения, и она тебя выпотрошит. – Гнев схватил бокал демонического вина с проходящего подноса и отпил – воплощение непринужденной элегантности. – Я уже попросил, чтобы она воздерживалась от насилия во время нашего визита, но на твоем месте я бы не искушал ее поддаться ярости.

Братья обменялись долгими взглядами. По сути, Гнев пришел и установил свои правила при королевском дворе брата. Так же, как он это сделал в Доме Зависти. Было удивительно, что Чревоугодие даже не приподнял бровь от дерзости Гнева.

– Значит, ты жестокая маленькая лисица?

– У меня бывают моменты, Ваше Высочество.

Его смех показался мне глубоким и веселым.

– Это объясняет, как ты привлекла его внимание. – Он наклонился и заговорил притворным шепотом, его тон был серьезным, как будто он раскрывал тайну. – У Гнева неутолимый вкус к ярости. Хотя он никогда не злоупотребляет. К большому всеобщему разочарованию. – Гнев не ответил на улыбку брата, что только порадовало принца этого круга. – Может быть, ты всех нас удивишь, дорогой брат. Может быть, хоть в этом году ты все-таки сорвешься. Оправдаешь наши ожидания. Хоть раз оторвешься от души.

– Будь благодарен, что я ограничиваю себя в этой радости, брат.

– Что ж, охота начинается на рассвете, так что ты можешь оседлать адского коня и дать волю своему воинскому духу. – Он взглянул на меня с опасной ухмылкой. – Вы тоже, леди Эмилия. Посмотрим, вдохновляет ли вас кровожадность в такой же степени.

– Я не езжу верхом.

– Нет? – Его глаза весело заблестели. – Тогда я останусь и составлю вам компанию. Пока они ищут неприятности, я уверен, что мы сможем найти свои собственные.

Неожиданно легкомыслие Чревоугодия исчезло, сменившись ледяным взглядом. Я проследила за его взглядом и с удивлением обнаружила, что объектом его ненависти оказалась красивая чопорная аристократка. Ее бледно-голубые волосы были уложены как у настоящих английских дам, элегантное платье застегнуто под шею, а на руках кожаные перчатки до локтей. Ее взгляд скользнул через всю комнату, и выражение отвращения появилось на лице, когда она заметила хозяина. Она наклонилась к своей спутнице и прошептала что-то, от чего другая дворянка захихикала.

– Прошу меня извинить. – Настроение Чревоугодия ухудшилось. – У нас тут незваный гость.

Не произнеся больше ни слова, Чревоугодие зашагал к хихикающим дамам.

Я повернулась к Гневу.

– О чем это он?

– Она журналистка с Островов Перемен. И редко лестно отзывается о королевской семье в этом царстве. Особенно жестока она бывает к Чревоугодию.

Я вспомнила любовников на столе.

– Я так понимаю, она не в восторге от его злоупотребления.

– Напротив. – Губы Гнева приподнялись. – Она назвала его последнее мероприятие совершенно обычным и абсолютно надуманным. Предсказуемым, скучным вечером.

– Не могу поверить, что ты это запомнил.

– Брат так часто цитировал ее слова, что они прицепились. Чревоугодие был в ярости. С тех пор он устраивает самые щедрые, чрезмерные и развратные вечеринки, какие только может.

– Он хочет, чтобы она взяла свои слова обратно.

– Помимо всего прочего, без сомнения.

Я не могла не улыбнуться.

– Ненависть для некоторых – мощный афродизиак.

– Действительно. Так и есть. – Взгляд Гнева на мгновение упал на мои губы. – Хочешь прогуляться по садам удовольствий или заселиться в свою комнату?

Я вспомнила, что Фауна рассказывала о сумеречных садах, и мой желудок нервно сжался. Если мы с Гневом сбежим сейчас, я упущу возможность встретиться с остальной его семьей.

Не говоря уже о том, что я не была уверена, что оставаться с ним наедине в месте, пронизанном соблазном, такая уж разумная идея. Словно вытянув эту мысль из моей головы, он тихо добавил:

– Завтра во время бала-маскарада будет грандиозный выход Гордыни. Лень проскользнет прямо перед церемонией страха. Жадность и Зависть прибудут сегодня поздно вечером.

– А Похоть?

– Думаю, он где-то здесь, развлекается. Стремясь высосать чувство счастья, и пополнить свою силу, он не участвует в плотских утехах, которые здесь предлагают. Такие вечеринки питают его грех на разных уровнях.

Я взглянула на веранду, где были распахнуты двери, и морозный ветерок задувал снежинки с патио снаружи. Крошечные мерцающие серебряные сферы парили в темноте. Пойти к себе в спальню было бы лучшим решением, но я вдруг сказала:

– Давай быстренько прогуляемся по саду.

Неудивительно, что идея Чревоугодия о садах удовольствия оказалась вполне буквальной. Мы прогуливались мимо любовников, которых с трудом прикрывали тени, звуки похлопывания голых тел друг о друга, стоны и вздохи, создавали удивительно навязчивую симфонию. Я изо всех сил старалась сосредоточиться на подсвеченной тропе перед нами, не осмеливаясь всматриваться в извивающиеся тени у живой изгороди.

Гнев, как всегда, был равнодушен.

– Ты раньше прогуливался по садам? – Я тут же пожелала, чтобы этот вопрос не прозвучал.

– Да. – Он искоса посмотрел на меня. – Я всегда обследую местность, чтобы убедиться, что нет никаких скрытых угроз.

Точно по команде, женщина выкрикнула имя своего любовника.

– Ну, конечно. – Я закатила глаза. – Это определенно звуки опасности.

– Скрытые армии, непрошеные гости, тайные встречи Домов заговорщиков. – Гнев наклонился ближе и понизил голос. – Во тьме может произойти все, что угодно, миледи.

– Он не ошибся. – Улыбка Принца Похоти граничила с кошачьей, когда он вышел на тропу и, вытянув руки над головой, обнажил полоску золотой кожи над брюками. Его угольные глаза выпили меня, а затем без интереса выплюнули. – И снова здравствуй, малышка.

– Похоть. – Несмотря на внутренний голос, побуждающий меня бежать, я стояла на месте. Все мои чувства обострились, я ждала первого приступа его сокрушительного влияния. – Я бы сказала, что рада снова тебя видеть, но… – Я пожала плечами, оставив остальное недосказанным.

– Придется это исправить. Позже. – Он повернулся к брату. В его лице не было ни гнева, ни отблеска жажды мести. Насколько мне известно, в последний раз, когда они видели друг друга, Гнев получил удар кинжалом в грудь. – На одно слово. Лично.

Гнев поколебался, прежде чем кивнуть. Он повернулся ко мне.

– Я позже зайду в твою комнату. Если только ты не хочешь, чтобы я проводил тебя туда сейчас.

– Нет. – Я покачала головой, чувствуя благодарность за возможность оставить Похоть и его неприятное влияние. – Я уверена, что найду дорогу назад.

Гнев кивнул, но не пошел за братом. Я чувствовала на себе его взгляд, пока не свернула за угол. На полпути до следующей тропы появился слуга. Несомненно, это Гнев сумел устроить нашу встречу.

– Леди Эмилия, если вы последуете за мной, я могу показать вам ваши покои.

После того, как я устроилась в хорошо обставленной комнате: кобальтово-голубой, серебряной и пропитанной изобилием роскоши, я ждала, сидя на краю кровати, как мне показалось, часами, пытаясь услышать легкий стук Гнева в мою дверь.

Этого так и не произошло.

Поначалу я волновалась, что Похоть атаковал его, месть за то, что произошло между ними в Палермо. Затем закралось новое беспокойство. Мы остановились в Доме, полном разврата. Если Гнева не было в своей кровати, интересно, могло ли это означать, что он оказался в чьей-то чужой.

Я уставилась на записку, которую принесли за полночь. На синей бумаге кобальтового оттенка красовалась надпись платиновыми чернилами, а пергамент был плотным и роскошным.

Ничего не указывало ни на автора послания, ни на то, что меня ждет, если я приму приглашение, и в какую авантюру меня втягивают, в этом, и так непростом, мире. Это не был почерк Гнева, который так и не появился.

Судя по бумаге и чернилам, я подумала, что письмо написано Чревоугодием, не исключая возможность того, что это мог быть любой из принцев.

Надеть то, «в чем не жалко умереть», не могло быть демоническим эвфемизмом.

Я внимательно обдумывала варианты. Я могла проигнорировать приглашение. Это был бы, безусловно, самый безопасный путь. После попытки покушения в Доме Гнева не было бы преувеличением предположить, что это ловушка. Когда на рассвете все соберутся начать охоту, я останусь одна и буду уязвима. Кто бы ни послал приглашение, должен был знать, что я отказалась ехать со всеми.

И единственным человеком, который знал это – кроме Гнева, – был Чревоугодие. Если моя одежда имела значение, то приглашение могло указывать на подпольную вечеринку. Такую, где маска сохраняла анонимность участников. Таинственное мероприятие, проводимое в преисподней неизвестно кем, совершенно отличалось от тех, которые я когда-либо посещала.

Но сейчас… я выдохнула. Сейчас я не могла упустить предоставленную возможность расспросить принца Ада без присутствия Гнева.

Я вращала карточкой туда-сюда, размышляя. Только потому, что меня пригласили встретиться в Саду Серебристого Инея, не означало, что я должна там появиться. По крайней мере, не сразу.

В голове медленно складывался план. Прямо за юго-западной бальной башней была широкая веранда с великолепной лестницей, ведущей в сад. Я могу прийти пораньше и ожидать там, в одном из темных уголков. Я соскочила с кровати и быстро надела темное платье.

Чревоугодие ступил на пустую веранду, сжимая пальцами хрустальный бокал с алкоголем. А графин был зажат в другой руке.

Я бы сказала, что пить еще слишком рано, но он, похоже, и не ложился. Его волосы были спутанными, а костюм слегка помят. Как будто любовница не выпускала его из постели всю ночь до самого утра. Он в совершенстве подошел бы для роли развратного грабителя.

Он сделал здоровый глоток из бокала. Казалось, что все принцы любят выпить, хотя количества были разными.

Я глубже погрузилась в тень, чтобы меня не обнаружили, и смотрела сквозь опущенные ресницы, как он приближался, задерживая дыхание. Как будто малейший вдох выдал бы меня.

– Не могу решить, веселит меня это или оскорбляет.

Мое тело напряглось от того, что он так быстро меня нашел. Я потянулась к кинжалу, сжав его, но немного расслабилась, почувствовав его знакомую тяжесть. Я шагнула в предрассветное зарево. Теперь прятаться было бесполезно. Я молча ждала, пока он продолжит. Очевидно, он желал этой встречи наедине. С таким же успехом он мог бы поразить меня любой подготовленной речью.

Он перегнулся через каменные перила, оглядывая декадентский сад внизу. Серебряные цветы, покрытые инеем, сверкали, как бриллианты.

– Возможно, твоя стратегия сработает.

– Какая стратегия?

– Победа на охоте. Через пять минут весь замок выскочит из конюшен. – Он поставил бокал на широкие перила перед собой, затем указал на темную крышу вдали. Заснеженные холмы переходили в вечнозеленый лес. – Люди редко замечают, что находится прямо перед их носом, особенно когда ожидают найти что-то другое.

– Я не уверена, что понимаю, что вы имеете в виду.

Он медленно повернулся, чтобы посмотреть на меня, на лице отразилась должная досада.

– Возможно, я упустил несколько важных деталей в записке. Например, приз за победу на охоте.

Я сдержала трепет. Я не думала, что охота – это нечто большее, чем типичное сельское времяпрепровождение.

– Я не знала, что будет приз.

– Приз. Добыча. Кто-то может возразить, что это одно и то же. – Его ухмылка была пропитана злорадством. – Хозяин выбирает добычу в каждый Кровавый Сезон. Участники узнают то, что ищут, только в конюшне, прямо перед началом охоты.

Моя кровь застыла в жилах.

– Гнев сказал, что никаких жертвоприношений в этот трехдневный праздник не будет.

– Я ничего не говорил о жертве. Я только что сказал, что на кого-то или на что-то будет охота. – Он изучил меня внимательнее, чем я думала, он мог, учитывая, сколько он выпил. – Никто не убивает добычу. – Он подмигнул. – Мы же не настоящие монстры.

– Почему ты хотел, чтобы я была в маске?

– Чтобы узнать, порадуешь ли ты меня. – Он пожал плечами. Как будто это было единственной причиной. Я обрадовалась, что решила прийти без маски. – Кто-нибудь рассказывал тебе, почему праздник называется Кровавым Сезоном?

– Нет, но я уверена, что это будет восхитительная история.

– Если на охоте побеждает младший демон или дворянин, у них появляется возможность выпить эликсир жизни.

– Кровь.

Желудок перевернулся, когда Чревоугодие кивнул. Бабушка говорила нам, что Нечестивые пили кровь. Теперь я знала, откуда пришел этот слух.

– Что, если победит королевская особа?

– У нас есть возможность потребовать свой приз, если по крайней мере четверо проголосуют за это. Но испить эликсир жизни – не единственная причина, по которой мы называем это Кровавым Сезоном. Победителя охоты определяет тот, кто прольет первую кровь. Участники выбирают, сколько и как ее пролить. Когти, лезвия, стрелы, зубы. – Он снова взглянул на конюшни. Выстрел раздался в воздухе, напугав меня. – О, да. Они нашли ледяные ружья. На твоем месте я бы подумал о том, чтобы присоединиться к охоте сейчас.

– Я же сказала, что не езжу верхом.

– Жаль. В этом году они охотятся на ледяного дракона. Величественные, жестокие существа. – Он отвлекся от здания вдали и снова посмотрел на меня. – А что касается верховой езды, я бы пересмотрел это решение. Я тут узнал, что иногда наши тела вспоминают то, чего не знает наш разум.

Чревоугодие склонил голову и зашагал обратно в замок, оставив меня размышлять над его прощальными словами. Второй выстрел раздался, как гром, и последовал звук давки, земля грохотала под моими ногами. Что-то затрепетало в моей крови.

Прежде чем я успела отговорить себя, я задрала юбки и побежала к конюшне.