Двадцать девять

Мое платье из бисера было экстравагантным. И тяжелым. Богиня всевышняя, клянусь, оно весило почти четверть моего веса. В топ был встроен корсет, а само платье туго обтягивало бедра так, что я чувствовала себя будто окунутой в жидкое золото. Металлические блестки, вышитые серией геометрических узоров, подчеркивали мои изгибы. Бедра, талию, бюст. Каждая секция была украшена бусинами, пайетками и узорами, призванными привлечь внимание.

Я повернулась к зеркалу, восхищаясь тяжелым трудом, который потребовался для создания такой одежды. Шелк цвета шампанского шелестел по коже. Юбки разделялись посередине, на несколько дюймов выше колен, часть их, расшитая бусинами, возвышалась над чистым нетронутым шелком. Блестящий золотой пояс с виноградными лозами и шипами придавал этой красоте опасности.

Маска… была в духе Дома Гнева. Мне сообщили, что принцы носят только волчьи маски, а остальные могут выбрать любые, какие захотят. Моя полумаска была сделана со вкусом: темное золото с изящными линиями переливающегося блеска, с легким намеком на змеиную кожу.

Я оставила волосы распущенными, добавив несколько золотых заколок, чтобы убрать их с лица. Я как раз закончила последние штрихи, когда Гнев вошел в комнату и остановился.

Я не смогла удержаться от застенчивой улыбки, когда отбросила иглу и нитку, которые держала, в свой швейный набор.

– Думаю, подойдет.

Его пристальный взгляд упал на маску.

– Где ты нашла это?

Я протянула руку, касаясь пальцами холодного металла.

– Настоящий джентльмен прокомментировал бы красоту своей спутницы. А не спрашивал, где она нашла маску.

– Ты сегодня моя спутница?

По его тону я поняла, что так он меня дразнит, но внутри я ощущала напряжение. Я старалась не думать о том, где он провел прошлую ночь, почему так и не зашел в мою комнату, когда обещал, что придет. Я понятия не имела, чего хотел Похоть, но могла предположить, каких развлечений он искал и на что подстрекал своего брата. Внезапно в груди сжалось что-то, похожее на боль.

– Ты ведешь меня туда. – Я пожала плечами. – Я не знаю, как тебя еще назвать. Но если ты хочешь, я, вероятно, смогу придумать несколько вариантов.

– Я нисколько не сомневаюсь.

Я откровенно восхищалась его костюмом. Черный и золото: жилет также сделан под змеиную кожу, за исключением того, что он был полностью из металла, как кольчужные доспехи.

– Готовишься к битве?

– Только если ты попросишь меня отбивать женихов.

– Где твоя маска?

Он протянул руку.

– Наслаждайся этой тайной.

– Я собираюсь удостоиться чести оказаться с вырванным страхом или тайной моего сердца. Наслаждение сегодня не запланировано. Я хотела бы знать, чего именно ожидать от каждой части вечера.

– Сейчас будет ужин. И я уверен, что тебе он понравится.

Не давая больше намеков, Гнев сопроводил меня вниз по потрясающей лестнице в фойе, заполненное гостями в масках, потягивающими из бокалов шампанское и болтающими приглушенным тоном. Атмосфера сегодня была более сдержанной, но не менее очаровательной.

Чревоугодие заметил наше прибытие и хлопнул в ладоши, плавно привлекая внимание собравшихся гуляк.

– Все, пожалуйста, пройдите в столовую и займите свои места. Пир вот-вот начнется.

Гнев привел меня к нашим местам, и я была рада увидеть, что Фауне отвели место рядом с моим. Анир сидел напротив нее, и на этом мое счастье закончилось. Вошла леди Сундра, сияющая, как солнечный свет, и выражение ее лица стало грозным, когда она заметила меня.

– Леди Сундра.

Ее челюсти сжались, и я сразу поняла, какую непреднамеренную ловушку устроила для нее. В присутствии Гнева я заставила ее использовать мой титул.

– Леди Эмилия.

Зависть ворвался в комнату и опустился на стул напротив Гнева – и рядом со все еще сияющей леди Сундрой – со всезнающей ухмылкой в уголках рта. Прежде чем он успел подразнить меня тем, что зреет в его взгляде, в комнату вошел повар.

– Добрый вечер, лорды, дамы и принцы преисподней. Тема сегодняшнего меню «Пламя и лед». Блюдо каждой земли смертных в той или иной форме будет представлять определенные стихии. Наше первое блюдо, салат фризе, представляет лед. Вы скоро поймете, почему.

Армия слуг вынесла тарелки и расставила их перед каждым гостем одновременно. Беспокойство по поводу леди Сундры исчезло. Я не могла оторвать внимания от блюда. Зелень была разложена на деревянный спил по кругу, что напоминало сорванное с дерева птичье гнездо. Вокруг зелени были рассыпаны кусочки сыра и измельченные орехи пекан. В центре находилась яйцевидная форма рубинового цвета, частично заполненная жидкостью. Это был не просто салат, а настоящее произведение искусства, страсти. Творческий гений такого уровня, с которым я никогда не сталкивалась.

Я обрадовалась, когда поняла, что не единственная, кто еще не взял в руки приборы, так как был не совсем готов потревожить съедобную скульптуру.

– Замороженный клубничный винегрет.

Принц Чревоугодия постучал по искусственному яйцу, разбил его и вылил заправку. Он бросил кусочки сыра и измельченные орехи в листовую зелень, смешав с заправкой. Все последовали его примеру, возбужденная болтовня заполнила большую столовую.

Гнев наблюдал за мной, уголки его рта дернулись, когда я разбила яйцо с заправкой и восхитилась блюдом.

– Я вижу, ты ужасно проводишь время.

– Чудовищно. – Несмотря на навязчивое внимание, которое я почувствовала с противоположной стороны стола, я ответила улыбкой. – Он слишком красив, чтобы его есть.

Мелко нарезанные кусочки мяты, стружки красного лука и фенхеля прекрасно сочетались с горькой зеленью. Как только тарелки опустели, официанты быстро избавились от них, освободив место следующим кулинарным изыскам. Снова появился шеф-повар и гордо объявил следующее блюдо, как будто он был маэстро, а еда оркестром, которым он дирижировал.

– Второе блюдо сегодня вечером символизирует огонь. «Свеча», сделанная из беконного жира. Он медленно горит и создает соус, в который можно окунуть гребешки, обжаренный пармезан и брюссельскую капусту.

Официанты наклонились к столу и в унисон зажгли свечи с беконом. Чревоугодие побуждал всех пить вино и смотреть, как тают свечи. Утомленный театральностью, Зависть повернулся к мужчине-демону, сидящему рядом.

– Есть какие-нибудь новости о Семи Звездах?

– Ничего нового, Ваше Высочество. Все знаки ведут в лес.

Внимание Гнева переключилось на брата. Он осторожно отпил вино.

– Опять гоняешься за сказками?

– Интересно, дорогой брат, когда я стану самым могущественным, ты все еще будешь дразнить меня? – Улыбка Зависти сочилась злобой. – Или поклонишься своему новому королю?

Леди Сундра осторожно оглядела принца рядом, ее взгляд был расчетливым.

Я сжала губы, стараясь случайно не спросить лишнего. Анир перегнулся через стол с озорным огоньком в глазах:

– Власть здесь валюта. Смертные накапливают богатство, здесь члены королевской семьи делают то же самое с магией.

– Могут ли принцы Ада быть свергнуты низшими демонами?

– Нет. Они всегда правят своими кругами. По сути, это проверка того, кто из них обладает большей властью. Братское соперничество, так сказать.

– То есть дьявол – это титул, который можно передать разным правителям?

Принцы вокруг нас застыли, но Анир не обращал на них внимания.

– Не всегда. Это более или менее влияет на разные эпохи на Земле. Ты можешь увидеть на протяжении веков, какой из семи принцев обладал наибольшей властью и влиянием на мир смертных. Войны, жадность, сексуальные пробуждения. И все же, – его шепот был не совсем тихим, – я не могу припомнить эпоху зависти.

Зависть швырнул бокал на стол.

– Следи за своим языком, смертный.

– Или что…

Прежде чем они дошли до драки, снова появился повар, его голос разнесся по комнате:

– Третье блюдо самое интерактивное. Я прошу вас положить ломтики сырой маринованной говядины на угли и быстро поджарить их с каждой стороны. Как только мясо отделится от углей, посыпьте полоски замороженной сырной крошкой.

Гнев пошевелился справа, привлекая мое внимание. Он внимательно смотрел на двери, куда только что вошел Жадность и вежливо поклонился. Принц был в бронзовом костюме, его волосы и глаза точно соответствовали оттенку металла, из которого он, казалось, родился. В его пронзительном взгляде все еще читалось ощущение неправильности происходящего, как будто он не так привык к зрелищам, как его братья.

Он слегка кивнул Гневу, прежде чем занять место в противоположном конце стола.

– Прошу прощения за опоздание. Не прекращай пир из-за меня.

– Да сядь уже, – пробормотал Чревоугодие. – Шеф! Принеси другое блюдо.

Воспользовавшись семейными драмами, отвлекающими внимание Гнева, я наклонилась и прошептала Фауне на ухо:

– Ты когда-нибудь слышала о Семи Звездах?

– О, ты имеешь в виду Семь Сестер. Конечно. Здесь каждый об этом знает. В старых легендах они являются нуждающимся путникам, выглядят словно тени. Некоторые говорят, что столкнуться с ними – это благословение, но большинство здесь считает, что это проклятие.

– Почему?

– Если вы прервете их небесное вращение, есть шанс, что они могут вырвать и сплести неправильную нить судьбы. Иногда результаты такого вмешательства проявляются сразу, а на другие требуются десятилетия.

– Как… интригующе. Если они плетут нити судьбы, то должно быть смогут вспомнить прошлое. Посмотреть те нити, которые уже сплели. – Фауна настороженно посмотрела на меня, но кивнула. – Так что если кто-то и знает, где находятся потерянные предметы, так это, Семь Сестер.

– Эмилия… – предупредила Фауна, – тебе нельзя их искать. Задавая вопросы о живом существе, можно нанести ущерб как прошлому, так и будущему.

– Я не собиралась спрашивать о существе. Только о предмете.

– Чего бы ты ни замышляла, остановись. Это слишком опасно.

Опасно или нет, но я найду таинственных прядильщиц судьбы. Один из заколдованных черепов упоминал «Семь звезд» и «Семь грехов». Я сразу догадалась о принцах демонов, но не знала, что означали Семь Звезд. Теперь я была полностью уверена, что именно они имелись в виду. А демон, которого Зависть спросил в начале ужина, упомянул лес.

Меня охватило волнение. Когда я была в Доме Зависти, он решил рассказать мне о Кровавом Лесе. Я так и не поняла, почему он хотел, чтобы я узнала о сказании «Древа Проклятий». Я начала подозревать, что он тоже на что-то намекал.

И то, какую тему он выбрал этим вечером, также не было случайностью. Зависть хотел, чтобы я искала Семь Сестер. И я готова поспорить, что это определенно имело отношение к магическим предметам, которые он искал: Ключ Искушения и Зеркало Тройной Луны. По какой-то причине он предполагал, что у меня больше шансов получить от них информацию. Несмотря на его мотивы, эта информация была очень выгодна и мне.

Я попыталась вспомнить карту, которую видела в Доме Зависти. Я видела лес, но не могла вспомнить, где относительно него находится Дом Чревоугодия.

– Далеко отсюда Кровавый Лес? Принц Зависти упомянул, что это не часть королевских земель, но чтобы попасть туда, нужно пройти через их территорию.

– Отсюда? – Фауна задумалась. – Самый быстрый маршрут – через круг Гордыни.

Я оглядела длинный стол. Гнев, Жадность, Зависть, Чревоугодие. Я не видела Праздности, но вспомнила, что Гнев сказал о том, что он прибудет перед церемонией страха. Я отпила вино, а мой взгляд блуждал по другой стороне зала. Похоть ухмыльнулся мне с дальнего конца стола, насмешливо сгибая палец. Не обращая на него внимания, я тихо спросила:

– Дьявол уже прибыл?

Разговор прекратился. Руки, державшие посуду и стаканы, остановились в середине рта. С таким же успехом я могла бы наложить заклинание, чтобы остановить время. Судя по всему, вопросы о дьяволе были запретной темой.

– На десерт, – голос шеф-повара нарушил тишину в зале, – у нас сочетание огня и льда. Крем-брюле, карамелизированный прямо на ваших глазах, украшенный жемчужинами замороженной малины и листьями мяты.

Как только повар оставил нас наедине с десертом, теплые пальцы коснулись моего запястья. Я взглянула в лицо Гневу:

– Потанцуешь со мной сегодня ночью?

Он встал, как и остальные принцы. Слуги бросились выдвигать их стулья, прежде чем снова исчезнуть в тени.

– Ты куда?

– Пора нам надеть маски.

– И отбросить наши манеры, – передразнил Чревоугодие. – Увидимся на маскараде.