Глава 20
– А начальство и вы сами, действительно, уверены, что эрханцы способны лечить атханцев? – спросила я, окидывая взглядом Фета, начальника спецназа и остальных дарвийцев. Делая вид, что никого не выделяю. Рах удивленно воззрился, аж брови приподнял. Он явно ожидал, что наша с Фетом встреча возле ле-порта окажется куда более жаркой.
Однако на сей раз гез не стал вмешиваться. Просто наблюдал, и я была очень ему за это признательна.
А вот Фет повел себя совершенно не так, как я ожидала от такого зрелого, умного и, казалось бы, смекалистого мужчины.
Он ведь знал, что я видела его с пассией. И их нежности наблюдала прямо «из партера». У них явно было больше взаимопонимания и близости, нежели у нас. Мы ни разу не обнимались вот так запросто, на стоянке, без повода. Всегда либо Фет меня утешал, либо еще что…
Однако, вопреки всем моим предположениям, дарвиец приблизился, вдруг взял меня за руку и упорно потянул в сторону.
Кхм! Внезапно!
Обычно он общался со мной при всех, даже на довольно интимные, щекотливые темы…
Мы отступили в противоположный конец коридора, и Фет неожиданно пошел в наступление. Враз сократил дистанцию между нами, и мне пришлось прижаться к стене. Дарвиец уперся руками возле моих висков и наклонился к лицу.
– Лена! Ты все не так поняла! – выпалил горячо. – Ты абсолютно ничего не знаешь! Дай объясниться, или я за себя сейчас не ручаюсь!
– Интересно? И что же ты сделаешь? – язвительно произнесла я, скривив губы. Это был невольный, немного презрительный жест. Я всегда видела в Фете, если и не благородного дворянина из книг, то, по крайней мере, мужчину с принципами. А тут… какие-то жалкие оправдания, да еще и нелепый шантаж.
Мне кажется, на дарвийца произвело впечатление именно выражение моего лица, а не слова. Он прищурился и тяжело вздохнул.
Отступил и попятился.
– Я и не думал, что ты можешь так меня… ранить, что ли… – произнес тихо и даже удивленно. – Наверное потому, что ты никогда раньше так со мной не общалась. Но от этого мое решение лишь сильнее!
– Давай займемся заданием. Ответь мне на вопрос. А то все эти твои решения, ухаживания…
– Я понял! – внезапно сменил Фет тон на вполне деловой. Хотя голос еще немного хрипел. – Давай поговорим.
И он двинулся в сторону нашей компании медиков. Я последовала за дарвийцем.
– Итак. Я не знаю, сможете ли вы, действительно, помочь атханцу, – произнес на ходу, пока остальные пялились на нас с удивлением и почти шоком. Видимо, до этого момента мы производили впечатление сложившейся парочки, хотя это и было не совсем так. Шальтра покачала головой и посмотрела на меня с осуждением. Я отмахнулась. Мол, хватит уже советовать. Я тебя послушала и вот чем все закончилось.
Шальтра фыркнула, но возражать не стала.
– По нашим данным атханец Кли Эн Дру потерял сознание, когда летел на станцию «Тим-ра», – тем временем, пояснил Фет. – Что именно с ним случилось, информации нет. Как некоторые в курсе, звездолеты атханцев отчасти живые и связаны с владельцами. Обычно они направляют на базу сведения о том, что случилось с хозяином. Но в редких случаях, корабельная система сама не в состоянии в этом разобраться. Мы имеем дело как раз с подобным. При этом, Кли очень вовремя захватили пираты и требуют у семьи большой выкуп, угрожая убить пленника. На связь он не выходит, хотя и родственники, и наши службы переговорщиков требовали доказать, что заложник жив. Однако видео с дышащим, но бессознательным атханцем нам выслали.
– То есть мы даже не знаем, жив ли он, на самом деле? – уточнил Рах.
– Да.
– Что ж… Мы попробуем. Но анатомию и физиологию атханцев от всех тщательно скрывают. Мы понятия не имеем, как устроен их организм, какие у него особенности и слабости, – задумчиво произнес Анатолий, как самый опытный из нашей компании медиков.
– Это все понимают. Поэтому, как только освободим пленника, на место прибудут и атханские врачи тоже.
– Почему не сразу? – удивилась я. – Обычно они своих не бросают.
– Таковы условия семьи Кли. Никаких врачей, пока Дру не вытащат из пиратских лап.
– Боятся, что бандиты заодно захватят еще и других атханцев. И их тайны станут не такими уж и тайнами… – усмехнулась Шальтра. – Уверена, дело в этом!
– Я тоже так считаю, – согласился Фет, косясь на меня. Я же усиленно делала вид, что мы общаемся исключительно по работе.
Не игнорировала его, отвечала, но всем своим видом давала понять, что всякие иные отношения и общение между нами полностью исключены.
Дарвийцу это заметно не нравилось – он то хмурился, то супился, то играл желваками. Но пока не возражал и на том спасибо. Спорить и слушать нелепые объяснения мне совершенно сейчас не хотелось.
В конце концов, анекдотичные ситуации – ну не мое… Вот прямо совсем.
Все эти: дорогая, мы целовались с той женщиной, потому что я делал ей искусственное дыхание.
Почему стоя?
Потому что у нее столбняк.
Я не сомневалась, что любой мужчина может объясниться в подобных обстоятельствах. У них это уже на уровне инстинктов. Но мне это было совершенно не нужно.
Да я и сама еще не сказала Фету, что мы вместе. А раз так – у него есть право крутить с кем захочет. Но и у меня есть право принимать такую манеру запасаться «аэродромами» или же нет.
Несмотря ни на что Фет, как всегда, проводил нас до нужного отсека в звездолете.
Не улыбался, не подмигивал, но уходя, посмотрел так… не знаю, впервые с нашей размолвки, если можно так выразиться, я усомнилась в своем решении не принимать никаких отговорок от дарвийца.
Все было в его взгляде: грусть, что его не понимают, какое-то молчаливое обещание, которое я так и не расшифровала и… огонь… Любая женщина узнает это пламя в глазах мужчины, и ошибиться тут невозможно. Это нельзя подделать или сыграть. Страсть в сверкающих глазах и… желание… Эдакое хищное, жадное, чисто мужское… Естественное, порочное и честное…
Я тряхнула головой и села к своим.
Слава богу, расспросов не последовало. Хотя любопытно было всем – я это видела. Даже Рах воздержался. Ни одного комментария, ни единого замечания, никаких уточнений.
Ни-че-го.
Зато мы занялись работой – тем, что сейчас гораздо важнее.
Попытались собрать воедино все, что известно каждому про атханцев.
Все учились, у каждого был свой опыт. Кто-то что-то слышал, видел, прочел в сети на закрытых от глаз зевак медицинских форумах. К таким допускались лишь работники секретных объектов.
Под конец, Шальтра резюмировала:
– Итак. У атханцев два сердца. Причем одно находится близко к горлу и защищено костной пластиной. Если первое остановится, можно попытаться запустить второе. У них облегченный скелет. Но прочность костей значительно выше, потому что состоят те не из кальция, а из какого-то аналога на Свереллии. В других местах содружества данный материал пока что не обнаружен. Поэтому вводить быстросхватываемый костями кальций бессмысленно. Нужного препарата у нас нет. Можем лишь восстановить целостность кости, если потребуется. Еще у атханцев есть орган, который берет на себя функцию почек, печени и желчного пузыря, если те внезапно отказывают. Но где он находится мы не в курсе. Какое-то время атханцы способны поглощать нужные газы из воздуха кожей, если отказывают легкие. Негусто. Но уже кое-что.
– Что имеем, с тем и будем работать, – произнесла я. – Думаю, проще находить повреждения тканей и органов и латать их. Функциональность восстанавливать нет смысла – мы не знаем, как она должна выглядеть и можем дополнительно навредить. Про второе сердце хорошо, что выяснили. Может пригодиться.
– Вспомнил! – подал голос Анатолий. – У них аллергия и довольно сильная на некоторые виды наших напитков. Например, на кофе или какао.
– Думаешь у него был аллергический приступ? – вскинула я бровь.
– Ну сами посудите. Атханцы надевают специальные костюмы, которые, если что, за счет какой-то особой энергии, поддерживают организм до прибытия медиков. А он все равно потерял сознание. Тут либо отказ органов. А такого они не могли допустить. Атханцы очень тщательно проверяют своих перед вылетом с планеты даже на прогулку. Поскольку врачи других рас не всегда смогут оказать им нормальную помощь. Либо сильный аллергический приступ. Тогда он сейчас дышит кожей. А нам нужно убрать отек дыхательных путей и восстановить ткани.
– Будем надеяться, что все так.
– Погодите! – вклинился Рах и повернулся ко мне. – Лена! А ты можешь сделать, как тогда, когда мы спасли Фета и Лина?
– Что именно сделать как тогда? – уточнила я.
– Лечить на расстоянии?
– Зачем?
– Я думаю, если привести атханца в чувство, он сам поможет себя выручить. Я знаю, что уроженцы Свереллии могут прикидываться, что без сознания. Даже сканеры успешно обманывают. Мы его подлатаем с твоей помощью. И парень очнется в самый неожиданный и «удачный» для похитителей момент… А потом с криком «Сюрпри-из!» покрошит всех в мелкую капусту.
– Хороший план! – я показала большой палец. – Я даже придумала, как обеспечить нам более близкий доступ к похищенному! Надо сообщить Фету!
Шальтра покосилась на меня с видом «ты же с ним на ножах». Я повела плечом.
– Работа есть работа! – сказала четко и вызвала дарвийца по коммуникатору.
– Да, Лена! – он ответил, кажется, еще до второго «звонка». Причем, голос Фета звучал так радостно, так обнадеженно, что я поспешила его охладить.
– Ты на громкой связи. У нас тут идея!
– Говори, – в деловом тоне Фета мелькнули разочарованные нотки. Но чувствовалось – старается не подать виду.
Я изложила наш план.
– Неплохо, – согласился дарвиец. – Попробуем. Первый – мой выход. Сделаю все, что смогу. Если получится – дальше уже дело за вами.
– Мы тоже сделаем все, что сумеем. Если все сложится, возможно, и освобождать атханца уже не потребуется. Или же вы просто поддержите его в сражении за свободу.
– Хорошо. Готовьтесь. Стыковка с пиратским крейсером через двенадцать минут.
– Мы – медики АТС. Всегда готовы, днем и ночью, – фыркнула я.
– Знаю, – я прямо видела, как Фет улыбается моей горделивой реакции. Слышала по его голосу.
Сбросила связь и оглядела коллег.
– Все все слышали. Будем работать.
– Лена, – Рах слегка потянул меня за руку. Прикосновение было едва ощутимым. – У вас все нормально?
Он не сказал у кого это «у вас», но было ясно.
Я с вызовом воззрилась на Раха.
– У меня все отлично! – выпалила с нажимом.
Гез поднял руки вверх, словно сдавался.
– Если что, ты всегда можешь обратиться ко мне, – сказал тихо, не стесняясь окружающих.
Шальтра на его вопросительный взгляд только руками развела: мол, кто их разберет, этих пчел.
– Давайте готовиться к операции, – прервала я душещипательную беседу о наших с Фетом личных проблемах. – Она будет либо очень легкой, либо очень сложной. И многое, на сей раз, зависит от нас. Давайте выложимся.
Народ закивал.
На выходе из стыковочного коридора в ангар пиратского транспортника, Фет связался с похитителями атханца. Те оставили правоохранителям канал для переговоров.
– Мы не можем выполнить ваши условия, пока не удостоверимся, что пленник, действительно жив. Вначале вы должны предоставить нам эту возможность, – по громкой связи сообщил Фет.
– Интересно как вы предполагаете подобное сделать? – послышался в ответ сгенерированный голос. – Он без сознания и говорить не способен.
– Ого! – удивилась я шепотом. – Обычно пираты не прячутся за синтетическими интонациями. Все равно большинство известны полиции. А многие – в галактическом розыске. И ладно внешность, голос – все можно сейчас изменить. Сделать операции у не слишком честных, но довольно грамотных хирургов. Однако ловят бандитов по ДНК, скелетным, аурным и прочим особенностям, которые нельзя подделать или скорректировать. К чему нужны подобные сложности?
– Боятся атханцев, – шепнул на ухо Рах. – Те-то не знают какие конкретно пираты похитили их сородича.
Фет покосился на нас с таким видом, с каким раньше реагировал на мое общение с дарвийцем гез. Аж губу прикусил.
Но ответил бандитам.
– Сканеры корабля можно перенастроить. Поэтому к ним нет доверия. Видео, что вы прислали, тоже вызвало много вопросов. Но у нас есть собственная аппаратура, и мы получили некоторые параметры тела атханца. Вам придется лишь доставить его в ближайшее к стыковочному ангару помещение. До него дотянутся наши датчики.
– Хорошо.
Фет кивнул всем. Мол, первый этап получился. Теперь дело уже за эрханцами.
Мы ощутили приближение атханца раньше, чем по связи пронеслось:
– Врубайте свою аппаратуру! Мы подключили все медицинские приборы к больному. Он дышит. Это даже мы видим…
Я прикрыла глаза и потянула на себя энергию других двух эрханцев. На сей раз вышло буквально на автомате. Фактически я даже не напрягалась. Раз – и их исцеляющие потоки в «моих руках», делай что хочешь. Видимо, сказывался опыт.
Тело атханца совсем не походило на тела пациентов, к которым привыкла.
Я чувствовала, что у него совершенно другие ткани, сосуды, кости… Я это и раньше знала, но сейчас воспринимала даром эрханки.
Впрочем, моей задачей было лишь привести пациента в сознание. Дальше уже атханцы разберутся. Пленник, действительно, был жив, но очень плох. В основном, потому, что еле дышал.
На долю секунды я испугалась, что не смогу найти причину – ведь тело, органы и клетки гуманоида, которого я пыталась лечить, представлялись совершенно и до предела чужеродными. Я и не думала, что атханцы настолько другие.
Даже энергия, что исходила от него, казалась абсолютно для меня незнакомой…
Однако я попыталась решить вопрос с точки зрения физики и логики.
Та-ак… Ему трудно дышать. Тут могут быть следующие проблемы: с органами или путями передачи воздуха. Аллергия вполне может вызвать отек. Чего?
Я начала исследовать горло, гортань и радостно вскрикнула.
Ну, конечно! Вот же он, отек! Это точно ненормально, что в гортани почти нет просвета и в горле тоже!
Что ж… если я права, надо просто уменьшить отек. Я никак не могу поменять реакцию организма на аллерген или починить иммунитет, что ведет себя совершенно неправильным образом. Но в моих силах сейчас ликвидировать последствия всего этого безобразия. Если, конечно, именно в них кроется причина состояния атханца.
Будем надеяться… Потому что я и понятия не имею – какими должны быть у него легкие и другие органы дыхания…
Даже если атханец так плох не из-за отека, мои действия помогут, уж точно. Хочется верить, что подобного будет хотя бы достаточно, дабы привести пленника в чувство…
Я нацелилась на результат. Начала медленно, планомерно восстанавливать каждую поврежденную клетку, каждый сосуд, каждый лимфоток. Так чтобы жидкость отходила быстро и эффективно…
Даже добавила нечто вроде энергетического массажа тканей. У других гуманоидов он отлично работал. Также как и физический – обычный массаж – только тоньше, на уровне клеток.
Вначале казалось – это все ерунда и у меня абсолютно ничего не выходит.
Но я продолжала, не поддаваясь унынию. Потому что не видела иного выхода. Если сейчас начать выполнять требования пиратов, пленник точно не доживет до освобождения. Его состояние было критическим. Наш план оказался единственным шансом спасти атханца и предотвратить большие проблемы. Свереллия предъявит претензии содружеству, если мы не выручим ее гражданина. А там… там и до звездных войн недалеко…
На заднем фоне звучали переговоры Фета с пиратами:
– Ну и долго нам еще ждать ваших сканеров? Тут парень буквально дышит на ладан! Сдохнет еще!
– Уже почти все. Идет оцифровка!
Фет, похоже, тоже правильно оценил ситуацию. Тянул время как мог.
И я делала все, что могла…
Оставалось лишь надеяться, что у нас все срастется.
Или… атханец погибнет. И начнутся серьезные проблемы у всех.
Я не ощущала, что отек спадает…
Думала – все, это конец…
Ругала себя за самонадеянность. Думала, может все-таки стоило связаться с тем же Иу, попробовать выяснить – какие проблемы могли вызывать состояние атханца. Ну мало ли? Вдруг сработает! Все лучше, чем столкнуть самую развитую расу в Галактике с остальными в противостоянии…
Шея онемела, руки одеревенели, энергия заканчивалась. А отек как был, так и оставался…
…Но внезапно по связи послышались ругательства на нескольких языках, затем вопли и все стихло.
Только в эту минуту я поняла, что лечение реально дало результат. Как-то одномоментно – раз – и отека нет. Не медленно и постепенно, как я привыкла. Атханец живехонек и очень даже живчик.
А потом Фет с удивлением выслушал по связи:
– Атханец освободился сам после лечения. Правительство планеты Свереллии просит вас немедленно свернуть операцию. Дальше атханцы уже разберутся сами. У пленного были свои средства защиты. Он пришел в себя благодаря эрханцам и задействовал их, чтобы справиться с пиратами. Наказание похитителей и прочее – это уже дело Свереллии.
Фет пожал плечами.
– Хозяин барин. Ребята! Уходим!
Махнул всем рукой.
…Спустя полтора часа мы с Шальтрой вылезали из машины возле нашего дома.
И вот вроде бы все закончилось быстро и довольно легко. Никаких перестрелок, рискованных спасений заложников. Никто не пострадал и даже не ранен. Все вышло практически без нашего вмешательства. Стоило лишь привести атханца в сознание.
Боевые подразделения даже в пиратский корабль не зашли…
Но… я чувствовала себя совершенно не так, как обычно после успешно выполненного задания.
И отлично знала почему. Из-за Фета.
Да, я отказалась от него и решила не устраивать сцен, не выяснять отношения… Но… мне его ужасно не хватало.
И вот стоило мне так подумать, как возле забора притормозила машина дарвийца. Фет пулей выскочил наперерез, остановив меня возле самых дверей в дом.
Шальтра уже очутилась внутри.
Я всегда поражалась как этому мощному, даже массивному мужчине удается так стремительно двигаться. Конечно, я чуть замешкалась, заметив машину дарвийца, но… он перерезал мне путь быстрее, чем смекнула, что вообще происходит.
– Ну что еще? – устало уточнила я. Все же энергии растратила немало.
Вскинула глаза на Фета и замерла.
Он выглядел взволнованным, нервным и… почему-то до странности вдохновленным. Как будто пришел с удивительно хорошими новостями.
Это окончательно выбило меня из колеи. Я совершенно перестала что-либо понимать. Неужели он так здорово притворялся, прямо актерствовал, когда бесился из-за наших перешептываний с Рахом? А может там чисто взыграло мужское самолюбие? Как она вообще могла после меня, восхитительного, непревзойденного, невероятного, да сразу с ним столь близко общаться?
Я смотрела на Фета в полном недоумении. Даже не зная – расстраиваться, радоваться или еще что. Все чувства словно бы замерли в ожидании, как и я сама…
– Я знаю, что ты увидела и подумала. В тот раз, – протараторил дарвиец. – Но ведь я помог тебе с сыном. Разве не так? Я нашел Иу, я убедил его и потом все время был рядом.
– Это правда, – выдохнула я. – И несмотря ни на что я очень тебе признательна.
– В таком случае, пожалуйста, дай мне возможность зайти к тебе через полтора часа. Сегодня. Больше я ни о чем не прошу. Если после этого ты скажешь, что между нами остались только рабочие отношения, даю слово воина, варвара, мужчины, я эту тему больше не подниму.
– Хорошо. Через полтора часа.
Не знаю почему, но я согласилась. Сразу и без длительных уговоров. Дарвиец радостно подорвался к машине и только я его сейчас и видела.
Я вошла в дом и напоролась как на пику на вопросительный взгляд Шальтры.
– Ты ведь все слышала? – я указала на палец, который подруга держала на кнопке пульта-экрана – он позволял видеть и слышать все, что творилось неподалеку от двери.
– Да! – выпалила она. – И очень жду продолжения!
Я отмахнулась.
– Да что он может сказать? Это бывшая? Она сама на него вешалась? Ладно. Я ему очень признательна и теперь мы закроем счет.
– Он еще может тебя удивить! – хмыкнула Шальтра.
И до самого появления Фета подруга тему больше не поднимала.
Мы перекусили, немного посмотрели какой-то детективный сериал. В общем, я не знала куда себя деть, а Шальтра пыталась меня развлечь.
Витя, слава богу, был занят какой-то стрелялкой с «полной виртуальной анимацией» и находился пока на другой планете. Гонялся там за какими-то монстрами.
Я проверила сына, увидела, что ему не до нас и решила пока не мешать. Пускай. Пока он только-только вышел из комы, ему можно все. Развлекаться, бузить, отдыхать. Хотя бы пару месяцев вольготной жизни мой мальчик однозначно заслуживает.
Потом отдам его в училище на базе АТС. Там ему помогут освоить науки и материалы тех годов обучения, которые Витя пропустил, будучи в коме…
Он практически не повзрослел, и выглядел лишь чуть выше и крепче, чем помнила. Мне объяснили, что ребенка вроде как «заморозили», чтобы рост не мешал лечению.
В общем, я убедилась, что самый мой любимый и теперь пока что единственный мужчина в порядке и вернулась к общению с Шальтрой.
Ровно через полтора часа в дверь постучались. Я с пульта открыла ее и… вместо одного дарвийца в гостиной появились аж двое.
Фет и та самая девушка, с которой он вроде бы обнимался.
Дарвиец улыбнулся и торжественно произнес:
– Лена! Это моя сестра – Фетрисия Ми Растхал. Я пригласил ее чтобы официально сделать тебе предложение… В нашей семьи и вообще у аристократов Винсерты принято, чтобы единокровный родственник был свидетелем этого шага. Наши родители погибли, так что Риска – моя самая близкая единокровная родственница.
Я только глазами хлопала, глядя на вдохновленного, взволнованного Фета, его сестру и Шальтру, которая беззвучно хохотала над моей глупой ревностью.
С минуту я еще не знала, как реагировать, а затем меня тоже разобрал смех. Хохот вырывался из горла и сотрясал все мое тело. Настолько мощные эмоции выплескивались наружу. Я бы сказала – реализовывались.
Фет выждал, а когда моя тихая истерика закончилась, подошел, опустился передо мной на колени и протянул браслеты из зеленоватого металла.
– Брачные браслеты дворян с Винсерты? – уточнила я.
– Да. У нас – одна из самых влиятельных, богатых и знатных семей. Поэтому Фетрис не может пренебрегать традициями. Вам не обязательно соблюдать их потом. Просто сейчас, пожалуйста, примите, если согласны.
У сестры дарвийца был низкий, бархатистый грудной голос.
– Ты согласна? – тихо спросил Фет. – Я люблю тебя. Давно и безнадежно. Для тебя, ради тебя, ради вас с сыном я готов буквально на все. И это не просто красивые слова. Если надо – я готов пройти испытания… На нашей планете некоторые женщины устраивают мужчинам смертельный квест. Решай как хочешь. Но ты должна дать мне шанс!
Я молча взяла браслеты и обняла Фета.
– Ну вот и отлично! – обрадовалась Фетрисия. – А то мой брат и так каждый день рискует жизнью на своей этой работе. Дополнительные испытания, по-моему, лишние.
– Верно! – выдохнула я. – Я и так согласна… Э-э-э… На все, кроме переезда на вашу планету и отказа от работы.
– Кстати! – Фет чуть отстранился и заглянул мне в глаза. – Если надо избавить тебя от остатков срока службы на АТС или в другой подобной структуре как попаданку, то как моя жена ты имеешь на это полное право. Мы – белая кость, сама знаешь.
– Да, да. А атханцы – голубая кровь…
Фет усмехнулся.
– Так что?
– Мне нравится база и моя работа. Мы делаем то, что не могут другие и возвращаем жизни тем, кто уже не надеялся. Мне кажется, тут мое место.
Шальтра захлопала – на сей раз без ерничества.
– Как скажешь. Я готов уйти со службы или остаться… Если от этого будет зависеть твое решение.
Он сказал твердо, спокойно… Я улыбнулась.
– Я давно приняла решение, просто думала… что в тебе ошибалась.
– Никогда так не думай. Дарвийцы – однолюбы! Я увидел тебя – и пропал. Все. Больше нет никаких других женщин или ошибок или чего-то еще.
– Чтобы мой брат сдергивал меня с работы, требовал, просил, умолял, чтобы побыстрее прилетела ради предложения… Хих… Я и представить подобного не могла, – вклинилась Фетрисия. – Рада, что вы все выяснили. А то на него смотреть было страшно. Я думала – или кого-то убьет или сам покалечится… А то, что он сегодня сказал про вашего сослуживца… По-моему, его зовут Рах и он гез… Я бы постеснялась повторить даже в самом неблагородном обществе. Не думала, что Фет знает такие слова…
– А ты почему знаешь? – усмехнулся дарвиец.
– Я-то в поисковике нашла, в сети! А вот ты выпалил на едином дыхании и без малейших подсказок со стороны!
Мы захохотали, я прижалась к дарвийцу и прикрыла глаза.
Из комнаты выскочил Витя, и тоже начал с нами обниматься.
– Ну… осталось еще мне всех обнять и будет полный… Хэппи Энд, – усмехнулась Шальра.
– Иди ко мне! – хихикнула в ответ Фетрисия. – А то умрем от зависти! А мне надо еще выступить свидетельницей на свадьбе брата.