Глава 36. Смерть приближается

Схеней Апрум не знал, что его больше раздражало: то, что Венанция его избегала, или равнодушие, с которым восприняли его героический подвиг по её спасению. Даже не равнодушие (он бы понял, если бы его просто оставили без почестей): слуги косились на него мрачно, Вульпесы с Экусами взирали так, словно он им дорогу перешёл и грязью их при этом забрызгал. Дядя с дедом, хотя он ни словом не обмолвился о планах заполучить Венанцию для себя, похоже, заподозрили неладное.

Ещё и Кайден.

– Как это вы его потеряли? – переспросил Схеней у двоих подручных для грязных поручений: жилистых, вёртких, словно угри, и готовых убить даже герцога.

Они должны были убрать этого везучего пса: неожиданный выстрел способен убить даже золотого мага, если тот не носит щиты постоянно. Ну а если бы не сработал арбалет, в ход пошли бы алхимические бомбы, ведь Кайден так удачно собрался ехать верхом один, в ночь. Но подручные вернулись ни с чем и сейчас стояли с виноватыми рожами.

– Он не мог просто испариться, – продолжил Схеней раздражённо.

На что получил более развёрнутый отчёт:

– Он свернул в переулок. Мы через минуту повернули следом. Там никого не было. Герцог не успел бы выехать из переулка, и там не было ворот, в которые прошла бы лошадь.

– Или они так скрыты, что в темноте не найти. Мы можем вернуться при свете дня и проверить.

Схеней оглядел подручных и, тяжело вздохнув, потёр лицо рукой:

– Я должен был это предусмотреть, – Схеней стиснул руку в кулак и тут же расслабил. – Мы попались на иллюзию. Ладно, проваливайте.

И эти двое поспешно свалили, а Схеней пнул подставку для ног: он ведь поверил, что Кайден просто собрался по делам или отдохнуть от Венанции, но следовало учесть слухи, что Кайден владеет иллюзиями. Следовало догадаться, что он мог нанять иллюзиониста из артистов, уже прибывающих для празднования свадьбы принцессы с будущим королём Унии.

«Где же ты, Кайден? – мысленно спросил расхаживающий по комнате таверны Схеней. – Для каких целей скрылся?»

На месте Кайдена Схеней сейчас искал бы союзников и устранял соперников, но Кайден был до отвращения благороден, поэтому Схеней не представлял, где его искать. Даже вообразить не мог.

«И ведь не спросишь ни у кого, где он может быть, – в раздражении подумал Схеней. – Его люди будут его прикрывать, Венанция опять закатит истерику, что он со своей целительницей…»

Метавшийся по комнате Схеней замер: «А что, если Венанция не так уж не права?..»

Как и все привыкший к похождениям Чигару, Схеней сразу поверил, что моресский принц через друга наградил любовницу званием придворной целительницы, но сейчас призадумался: вдруг все они ошиблись, и целительница нужна Кайдену? Вдруг его всё же отравили рахрой?

«Но тогда бы Венанция не ревновала к целительнице, – тут же отмахнулся от этой мысли Схеней. – Если бы знала об отравлении, она бы сама его к целителям потащила».

Но что-то в этой ситуации цепляло Схенея, и он решил над этим поразмыслить.

А может и проверить…

***

Я не могла не спросить Кайдена о Чигару. Целители болтали много, и, вероятно, знали всякое интересное – и о характере, и о его похождениях. Только они ему посторонние, наблюдали издалека, знали о событиях из третьих рук.

Кайден медлил, но я чувствовала напряжение, сковавшее его тело, и участившийся стук сердца. Только что было тому причиной?

Продолжая теребить пуговицу его дублета, я старалась не думать о том, что после наших поцелуев напряжение Кайдена может диктоваться ревностью.

Мне было бы проще, если бы Кайден целовал меня просто потому, что я девушка, оказавшаяся волнительно близко. Проще будет, если у него нет чувств, которые будили бы в нём ревность, потому что в этом случае и мне проще держатся, проще не обнять его сейчас, не коснуться губами трепещущей жилки на шее, не запустить пальцы в его густые тёмные волосы.

– В бою я могу доверить Чигару спину, – глухо обозначил Кайден. – Но я не знаю, каков Чигару в долгих отношениях с женщинами, потому что он всегда отличался непостоянством.

Прошло ещё несколько мгновений, и Кайден выдавил:

– Но это не значит, что он не может остепениться.

– Он пиратствовал.

– Было дело.

– Это как-то сказалось на его характере?

– Ну-у, – протянул Кайден и хмыкнул. – Обозы с добычей у наших отрядов были очень большими. – Он будто уловил моё неудовольствие и добавил. – Не только потому, что мы собирали всякие ценности у местных, но и благодаря организованной Чигару выпивке, азартным играм и прочим развлечениям для солдат чужих отрядов и наёмников. В общем, он мало походит на наших принцев. Походил, – грустно исправился Кайден.

– А ещё есть у него какие-нибудь особенности характера?

– Он довольно упрям и местами слишком категоричен, – вздохнул Кайден, запуская пальцы в мои волосы, почти касаясь губами лба. Напряжение ещё сковывало его, но Кайден снова вздохнул и как-то обречённо признался. – Он хороший друг, но я не могу знать, будет ли он хорошим мужем. Поэтому я не могу что-то советовать… но… если он… если он тебе нравится…

Голос Кайдена не дрогнул, но дрогнула его рука в моих волосах. И он замолчал, поглаживая меня по голове.

– Я никому не хочу тебя от… – зашептал он.

Резкий стук прервал его, и Кайден выпрямился.

Дверь приоткрылась, пропуская свет и невысокую девушку.

– Госпожа Эйна… – она двигалась к спальне, не замечая меня и Кайдена, скрытых тьмой в углу гостиной. – Госпожа Эйна.

Опомнившись, девушка метнулась к дверям и закрыла их, возвращая комнату в темноту. Хлопнул крыльями пернатый Герцог.

– Ой! – взвизгнула девчонка и ломанулась в спальню.

Оттуда донёсся рык Черныша. Девушка снова взвизгнула, и я не выдержала, подскочила с тахты:

– Тихо!

Меня послушались все.

– Сейчас я тряхну лампу, – предупредила я, ощупью направляясь к стене, где был подвешен светильник.

Выдать Кайдена я не боялась: ему вполне хватит времени прикрыться иллюзией. Так и случилось: когда алхимические жидкости перемешались, наполняя помещение светом, видимыми оставались только я, Черныш и молоденькая служанка.

– Госпожа Эйна, – она всхлипнула, явно борясь с желанием обхватить себя руками. – Пожалуйста, помогите.

– Опять принцесса буянила?

Девушка кивнула.

А я поняла, что снова не смогу отказать в помощи.

***

До места, где сложили исхлёстанных кнутом слуг, я дошла в компании замаскировавшегося под Чигару Кайдена. Позвавшую меня служанку мы отпустили сразу, из моей комнаты он вышел под личиной предыдущей служанки, а на пару этажей ниже ещё раз сменил облик.

– А что, если в это же время кто-нибудь увидит Чигару в другом месте? – нервно поглаживая сумку с ингредиентами, поинтересовалась я.

– Решат, что кто-нибудь что-нибудь перепутал: либо день, либо время, – пожал плечами Кайден.

Удивительно, но облик Чигару на нём выглядел привлекательнее оригинала. Или дело было в том, что я знала, что под личиной скрывается Кайден?

Отбросив эти мысли, я сосредоточилась на продумывании стратегии лечения. В этом не было острой необходимости: в моей памяти хватало рабочих схем, а предыдущий опыт позволял выбрать из них наиболее вероятные. Просто я старалась не думать о Кайдене, не вспоминать, как мы говорили о таких интересных вещах, и он держал меня за руку. И потом как мы сидели вместе, и я прижималась к его груди…

Дошли быстро. Стоило открыть дверь, как меня накрыло колючим всплеском магии: одна из девушек почти достигла другого берега. Я сразу нашла её взглядом среди десятка других изнывающих от кровавых ран слуг. Не потому, что над ней рыдали две женщины в возрасте, – похоже, мама и бабушка, – но по тому, как много красного было на ней.

Она вся была красная от крови: и спина, и руки, и ноги, и лицо, и голова вся. Дыхание почти не ощущалось, сердце едва билось.

Разумнее было отпустить её на другой берег и заняться остальными, с ними тоже хватало дел, но я не могла. Просто не могла бросить её без попытки спасти, не смогла бы потом посмотреть в глаза рыдающим над ней женщинам.

Моя магия стала мостом, соединившим душу служанки с берегом живых.

***

Кайден совершенно не хотел оставлять Эйну со слугами. Конечно, они прятали пострадавших от Венанции, да и он не представлял, чтобы она добровольно спустилась в эти подземелья, но всё равно оставлять Эйну здесь, пусть слуги и уверяли, что позаботятся о доброй госпоже даже ценой собственных спин, ему не хотелось.

Но этим утром надо было встретить боевого пса: лишь в сопровождении самого герцога дух королевского рода позволит ввести магическое животное в район столицы.

Так что Кайден бросил последний взгляд на бледную, с глубокими тенями под глазами Эйну, склонившуюся над очередной истерзанной спиной, оглядел спящих после исцеления и ещё ожидающих помощи слуг, после чего вышел, обещая себе, что он, если станет королём, то отнимет у Венанции все её кнуты. И её саму выпорет, если потребуется для более доходчивого объяснения.

В пустынном коридоре Кайден вновь сменил личину, чтобы покинуть королевский замок под видом одного из своих людей, благо слуги уже принялись за работу, и он может затеряться среди них. Тут и там раздавались голоса, стук посуды, шаги и даже топот. Сегодня начиналась аристократическая часть турнира. Пока ещё для младших сыновей и безземельных, но среди них были люди с интересными способностями, ученики знаменитых фехтовальщиков, да и просто знакомые Кайдена.

Принимая у мальчишки поводья коня, запрыгивая в седло, выезжая через зев ворот, Кайден снова задумался о выходке Венанции. Он понимал (в отличие от Чигару), что за посвящение побед Эйне на собственном турнире Венанция отыграется на самых слабых, но одну девушку она практически забила до смерти, и это… это уже слишком. А Кайден даже не мог с ней об этом поговорить: так всплывёт лечение или другим слугам влетит за сплетни.

Венанцию нужно было образумить, но это мог сделать только её муж. А Кайдену совсем не хотелось на ней жениться. Наоборот, с каждым днём мысль об этом ужасала его всё больше. Зато мечты об Эйне…

Он скакал по улице и старался прогнать образ Эйны, недостижимые фантазии о том, какой женой она могла бы стать ему. Старался, но никак не получалось.

***

Мне пришлось взбодриться магией, чтобы явиться на всеобщий завтрак. На кухне меня покормили и напоили вполне приличными отварами, так что есть не хотелось, но мне следовало показаться там, чтобы у принцессы не возникло вопросов, с его это её «любимая» целительница отсутствует, не потратила ли она ночь на лечение тех, кого лечить не должна?

К тому же утром за мной явился весь такой любезный Чигару, и, боюсь, если бы я отказалась идти в пиршественный зал, он бы уговаривал меня на свидание.

Мы тут же привлекли всеобщее внимание. С разных столов Чигару довольно развязно спрашивали, не намерен ли он снова всех побить, но он усмехнулся:

– Я больше не собираюсь мешать нашей прекрасной принцессе Венанции проверять кандидатов в женихи.

Чигару почти небрежно поклонился королевскому столу, за которым сегодня оказалось слишком много пустых мест. Венанция улыбалась и щурилась довольно. А у меня сжались кулаки: как можно быть такой счастливой после того, как чуть не убила человека? И кого? Беззащитную девушку! У меня аж зубы заскрипели, но, к счастью, Чигару потянул меня к столу, иначе мой яростный вид привлёк бы лишнее внимание.

Впрочем, судя по некоторым взглядам, уже привлёк.

Чигару помогал мне сесть, когда в зал вошёл Кайден. Он успел переодеться в бархат с серебряными вышивками, на ходу покивал знакомым, пронзительно посмотрел на принцессу. Мне показалось, он сейчас выскажет ей за слуг, но он плотнее сжал губы и прошёл на своё место рядом с ней. Зато Венанция расцвела, все её жесты стали кокетливо-плавными, улыбка игривой, она наклонилась – Кайден дрогнул, словно хотел отстраниться – и что-то зашептала ему на ухо.

Двери распахнулись. Широкоплечий пожилой мужчина ворвался в зал и уставился на возвышение с королевским столом. Желваки его ходили, губы подрагивали, а рука на рукояти меча побелела от напряжения.

Это был Агенор Апрум. За ним в зал входили мужчины с вепрями на вышитых на плащах гербах. Похоже, слуги рода. Поднялся со своего места придворный целитель Апрумов. За королевским столом дёрнулся Схеней Апрум.

– Кайден Канис! – рыкнул Агенор Апрум. – Это ты его убил!

Зал взорвался шепотками:

– Кого?

– Что случилось?

– Ты убил Оксинта! – Агенор Апрум выхватил меч и указал им на Кайдена. – Ты убил моего наследника, и ты за это заплатишь!

Оксинта Апрума и правда за королевским столом сегодня не было.