Эпилог, часть вторая, пиратская

Чигару не понимал, насколько соскучился по морю, пока не услышал крик чаек и не увидел с холма его раскинувшееся до горизонта изумрудно-синее сверкающее полотно.

С того момента, как Чигару придержал коня на том холме, вдыхая родной запах и наслаждаясь рокотом волн и шумом портового города, прошло полтора месяца. Чигару всё ещё не мог надышаться терпким солёно-водорослевым ароматом, наслушаться рёва волн, не надоела ему и качающаяся под ногами палуба.

Денег у Чигару хватило бы нанять флотилию, но он с огромным удовольствием пошёл на пиратский корабль матросом. Странный выбор? Отнюдь! Капитан – это ответственность, необходимость постоянно всё держать под контролем, учитывать, просчитывать, принимать решения, а матрос – это просто: помыл палубу, отстоял на дежурстве и блаженствуй на корме или качайся в гамаке трюма. Вломил по паре челюстей, показывая силу, проставился выпивкой, поиграл в кости – вот и вся высокая политика. Просто и эффективно – то, чего Чигару сильно не хватало при общении с большинством обитателей и гостей столицы.

Монотонная праздность морского похода позволяла Чигару не думать ни об отказе на его первое предложение руки и сердца, ни о навязчивых требованиях из Моресы, ни о глупом поведении Кайдена, которого хотел бы защитить от глупостей, но не мог решать за него.

Так что пиратский корабль, море от горизонта до горизонта, солонина, гамак, брызги на лице. И как самое пикантное, но не частое развлечение – абордаж.

Правда, за последний месяц их Быстрокрылому на добычу не везло: сначала пришлось удирать от военных кораблей Унии, потом, когда почти догнали торговый корабль, показались два торговца с охранением, и Быстрокрылому пришлось отступить. Третий раз они только заметили парус на горизонте, как начался ливень, и потенциальная жертва улизнула.

Не удивительно, что пираты заскучали, занервничали, а когда заметили корабль под тёмно-красным флагом с белым следом звериной лапы, не смогли удержаться от восторга.

– Оборотни! Оборотни! – прокатился по Быстрокрылому довольный рёв.

Оборотни сами крайне редко заходили в эти воды. А уж если появлялись, то с самым ценным грузом, ведь никто не проделал бы такой путь ради дешёвки.

Пока большая часть пиратов заходилась в ликующих криках и предвкушала богатую добычу, капитан со старшими офицерами командовали смену курса и обсуждали стратегию.

Тёмно-красный флаг с белой лапой означал не только богатую добычу, но и наличие оборотней на борту, а далеко не всякий умел сражаться с животными. Впрочем, в команде торговцев могло быть много людей, ведь оборотни не любили покидать свои земли.

Чигару ощущал, как возбуждение пиратов пробуждает в его крови жажду драки. Но корабль оборотней был ещё далеко, и Чигару оставалось только размышлять. Судя по курсу, корабль следовал от Унии прямиком в страну оборотней. Это значило, что, увы, причудливых товаров оттуда не будет, только людские.

«Жаль», – подумал Чигару.

В сокровищнице Моресы хватало вещиц из кости, серебра, золота и магических камушков, сделанных у оборотней. В Унии из-за затяжной войны выставлять подобные вещи напоказ считалось верхом неприличия, поэтому Чигару таких памятных драгоценностей почти не встречал. Но если увидит у кого-нибудь из пассажиров судна – умыкнёт или вытребует как долю добычи.

***

Морское сражение лишь в момент абордажа становилось скоротечным. Лёгкий Быстрокрылый догнал добычу через пять часов и то почти чудом: осадка корабля оборотней была небольшой, что говорило о лёгкости груза.

Эмоции команды снова бурлили, Чигару же спокойно правил заточку на своих абордажных саблях. Разум его был чист и безмятежен, как всегда перед боем.

На обоих кораблях оказалось по щитовику, на первой сходке они магией отбили удары баллист и арбалетов, выдержали и второе сближение с обстрелом: борта прошли впритирку, но судно оборотней вновь ушло от столкновения с зацепами, не позволяя начать абордаж. Летели брызги, команды кричали, взбудораженные предстоящей битвой. Чигару сжимал сабли, магия текла по лезвиям, наполняя их красным сиянием, а он вглядывался в лица на соседнем корабле, изучая будущих противников.

На третьем сближении Быстрокрылому удалось зацепить борт жертвы крюками. Корабль мотнуло, затрещала древесина, затрещали магические щиты – и схлопнулись. Борта столкнулись, порождая дрожь в огромных корпусах, мостки перекинулись в обе стороны, но Чигару в числе самых нетерпеливых разбежался и перепрыгнул через бурлящую воду. Он перекатился по вражеской палубе, тут же скрестил клинки с полосатым оборотнем – и понеслось.

Крики, напряжение в мышцах, вспышки боли, кипение боевой магии, превращавшей тело в орудие убийства. Команды перемешались, метались по двум кораблям, и в этом ослеплении схватки трудно было понять, где свои, где чужие. Пахло кровью и морем. Все кричали. Звенел металл. Рычали оборотни, но их в команде было меньшинство.

Чигару наслаждался безумием, ослеплением схватки, жаром текущей по рукам и лицу крови. Он скалился не хуже оборотней, бросался на врагов снова и снова – смертоносный вихрь безудержной боевой магии. Он кромсал, отскакивал, бросался вперёд, подныривал под клинки и когти, сбивал соперников плечом, ставил подножки, бил в уязвимые места и даже кусался. Чигару сам был как зверь – яростный и беспощадный.

Он даже не заметил, как закончились враги. Стоял, сжимая полыхающие алым клинки и рыча. Огляделся вокруг, выискивая противников. Оставшиеся на ногах пираты попятились от него, и даже свои раненые пытались отползти.

Обе палубы были завалены трупами и стонущими живыми, между которыми метались два целителя с кистями и склянками алхимии.

– Пф! – хмыкнул Чигару и убрал сабли за пояс. Кровь капала с его растрепавшихся волос, он провёл руками по влажному лицу и отбросил мокрые пряди назад.

– Ну, моресец, ну ты даёшь! – как-то неопределённо протянул боцман и вытащил из-за пазухи трубку.

– Я уж подумал, ты тоже оборотень, – признался раненый неподалёку от Чигару, в котором тот узнал проигравшегося ему в кости пирата. Грудь у того пересекали порезы от когтей. – Спасибо, что снёс башку тому кошаку, я уж думал, он меня на ленточки порвёт.

– С тебя пиво, – отозвался Чигару.

Безумие уступало место нежелательным мыслям: Кайден бы точно укорил за отсутствие угрызений совести, за удовлетворение сражением, в котором был, по сути, неправ. Но в Моресе даже принцам не чужда пиратская логика, куда уж им сравниться с благородными герцогами Унии?

Тряхнув головой, Чигару отправился искать ведро на верёвке, чтобы зачерпнуть морской воды и смыть кровь, пока она не засохла. Он как раз оглядывался, когда помощник боцмана вытащил из трюма невысокого мужчину с кошачьими глазами. Тёмный шёлк его одеяния с широкими рукавами, золотая вышивка по подолу, золотая бирка на шее – всё это говорило о высоком статусе в мире оборотней.

Но этого статусного оборотня швырнули на грязную палубу. Он оказался на коленях. Огляделся. По одежде определив в боцмане старшего в толпе, развернулся к нему и склонился в таком глубоком поклоне, что коснулся лбом красных луж:

– Премудрый господин, позвольте смиренному заключить с вами сделку. Если вы доставите основной груз невредимым в страну оборотней, мой хозяин заплатит тройную цену. Нигде вы не сможете так выгодно продать этот груз, как у нас. Остальное золото и драгоценные камни конечно же остаются вам.

Боцман почесал затылок. Все понимали: предложение соблазнительное, если бы не дальний путь и то, что пиратов могли вздёрнуть, не заплатив ни медяка.

– Да мы лучше здесь, у себя продадим, – боцман закончил набивать трубку и пальцем поджёг табак. – Голова целее будет.

– Этот груз имеет такую ценность только для моего хозяина, – оборотень смиренно не поднимал головы. – Мой хозяин даст вам благородные звания и неприкосновенность перед законом. У меня есть право поставить печать на ваши документы. Никто не посмеет тронуть вас.

Его подняли на смех: пираты не отличались доверчивостью. Боцман выпустил через ноздри струйки дыма и снова затянулся.

– Если такие сильные господа опасаются обмана, – продолжил оборотень. – Мы можем не входить в гавань, а остановиться на одном из островов. Или просто в море. С птицей передать послание моему хозяину и организовать обмен груза так, что вы будете в безопасности. Вы можете даже оставить груз на одном из безымянных островов и продать моему хозяину указания по его поиску. Мы готовы на любые условия. Готовы оплатить золотом, драгоценными камнями высшей чистоты, невиданными на людском континенте товарами, благородными званиями для господ пиратов. Всё что угодно, только позвольте доставить груз моему хозяину.

– Что за груз такой? – прокатился по палубе рокот.

Даже раненые больше косились на трюм, чем в сторону занятых делом целителей.

– Этот груз опасен и не так интересен людям, – отозвался оборотень. – Он нужен только моему хозяину.

Боцман цыкнул и направился к трюму. Чигару – за ним. Следом потянулись ещё четверо пиратов, но даже находившиеся ближе к спуску опасливо уступили Чигару дорогу: порой люди были чувствительны к силе не хуже животных.

В трюме пахло специями и дымом. Скользкая от крови лестница не скрипнула под тяжестью спускавшихся. Узкий проход между тюками перегораживал труп матроса-оборотня, через которого все безразлично перешагивали. А в углу пират ковырял замок единственной в трюме двери. Над ней покачивался сияющий алхимический фонарь.

– Посторонись! – боцман пинком врезал по замку.

Дерево скрипнуло, вспыхнуло искрами. Но не поддалось. Тут был не только замок: магическая защита.

– Я могу сломать, – Чигару вытащил саблю.

Боцман протиснулся мимо него, остальные отступили. Чигару вдохнул, а на выдохе напитал лезвие алой магией и рубанул. Хрустнул и лязгнул замок, пропуская через себя усиленный металл.

Чигару пнул дверь. В темноте за ней что-то поблёскивало, но свет не проникал внутрь. Тогда Чигару снял фонарь с крепления над дверью и опустил ниже. Свет хлынул в запертую часть трюма, заискрился на шёлке. В первый момент Чигару показалось, что там полно змей.

Широкий длинный подол с вышитыми змеями расстилался по грязному полу, а выше перетекал в стянутую широким поясом талию. Далее шёлк плотно охватывал миниатюрные груди и переходил на широкие рукава с такой же змеиной вышивкой. Глаза змей сверкали драгоценными камнями и, казалось, твари готовы зашипеть и броситься на незваных гостей.

В трюме на коленях сидела роскошно одетая девушка. Её руки висели в серебряных кандалах с рунными узорами. В волосах на склонённой голове сверкали искусные резные заколки.

Из-за яркости узора и драгоценностей Чигару не сразу заметил, что руки и грудь девушки, её лицо, ноги – всё утыкано тончайшими иглами. Что-то такое он слышал в сказках об оборотнях: техники лечения, парализации и ослабления иглами.

И вот теперь увидел вживую.

Из-за плеча Чигару выглянул боцман и проворчал:

– Ну, её, в принципе, и в бордель можно продать, если не слишком страшная: рисков меньше.

Он выпустил струю дыма, Чигару недовольно поморщился от противного запаха.

Пленница подняла голову, зрачки её жёлтых глаз полыхнули зелёным. На остром носу раздулись ноздри. На очень знакомом носу и очень знакомые глаза, хотя раньше они были не такими зверино-жёлтыми с вертикальными зрачками, а вполне человеческими. Пленница (или пленник – Чигару не понимал: платье было женским, но грудь оставалась плосковатой) осклабилась, демонстрируя белоснежные зубы.

– Так клык тебе всё же вырастили, Дэйти, – произнёс Чигару. – Или как тебя там?

– Да вот, понимаешь ли, эти целители такие навязчивые, – сипло ответил давно знакомый ему менестрель. – Хлебом не корми, дай зуб назад вырастить. Прямо нигде от них не скроешься.

– Вы знакомы? – уточнил боцман и незаметно (как он полагал) сжал рукоять абордажной сабли.

– Немного, – Дэйти продолжала странно улыбаться. – Может, по старому знакомству вытащишь иголки? А то мне даже не почесаться, надоело, честное слово.

– Не выпускайте её! – донёсся с палубы крик оборотня. – Мой хозяин заплатит любые деньги! Только верните её!

Дэйти смотрела на Чигару, её жёлтые звериные глаза вспыхивали в отсветах алхимического фонаря.

– Думаю, это стоит обсудить с капитаном, – боцман положил руку на плечо Чигару.

– Хотя бы одну иголочку, – попросила Дэйти. – Разве я много прошу? Ты-то должен понимать, каково это, когда родичи надоедают.

Чигару понимал, но также он знал: оборотни смертельно опасны, а позади него находились совсем не верные друзья, на которых можно положиться.

Он отступил и закрыл дверь. Развернулся:

– Да, пожалуй, это надо обсудить с капитаном.

Боцман выдохнул дым и качнул головой, предлагая Чигару уходить первым.

***

Звёзды покрывали тёмное небо сияющей россыпью, словно великан случайно бросил на чёрной бархат драгоценности. Волны мерно плескались о борт двух сцепленных кораблей. Чигару сидел на юте захваченного корабля, откинув голову и наслаждаясь тишиной засыпающего моря.

Живой груз стал проблемой: оборотень предлагал слишком высокую цену. Даже на самом дорогом аукционе за девушку-оборотня столько не дадут, да и на подобный аукцион их капитану её не выставить: связей не хватит. Так что соблазн согласиться на предложение оборотня был велик.

Но при согласии на сделку велик был и шанс потерять оба корабля вместе с жизнями.

Опасаясь бунта, капитан вынес решение на голосование команды, дал ночь на раздумье, а утром им предстояло определиться.

Чигару прикрыл глаза. Он знал: к нему приставили соглядатая, чтобы не помог пленнице сбежать, но, на его взгляд, стоило лучше присматривать за самой пленницей.

В трюме раздался звук удара. Такой тихий, что почти слился с плеском волн, но Чигару его ждал и потому расслышал. Прошло около минуты – снова что-то стукнуло.

«Идиоты», – подумал Чигару.

Вскрик оборотня в трюме прозвучал чуть отчётливее, но и на него соглядатай внимания не обратил – слишком сосредоточился на слежке за Чигару.

Придушенный хрип соглядатая был почти неуловим среди шёпота моря. Как и плеск его падающего за борт тела.

Неясная тень скользнула по юту и замерла возле ног Чигару.

– Рад, что ты решил мне помочь, – Дэйти шептала достаточно громко, чтобы он её слышал.

Чигару смотрел на тень с подрагивающим хвостом:

– Я не говорил, что собираюсь тебе помочь.

– Ты уединился здесь вместо того, чтобы сидеть на виду у команды, значит, после моего побега тебя обвинят в соучастии, и ты не сможешь остаться. Это приводит нас к тому, что ты намерен помочь. Хотя было бы неплохо, если бы ты вырубил тех двух придурков, что решили со мной позабавиться. А если бы они не выдернули пару иголок для удобства?

– А вдруг я сижу тут потому, что хочу тебя поймать? – Чигару повернулся к лисице-оборотню.

Он успел заметить чёрный хвост с белым кончиком, прежде чем тот исчез, словно растворившись в звёздном свете. Дэйти уже переоделась в одежду соглядатая, и её фигура теперь с одинаковой вероятностью могла принадлежать как худому мужчине, так и худой девушке.

– И зачем? – поинтересовалась Дэйти.

– Ради награды.

– Пыф! – она закатила глаза и уселась напротив, скрестила ноги. – У меня есть предложение получше, чем тащиться к оборотням и терять там голову.

– Да неужели?

– Тут такое дело, – она почесала за ухом. – Тебе ведь жениться надо на ком-нибудь простом, да?

Чигару засмеялся.

– Да ладно, – ухмыльнулась Дэйти. – Просто мне бы замуж, чтобы вот так больше не тягали. Может, поможем друг другу? Обещаю не приставать и не мешать развлекаться с другими женщинами.

– А что требуется от меня?

– Ну… просто не сдохнуть, – Дэйти улыбнулась шире. – Мне же главное, чтобы печать брачная была.

– Тут полный корабль мужчин, выбирай любого.

– Ты же слышал про «не сдохнуть». А у них мало шансов при таком образе жизни и силах. К тому же тебя я знаю, и знаю, что с тобой проблем не будет.

– Каких же проблем со мной не будет? – искренне заинтересовался Чигару.

– О, ну не надо делать такое оскорблённое лицо, я же в лучшем смысле: ты продолжишь свой разгульный образ жизни и не будешь мне мешать.

Тихо плескалось море.

– Вот я не пойму, – вышло злее, чем Чигару хотел, – почему все считают меня каким-то непостоянным и думают, что я плюну на свою жену?

Волны продолжали плескаться. Свет звёзд отражался в зрачках Дэйти всполохами зелёного.

– Э-э… – протянула она. – Может, потому что ты так себя ведёшь? Сбежал из дома, плюнув на борьбу за трон, пиратствовал, прибился к чужой семье, постоянно меняешь девушек. Теперь снова в пираты подался. Очевидно же, что брак для тебя будет просто формальностью…

Вспышка злости отпустила Чигару так же внезапно, как началась. Он привалился спиной к борту и сложил руки на груди:

– Так я выгляжу со стороны? Недостаточно серьёзным? Недостаточно ответственным?

– Именно это я и сказала, – покивала Дэйти.

Чигару постучался затылком о борт. Дэйти подумала и уточнила:

– Что, подкатил к целительнице, а она тебя отшила?

Брошенный на неё злой взгляд Дэйти только насмешил, она помахала рукой:

– Извини, но на фоне Кайдена ты и впрямь выглядишь не слишком постоянным, а твой побег к пиратам после отказа девушки это подтверждает. И не испепеляй меня взглядом. Если тебя это утешит, то как фиктивный муж ты идеален.

– Ты намеренно меня оскорбляешь?

– О, эта королевская привычка слышать только похвалу, – Дэйти закатила глаза. – Ну, извини, что не пощадила твоё самолюбие. Хочешь, скажу, что сплю и вижу, как за тебя скорее замуж выйти?

– Вот не зря вас, оборотней, не любят!

– Ах, ты просто разбиваешь мне сердце, – Дэйти прижала ладонь к груди, но заметив, что шутка Чигару не смягчила, снова стала серьёзной. – Я готова заплатить.

– Вот ещё только платы за брак мне не предлагали.

– Ой ли!

– Ну, предлагали, но то были земли и богатства, а что можешь предложить ты?

– Несметные сокровища.

Засмеявшись, Чигару покачал головой:

– Если владеешь несметными сокровищами, зачем с таким упорством зарабатывала деньги, даже шпионила ради них? Как хозяйка несметных сокровищ могла жить на подачки странствующему менестрелю?

Он осёкся под её слишком серьёзным взглядом.

– Мне нужны были деньги, потому что сокровища не при мне, – ответила Дэйти. – Это же очевидно. И я помогала другим беглым оборотням скрываться в Унии. Это стоило немалых денег. Но я знаю, как достать сокровища, поэтому меня ищут по всем континентам и так отчаянно хотят захомутать: я обязана буду показать путь к сокровищам мужу.

– О, – Чигару хмыкнул и покачал головой. – Денег мне хватает, их больше, чем я могу потратить за всю жизнь.

Дэйти подалась вперёд, Чигару ощутил исходящий от неё запах крови, мокрой шерсти и пряностей. Неожиданно будоражащий. В её звериных зрачках снова вспыхнули зелёными искрами и погасли отражения звёзд.

– Там не только деньги, – зашептала она, скользя горячим дыханием по его щеке, щекоча ухо, – магическое оружие, алхимия, усиливающие мага камни. Ценности, которые человек и вообразить не может. Сокровища оборотней, которые даже для нас – легенда.

Жар прокатился по телу Чигару, но он умел с ним справляться:

– Сокровища – это скучно.

– Ох, ну, Чигару: борьба за престол для тебя муторно, богатство – скучно. Чего же ты хочешь?

Ответа на этот вопрос не знал и сам Чигару, хотя часто задавался им в походах и в тишине своих апартаментов, на пирах и на похоронах.

Большую часть времени Чигару не хотел ничего, поэтому так ценил всё пробуждающее в нём хоть какие-нибудь порывы, будь то дружба или увлечение женщиной.

– Хорошо, давай поженимся, – решил он от скуки.

– Отлично! – Дэйти куснула его за шею.

И отскочила прежде, чем он влепил ей оплеуху. Чигару зажал кровоточащую рану от её зубов.

– Это чтобы ты не сбежал, женишок, – улыбнулась Дэйти алыми от крови губами и утёрла их. Протянула руку к губам Чигару. – А теперь ты кусни меня. До крови.

– Я не животное, – скривился Чигару.

– Ну, кусни, тебе жалко, что ли? Это ритуал оборотней, без укуса не зачтётся.

Вздохнув, Чигару прихватил зубами нежную кожу на запястье и резко сжал челюсти. Дэйти не дрогнула, а он ощутил солоноватый привкус её крови.

Дэйти расплылась в хищной улыбке:

– Дорогой муж, поздравляю! Ладно, теперь я прикинусь пиратом. Если захочешь брак и по вашим традициям, дай знать, схожу с тобой в храм. И… выбей мне зуб, а?

– Зачем?

После непродолжительного раздумья Дэйти призналась:

– Ни один оборотень не станет ходить с выбитым клыком.

– Тебе что, правда какой-то целитель принудительно зуб отрастил, поэтому и поймали?

– Нет, мне уже потом отрастили, чтобы не позорила будущего мужа. Меня просто сдали.

– Не буду я тебе зуб выбивать!

Она поднялась и, махнув рукой, бесшумно соскользнула с юта, на ходу превращаясь в матроса-соглядатая, тело которого скинула в воду. Чигару показалось, что он увидел, как мелькнул в полумраке под мачтой белый кончик лисьего хвоста.

***

На следующее утро случился ожидаемый переполох: исчезла пленница, торгашу-оборотню перерезали горло, двое матросов лежали с сотрясением мозга и сломанными носами. Чигару, на шее которого появилось странное узорное покраснение, остался вне подозрений только потому, что приставленный к нему пират, резко потерявший зуб, уверял, что Чигару дрых на юте и никуда не уходил.

И никто, кроме Чигару, не знал, что этот пират и есть таинственно пропавшая лисица. Он исподволь следил за той, кого много лет считал человеком: она вела себя, как пират, шутила со всеми и ловко исчезала из виду на несколько часов. Как полагал Чигару, ей требовалось время отдохнуть от чужого облика.

Но он мог и ошибаться: кто знает этих оборотней?

В целом ему было любопытно это существо. Интересно. Интересной была и проступающая на месте укуса татуировка.

А через две недели оба корабля вошли в порт. Капитан изнемогал от желания скорее выставить трофейное судно на продажу, команда жаждала денег, чтобы погулять по борделям и кабакам.

Ну а Чигару снова не знал, чем заняться. Дэйти под видом пирата сграбастала его за плечи и хрипло спросила в ухо:

– В храм хочешь?

Чигару расхохотался от того, как двусмысленно и смешно смотрелось это предложение от небритого пирата.

– В храм, – согласился он. – Только сначала переоденься.

Грубо засмеявшись, Дэйти хлопнула его по спине, и они сошли с корабля. Протиснулись через шумную потную толпу, избежали столкновений с грузчиками, обогнули скучающих стражников и выкатились на пропахшие рыбой, специями и перегаром улицы.

Этот городок не отличался от прочих подобных, но почему-то Чигару было весело шагать по нему вместе с поддельным пиратом, задорно. «Пират» нырнул в магазин одежды, а оттуда вышла уже девушка. Чигару не сразу узнал в красотке с длинными густыми волосами Дэйти, хотя она сохранила привычные черты лица и человеческие глаза. Чигару обошёл её по кругу, особенно пристально осматривая сзади подол.

– А куда прячешь хвост?

– Секрет, – хмыкнула Дэйти.

– Ты провоцируешь меня на консумацию брака? – Чигару предложил ей руку, и Дэйти совершенно девичьим жестом за него взялась.

Так они дошли до храма всех богов. Не столь роскошного, как в столице Унии, с масками богов вместо их статуй, со старым ворчливым жрецом и хмурой жрицей.

Попивая собранный для него жрицей сладко-жгучий отвар в отдельной комнате, где предстояло окончательно увериться в желании заключить брак, Чигару ни о чём особо не думал и не был уверен, что пожалел бы, сбеги Дэйти, как недавно сбежала Эйна.

Когда Чигару выходил в зал, его рот ещё полыхал от добавленного жрицей в пророческий отвар перца: это предрекало ему остренькую супружескую жизнь.

Покрасневшая Дэйти лихорадочно дышала через рот – ей тоже отвар изрядно поперчили. Поняв это, Чигару расплылся в широченной улыбке.

Когда они соединили руки над алтарём с чашей, Чигару увидел на запястье Дэйти на месте укуса копию своей татуировки. Поверх неё наложили брачную ленту, а через несколько мгновений та, присыпанная алхимическим порошком, растворилась в коже, оставляя на целый месяц напоминание о том, что судьбы супругов отныне связаны. Дальше они должны постоянно помнить об этом сами.

Чигару и Дэйти вышли на крыльцо храма. Она смачно, с хрустом потянулась. Чигару огляделся:

– Как-то сразу после связи судьбы странно расходиться. Может, отметим?

– А мне можно гулять на свадьбе в виде менестреля?

– Нас не поймут.

– Да, пожалуй, – Дэйти провела руками по волосам, и те стали укорачиваться. – Я видела тут неподалёку кабак. Посидим там?

– Давай, – согласился Чигару. – А ещё я хочу увидеть твой хвост. Как он там?

– Прекрасно мой хвост там! Нечего не него смотреть! Это вообще интимно!

– Так я же муж!

Пререкаясь, они дошли до кабака и заказали выпивку. Отмечание получилось бурным, захватило и этот кабак, и те шесть, которые Чигару с Дэйти посетили за ночь, кочуя из одного в другой.

Не удивительно, что утром молодожёны проснулись в одной постели, и Чигару совсем не помнил, что там с хвостом. Пришлось изучать хвост ещё раз. Чем они и занимались всю неделю, почти не покидая снятой комнаты. Но и через неделю Чигару и Дэйти показалось странным расходиться, ведь на их руках ещё переливался цветными пятнами след ленты, связавшей их судьбы.

Так началось совместное путешествие принца-пирата Чигару и лисицы-менестреля Дэйти, которое не закончилось и после исчезновения следа брачной ленты.

Они объездили весь известный мир и расширили его границы, открыв несколько островов и новый континент, побывали у оборотней, жили среди людей, порой пиратствовали, порой охраняли торговые корабли, бывали и наёмниками, защищавшими обозы, и грабителями, их расхищавшими, путешествовали с кочевниками, жили при королевских дворах, рассказывая о своих удивительных приключениях.

Об их странствиях сочиняли баллады (говорят, что часто их придумывала сама Дэйти) и сказки, передавали истории их долгой жизни из уст в уста и записывали.

И потом ещё много столетий спустя учёные и авантюристы всех мастей продолжали искать легендарные сокровища, которыми лисица-менестрель купила руку и сердце моресского принца Чигару.

Конец