Магистр Бажена

Я не была готова к тому, что увижу.

Что представляет обычный человек из моего мира, когда ему говорят о погибшей деревне?

Покосившиеся дома, дырявые изгороди, одичавшие яблони и трава по колено.

Перед нами было абсолютно черное поселение, словно созданное при помощи компьютерной графики каким-то безумным художником-авангардистом. Из домов и земли тянулись черные руки, выглядывали черные лица, искаженные в ужасе. Все вокруг было одного цвета – цвета угля, словно только что догоревшее пожарище.

Бррр… Какой-то новый вид Сайлент Хилла…

От резкого контраста между неожиданно веселым и беззаботным общением, на которое мы незаметно для себя самих перешли в транспорте, и тем, что увидела, я первое время шла молча, не в силах даже нормально дышать.

Наконец, когда ко мне вернулся дар речи, спросила:

– А что мы тут ищем? Это какое-то… Как будто… Не знаю…

У меня не было слов для описания.

Честер казался хмурым, но решительным.

– Не знаю. Спецы со столицы тут все облазили. Я тоже. Кажется, что просто магически созданное кладбище. Но Моррис уверен, что должно быть что-то еще. Что-то гораздо более страшное и древнее, чем простая магия.

Мы двинулись дальше. Под ногами хрустел черный наст, деревья, из которых торчали все те же руки, лица время от времени посыпали нас мертвой листвой.

Вокруг сгущалась неестественная, напрягающая, жуткая тишина. Словно все умерло вокруг одномоментно. Я оглядывалась на Честера и он, будто повинуясь какому-то порыву, брал меня за руку. Я осторожно освобождала ладонь. Спутник замечал, хмурился, и мы двигались дальше.

Я постаралась сосредоточиться и подмечать все, что не вписывалось в фон. Вроде все было однотипным, одинаковым и выглядело как чья-то гадкая шутка. Надо посмотреть поближе.

Подойдя к одному из домов, я поковыряла черную поверхность сухой палочкой.

– Что это? На простую сажу не похоже…

Вещество, покрывающее деревню, напоминало мелкую стеклянную крошку.

– Мы называет это моритом. От слова мор, – пояснил Честер, – встречается оно только вот в таких мертвых деревнях.

– Состав?

– В основном песок, пепел … Застывшая кровь.

– Ее проверяли?

Если есть кровь – значит, должен быть анализ, хотя бы общий.

– Да. Ничего особенного. Просто мертвая, застывшая кровь.

Я почему-то сомневалась. Как говорится, нет здоровых пациентов, есть недообследованные. Тоже самое и с этой деревней – недообследовали, не собрали полный анамнез, поэтому и диагноз не получалось поставить. Надо собрать как можно больше образцов, увести их с собой в Академию и там в спокойной обстановке подумать о том, где и что могли пропустить.

Что-то должно было быть. Я уверена. Во мне говорило профессиональное чутье, а я привыкла ему доверять.

– А спецы из столицы исследовали тут приборами или чем-то еще? – уточнила у Честера.

– Да. И амулетами и разными детекторами магии. Всем, что мы имеем на данный момент в арсенале. Ничего не нашли. Есть небольшой остаточный фон…

– Как увеличение фоновой радиации?

– Ну вроде того.

– Э-э-э… Откуда вы знаете про стетоскоп, нейросеть, радиацию?

– Наш мир находится в центре розы измерений. И ваше к ней тоже относится. Мы не путешествуем между измерениями. Пока что у нас нет такой магии. Но можем в них заглядывать, что-то изучать.

– Ясно. Так что с фоном?

– Он настолько слабый, что его при всем желании не получится объяснить с вмешательством Древних. А мы ищем доказательства именно их причастности к смерти деревни.

Я еще раз осмотрелась. Мазнула взглядом по скрюченным рукам и гримасам ужаса, застывшим на лицах бедняг. Страшное место.

– Хм… Мне тут не нравится. Аж мурашки по коже.

– Может, ты просто чересчур впечатлительная?

Впрочем, Честер и сам выглядел так, словно ему дико не по себе, просто по-мужски хорохорился.

– Надо собрать образцы. Не только с земли, стен, деревьев. Но и… – кивнула на черные пальцы, торчавшие из ближайшей стены.

– Понял…

Мы сходили в экипаж, взяли сумки со склянками и принялись за работу.

Спустя несколько часов, когда оба уже валились от усталости, и в глазах плыло от нескончаемой черноты, мое внимание привлекла странная деталь, выбивающаяся из остального фона.

Я притормозила так резко, что Честер врезался в мою спину и придержал, чтобы мы оба не клюнули носом дорогу. Падать на черную землю совсем не хотелось.

– Что? – удивленно уточнил спутник.

Я нагнулась и потянула кожаный ремень. Поднять не смогла –  один конец его намертво врос в землю. Он был частично черный, как и все остальное, но частично выглядел вполне даже обыденным. Причем, на ремне однозначно спеклась кровь.

– Смотри. Это очень похоже на жгут, – я показала Честеру свою находку.

Тот скептически изогнул бровь.

– Да может просто кто-то из проверяющих повредился, остановил кровь и бросил.

– И после этого он врос в землю?

Что-то утянуло его туда. Вот только что? Просветить бы как-нибудь, заглянуть внутрь. Но рентгеновской установки у меня с собой не было, аппарата УЗИ тоже… Зато был стетоскоп.

Ни на что особо не рассчитывая, я достала его из сумки и начала прикладывать его к земле рядом со жгутом.

Внезапно в голове прогремел крик, а затем стон и слова: «Господи! Мне никто не поможет».

Я дернулась, сдвинулась и звук исчез.