Глава 31.

- А потом …, - задумчиво произнесла колдунья. В её голосе уже не было той агрессии, которая звучала вначале диалога. Немного помолчав, она продолжила.

- А потом после нескольких сыновей Виола родила особенного мальчика. Принца Ефимиуса.

Виола с Любомаром безумно любили этого малыша и оберегали свой плод любви. Он не был настоящим драконом, ребёнок рос рядом с любящей матерью, которая ограждала его от всего и ото всех. Любомар закрывал глаза, позволяя принцу делать всё, что он хочет и постоянно защищал его от нападок братьев и побратимов. Он даже смирился с тем, что Ефимиус в академии учился на целителя. Вслух громко возмущался, а в душе гордился сыном, который отстаивал своё мнение и интересы.

Как-то давно, ещё когда мы были вместе с Любомаром, он обмолвился со мной, что сам не женится на ведунье и никому из сыновей не разрешит это сделать. Потому что драконы обладают слабой магией и будут всегда находиться под влиянием жены и потеряют свою силу воли и свой внутренний стержень.

Ефимиус вырос и был падок на девушек, он менял их очень часто и мне в голову пришла идея женить его на Шиколе. Мимо такой красавицы он не должен был пройти. У Шиколы в то время появился жених…

Это становится интересно, ведь она сейчас будет говорить о моей маме! Я настороженно прислушиваюсь, боюсь пропустить хоть слово. Я ничего не знаю из прошлой жизни мамы, кроме того кто мой отец, немного подробностей о нём и что все эти годы она вынуждена скрываться от него под маской невидимки. Я никогда не видела маму, а только иногда чувствовала её нежные прикосновения, ласковый голос и тепло, которое от неё исходило. Я не рассказывала об этом никому, даже Маркорете. Боялась навредить маме.

Колдунья усмехается своим мыслям и тихо продолжает.

- А Шикола сразу влюбилась в этого красивого, высокого, брутального ловеласа и, недолго думая прыгнула к нему в постель и отдалась, хотя близость с мужчиной до свадьбы была запрещена в нашем роду, - усмехается с сожалением. – Она сделала ту же ошибку, как и я когда-то сделала с Любомаром. Наивная Шикола бегала к нему на свидания и светилась от счастья. У них возможно бы всё получилось, потому что принц Ефимиус тоже влюбился в Шиколу. Только жених твоей матери неожиданно выкрал её, … провёл тайный свадебный ритуал и консумировал брак. Насильно овладел ею, в результате чего получилась ты, - тяжко вздыхает колдунья. Я чувствую, как ей трудно вспоминать то что было. – Я, конечно, виновата перед твоей матерью. Это я испортила её жизнь. Всё могло у неё сложиться иначе, не пошли я её тогда с просьбой к дракону, но сейчас уже ничего не изменить и не исправить, - произносит с сожалением.

- Поэтому вы решили подложить меня под Ефимиуса? – пыхчу от гнева. - Чтобы потешить своё оскорблённое эго и сделать больно моей маме? – зло выкрикиваю колдунье, а в голове вибрирует от своего же крика. – Вам всё мало! Мало! Мало! Пришла очередь испортить мою жизнь ради вашей мести? Не слишком ли высокая цена за неё? Остановитесь, пока не поздно!

- Хватит сопли распускать, - зло отвечает. – Пришла пора действовать, - и я меняю тактику.

- А в чём перед вами провинилась эта девушка? – мягко спрашиваю колдунью, мельком бросая взгляд на Каролину. – Она не житель планеты и уж точно не уводила у вас любимого мужчину и не причастна к вашим страданиям.

- Принцы любят её, она вполне может родить наследников рода Бесстран, а это исключено!

- Вы, вероятно, забыли, что она не любит принцев и у неё есть свой жених. Она не спала с ними, а любит только своего мужчину. Не стоит приносить Каролину в жертву и уводить её за грань только в угоду вашей прихоти. Отпустите её с миром, снимите заклинание. Проявите жест доброй воли, и Боги оценят этот поступок. Я обещаю, что Каролина никогда не появится на планете, а взамен я вам помогу расправиться со всеми представителями рода Бесстран, - колдунья довольно усмехается, а Петерсон наоборот напрягается.

- Ты не такая наивная, как казалась вначале. Тебе удалось обхитрить меня, - произносит восхищённо. – Ты быстро всему учишься! Я знаю о твоём секрете! – снова напоминает мне.

- Я рада, что вы это заметили и оценили, - гордо поднимаю вверх подбородок.

Я помню, что я принцесса Люсиенда Безупречная и это сидит в моей крови.

- Люсиенда! Я честно люблю твою мать и завидую ей. У неё есть такая замечательная добрая дочь, которая готова сражаться до конца за честь и достоинство своей матери, а меня никто так не любил и … уже не полюбит, - я слышу растерянный голос колдуньи и мне становится её жалко.

Я широко распахиваю руки и зову её.

- Тётушка, подойдите ко мне, пожалуйста. Я хочу вас обнять. Мы ведь с вами из одного рода. Мы – Безупречные!

Петерсона неожиданно торкнуло, он вдруг понял кому принадлежал этот изменённый голос, который он упорно пытался вспомнить и который слышал больше полувека назад. Его ладони моментально вспотели и радостью наполнилась душа. Она жива! Жива любимая красавица! Этот голос принадлежал его любимой малышке, наивной шоколадной магине Адетте, которую он безумно любил и до сих пор продолжал любить, а она его никогда не замечала и крутила хвостом перед принцем Любомаром. Конечно, он был простым королевским магом без титула и званий, а она была принцессой Адеттой Безупречной, дочерью белого мага Назияра Безупречного.

Неожиданно маг оживляется. Люси боковым зрением замечает это. Петерсон с придыханием произносит:

- Адетта, любовь моя! Я все эти годы любил тебя и страшно страдал. Не хотелось верить, что потерял тебя навсегда и вот ты здесь! Здесь! Рядом! – голос его радостно дрожит. - Покажись нам, пожалуйста, любимая, - умоляюще произносит, и я вижу слёзы у него на глазах.

Принцы синхронно поднимают головы от Каролины и недоумённо переглядываются между собой. Считают, что маг сошёл с ума раз вслух говорит такую чушь. Ведь в кабинете никого постороннего нет!

Диалог с колдуньей я вела ментально, а маг скорее всего нас подслушивал.

Перед нами материализуется красивая ухоженная темнокожая женщина неопределённого возраста. С аккуратным маникюром, парой колец на больших пальцах обеих рук с огромными камнями в тон лака для ногтей, не броским макияжем и серьёзным выражением лица.

В красивой облегающей идеальное тело одежде и на высоких каблуках.

Про таких женщин обычно говорят, что у них всё находится на своём месте. Она медленно грациозно подходит ко мне, считая себя королевой, а потом срывается и крепко прижимает меня к себе.

- Девочка моя! Люсиенда! Какая ты умная и красивая! Я люблю тебя, малышка! Прости, что использовала тебя втёмную, - голос её дрожит, а на глазах появляются слёзы. – Я эгоистка и думаю только о себе, хоть и умом понимаю, что это неправильно и очень мерзко. Я чувствую только свою боль, которая практически не утихла с годами и приношу боль другим. Вот такая я неправильная отвратительная ведьма и твоя тётка.

- Можно всё исправить, если захотеть, тётушка. Пожалуйста, начните прямо сейчас. Снимите заклинание с Каролины, - упрашиваю её и складываю ладони на груди в умоляющем жесте. – У неё осталось слишком мало времени для жизни, - оба принца, услышав мои последние слова, таращат глаза, ахают и прикрывают рот рукой.

Она мельком бросает взгляд на Каролину, потом по очереди окидывает оценивающим взглядом Алексуса и Ефимиуса. Они мгновенно вскакивают с пола и отходят на пару шагов назад, освобождая пространство и давая возможность Адетте приблизиться к Каролине.

- Я сделаю это только ради тебя, Люси, - строго неохотно чеканит сквозь зубы. – Эта девушка действительно не виновата в моих бедах, - я слышу, как принцы протяжно выдыхают.

Я же напряжена и не могу позволить себе расслабиться. Каролине действительно очень плохо несмотря на потуги и усилия принцев, её удерживает на «плаву» мой перстень бессмертия.

Адетта тихо читает заклинания на моём родном языке, а потом щёлкает пальцами, и Каролина делает глубокий вдох, а потом начинает дышать. Её грудь стала медленно приподниматься, а потом быстро опускаться, словно каждый вдох ей давался с огромным трудом.

Я внутренне ликую, но боюсь, чтобы моё ликование не заметила тётушка. Она не до конца сняла заклинания и может всё вернуть назад.

- Ты обещала, что эта девушка никогда не появится на планете, - оборачивается ко мне, прожигает пристальным взглядом и сканирует меня изнутри.

Я блокирую её лучи и натягиваю равнодушную маску на лицо.

- Я выполняю всё, что обещаю, - отвечаю сухо, а принцы таращатся на меня.

В их планы это не входило, а для меня важно, чтобы Каролина осталась жива. Они слышали условие тётушки и должны подчиниться.

- Ну же, тётушка! Осталось снять последнее заклинание, - с улыбкой подгоняю её, хотя я и королевский маг в состоянии снять его, но я хочу, чтобы она сама это сделала и не передумала, а я тут же заблокирую магию на кольце, чтобы никто и никогда не смог влиять на Каролину при помощи магии. Тётушка поддаётся азарту и читает заклинание, а я параллельно с ней читаю своё и когда она щёлкает пальцами, я касаюсь кольца на пальце Каролины.

- Ты оберегаешь эту человечку как близкую родственницу, - недовольно усмехается тётушка и смотрит на Ефимиуса.

- Спасибо вам, королева Адетта! Вы спасли Каролину, – склоняет голову перед ней, а она гордо вскидывает подбородок.

В голосе принца намешано столько всего! Боли, сожаления, раскаяния, любви, что у меня сжимается сердце от боли. Я очень хорошо чувствую его. Больше всего в его голосе благодарности.

Тётушка всё считывает на раз и расплывается в улыбке. Эта похвала ей льстит. Хотя она собирается уничтожить принца.

Я не знаю, что сделать, чтобы и тётушка осталась довольна и род Бесстран не пострадал вместе с планетой.