Глава 6

– Терр… простите, не знаю вашего имени. – Я семенила за врачом, пытаясь не отставать от его тяжелого и широкого шага. – Я здесь первый день, не подскажете, что с генералом? Что за болезнь вызвала паралич нижних конечностей?

– Терр Персифаль, – соизволил представиться доктор. – Для вас – доктор Персифаль. И здесь не болезнь, иначе наша медицина давно бы с ней справилась. Не было ни одного перелома, чтобы магия Королевской медицинской Академии не поставила человека на ноги. Особенно дракона.

– Что же тогда с генералом?

Мы уже спустились вниз, вышли из дома и подошли к его коляске. Кучер не отогнал ее, даже с козел не слез, значит, доктор здесь никогда не останавливается надолго. Тоже мне, гений современной медицины! Он открыл дверцу и развернулся ко мне.

– Проклятие это, дорогуша. Бывшая жена долгие годы подсыпала ему зелья или делала наговоры. Генерал как узнал, сразу выгнал ее, но было слишком поздно, проклятие распространилось настолько, что невозможно его излечить, только сдерживать. Так что можете особо не стараться с компрессами и мазями, это вряд ли поможет.

Дверца с шумом захлопнулась, а у меня изнутри поднималась волна негодования. Бывшая жена годами подсыпала ему зелья?! Это он про меня сейчас?! Вот же… Что такого наговорил всем Рагнар, чтобы меня так поносили все, кому не лень? И ведь не зря Элин и ее дядюшка уговаривали меня уехать подальше от этих мест. Наверняка, знали, что говорят про меня в доме и в округе, но берегли мои нервы.

Что ж, надо будет все выяснить у Элин. Нет больше нужды скрывать от меня правду. Точнее, тень правды. Потому что Рагнару я никогда ничего не подливала. Потому что любила как дура!

А вот сейчас мы с ним и поговорим.

Я поднялась по лестнице и вошла в комнату генерала. Он все еще делал попытки дотянуться до задранных штанин, но не мог оторваться даже от подушки.

– А ну помоги мне! – рявкнул он, когда я вошла в комнату. – Нанята служанкой, так исполняй свои обязанности.

– Во-первых, я вам не служанка, генерал Крон, а ваша сиделка. – Я сделала шаг к нему, он перестал тянуться и смотрел на меня взглядом, полным ненависти. – Во-вторых, не хотите видеть меня – придется видеть Мотти, а она жутко как жаждет пожамкать ваши затекшие ноги. – Лицо генерала перекосило от ярости, а я сделала еще один шаг к нему. – И, в-третьих, какого демона, Рагнар, ты распускаешь про меня такие слухи?!

Он тут же откинулся на подушки, но уперся руками в кровать. Если бы не его немощность, он бы уже прижал меня к стене, сжимая мое горло. Я инстинктивно потянулась к шее, но заставила себя опустить руки. Я больше не его жена, больше не безропотная, и больше он так не посмеет поступать.

– Ты это про мою бывшую жену, которая медленно убивала меня, но не успела закончить начатое? Наслаждаешься этим зрелищем? – Он обвел себя руками. – Ты – тварь, которой место в придорожной канаве, и не больше. Я бы раздавил тебя, если бы мог дотянуться.

К горлу подкатил ком, глаза щипало, но я несколько раз моргнула, чтобы смахнуть наворачивающиеся слезы.

– И для чего ты тогда пустил меня в свой дом? Если ты так ненавидишь меня и думаешь, что это я отравила тебя и довела до коляски?

Он на миг задержался, но тут же на лице его заиграла улыбка. Такая улыбка бывает только у палача, который получает нескончаемое удовольствие от своей работы.

– Мне уже вряд ли будет хуже. Но хуже я могу сделать тебе. Ты знала, куда едешь, знала, что у тебя появится шанс докончить то, что не успела тогда. Но я знаю, какая ты лживая тварь. А врагов, как ты знаешь, нужно держать ближе.

Он замолчал, на скулах его играли желваки, а во мне поднималась волна бури и гнева. Дурак! Просто полный идиот! Если бы ты знал, как я тебя любила, как старалась каждый день сделать праздником для тебя! Как же я тебя ненавижу, генерал Крон!

– Знаете что, генерал. – Я прокашлялась, чтобы вернуть голосу прежнюю стойкость. – Вы можете думать обо мне что угодно. И я не обязана вам ничего доказывать, потому что Изабеллы Крон больше не существует, вы ее стерли. А вот слушаться вашу сиделку вам придется.

С этими словами я подошла к нему, взяла тряпки и стерла всю мазь, нанесенную доктором. Затем опустила обратно штанины и накрыла его ноги одеялом. Подошла к столику и одним движением сгребла все склянки, оставленные доктором, и выкинула их в ведро.

– Не смогла добить меня ядами, решила добить отсутствием лекарств?

Я повернулась к нему и с вызовом встретила его взгляд.

– Вы и без меня знали, что они вам не помогают. Но для всеобщего удовлетворения терпели этого врача рядом с собой. Зачем?

Ноздри генерала раздувались, казалось, еще немного, и произойдет трансформация в дракона. Но нет, я знала, что подбитый дракон больше не дракон. Генерал Рагнар больше не может трансформироваться. И это добивало его больше, чем коляска.

– Я терпел его, потому что иначе Эрик приволок бы сюда королевских магов, а после их осмотра я окончательно стал бы «безнадежным» в глазах двора, – процедил он. – Шарлатан с медом хотя бы не лез в суть.

– Вы ничем не отличаетесь от других пациентов, обычных солдат, которых мне приходилось выхаживать, генерал. Вы построили себе иллюзию, что, может быть, когда-нибудь случится чудо.

– Я не мальчишка, чтобы верить в сказки! – рявкнул генерал. – Врачи давно поставили на мне крест, так что иллюзий я не питаю!

– Тогда вы решили закончить это все побыстрее? Пригласили меня, чтобы я довершила начатое? Вы ведь этого хотите?

В глазах его полыхала буря. Нет, яркая, нескрываемая ярость. Ненависть такой величины, от которой мне стало страшно. Страшно от того, что я была права.

– Нет, генерал. – Я покачала головой, подошла к кровати и села на краешек. – Я вам скажу один раз, и повторять больше не буду. Я никогда бы не причинила вам вреда. И сейчас не дам причинить вред самому себе. Даже не думайте, что я буду вас травить, издеваться или убивать. Хотя, что касается издевательств, ручаться не могу – процедуры и упражнения, которые вам показаны, далеко не приятные. Но мы будем работать. Не обещаю, что поставлю вас на ноги, но обещаю, что ваши мышцы будут в гораздо лучшей форме, чем сейчас. Верю, что вы сможете передвигаться без инвалидной коляски пусть даже и на костылях.

Я поправила ему одеяло, поставила графин и стакан на столик и пошла к двери в свою комнату. Как только открыла дверь, справа от меня разлетелся на сотни осколков графин с водой.

– Тварь! – раздалось вслед.