Эпилог

Я проснулась оттого, что кто-то целовал мои пальцы. Медленно, осторожно, перебирая их один за другим. Я улыбнулась, не открывая глаз, и потянулась, разминая затёкшие за ночь плечи.

— Ты сегодня рано, — сказала я хриплым со сна голосом.

— Не буду ждать адептов, — ответил Деймос, и в его голосе послышалась знакомая усмешка. — Пусть занимаются сами. У меня есть занятия поважнее.

Я открыла глаза. Дракон сидел рядом на кровати — уже одетый в дорожный костюм, но без обычного академического облачения. Серебряные волосы рассыпались по плечам, глаза смотрели на меня с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание. Даже после года брака, после бесконечных «люблю» и поцелуев — каждый раз, когда мужчина смотрел так, внутри всё переворачивалось.

— Сегодня же лекция у первокурсников, — напомнила я. — Юные маги ждут своего великого учителя.

— Подождут, — Деймос наклонился и поцеловал меня в уголок губ. — Никуда не денутся.

Я вздохнула, но спорить не стала. За год я научилась выбирать битвы. С Деймосом это оказалось необходимо — характер у него не улучшился, он просто стал другим. Мягче со мной, терпеливее с окружающими, но внутри оставался всё тем же драконом: своенравным, упрямым, не терпящим, когда ему указывают.

— Ладно, — я села, натягивая одеяло на грудь. — Но тогда помогай мне в лавке после обеда. Лили ушла к тётке, а без неё я не справлюсь.

— Помогу, — мужчина провёл ладонью по моим волосам. — Только без ступок, пожалуйста. Моя гордость ещё не восстановилась после того, как тётушка Лора заявила, что я тру крушину хуже её внука.

Я рассмеялась — свободно, легко, как умела теперь. За год этот смех перестал быть редким гостем. Он поселился в нашем доме, в нашей жизни, и я почти забыла, как когда-то плакала по ночам в маленьком домике у моря.

— Иди завтракать, — я шлёпнула дракона по руке. — Я сейчас спущусь.

Деймос вздохнул, поцеловал меня в макушку и вышел. Я слышала, как его шаги гремят по лестнице, как он что-то ворчит на кота (чёрный переехал с нами и теперь спал на подоконнике), как звякает посудой на кухне. Обычное утро в нашем доме.

Я оделась, спустилась вниз, выпила чай с мятой и свежими булочками, которые испекла ещё на рассвете. Мужчина сидел напротив, перебирал мои заметки по новым травам и критически хмыкал.

— Что не так? — спросила я.

— Ты пишешь, что корень валерианы помогает от бессонницы, — сказал дракон. — Но не упомянула, что в больших дозах он вызывает сонливость днём. Один из адептов на прошлой неделе чуть не уснул на лекции.

— Это ты виноват, — я откусила булочку. — Нечего читать скучные лекции.

— Мои лекции не скучные, — обиделся Деймос. — Адепты в восторге.

— Адепты в восторге от того, что ты дракон, — парировала я. — А лекции всё равно скучные.

Мужчина бросил в меня салфеткой, я поймала и рассмеялась.

Таким оказался наш год. Спокойным, размеренным, полным маленьких радостей и больших планов. Но иногда, в тихие вечера, когда Деймос засыпал, положив голову мне на колени, я вспоминала, как всё начиналось. Свадьба, например. Та ещё история.

Год назад мы стояли в небольшой часовне на территории поместья, и я смотрела на дракона в свадебном костюме — белом, расшитом серебром, с драконьими рунами на воротнике. Мужчина был прекрасен. Я чувствовала себя счастливой. Однако путь к этому дню выдался до ужаса тернистым.

Король Эдрик, узнав, что Верховный маг собрался жениться на простой лекарке, пришёл в ярость. Деймоса вызвали во дворец и заявили, что тот должен породниться с королевской семьёй, чтобы укрепить власть. Принцесса Элина, младшая дочь монарха, была уже просватана за дракона — без его ведома, конечно.

Я не присутствовала при том разговоре, но Деймос в красках рассказал. Как король говорил о «престиже династии», о «крови, которая не должна смешиваться с чернью», о том, что «целительница — не пара дракону». Как король угрожал лишить Деймоса земель, титулов, даже права преподавать в академии.

— И что ты ответил? — спросила я тогда.

— Ничего, — дракон усмехнулся. — Я просто вышел во двор, превратился в дракона и разрушил половину дворца.

— Половину? — я округлила глаза.

— Ну, может, не половину, — мужчина замялся. — Крыло западное и часть тронного зала. Но выглядело внушительно.

Король, говорят, побледнел так, что слился с мраморными колоннами. Его советники разбежались, стража попряталась, а принцесса Элина, которая как раз проходила мимо, разрыдалась и убежала в свои покои. Деймос, не выходя из драконьей формы, прорычал что-то вроде: «Ещё раз тронешь Эйру — снесу всё здание до основания». После этого король притих.

Мало того, монарх не только отменил помолвку и благословил наш брак, но и издал указ о расширении прав магов. Теперь они могли жениться и выходить замуж по собственному выбору, без согласия короля. Дракон стал героем в магическом сообществе. Ну а я стала его женой.

Свадьба вышла пышной. Пригласили всех: тётушку Лору, которая всю дорогу плакала и утиралась своим знаменитым передником; Лили, которая была нашей свидетельницей и держала кольца; Ричарда, приехавшего из особняка и выглядевшего моложе на десять лет; даже Томаса-рыбака, который пришёл с новой пассией и искренне пожелал нам счастья.

А вот король не явился — прислал подарок, золотой кубок, который мы с Деймосом переплавили на украшения для лавки. Местные жители Линдора тоже приехали — и те, кого я лечила, и те, кто просто меня знал. Деймос настоял на том, чтобы свадебный пир был на открытом воздухе — в саду, где цвели те самые бархатцы, которые посадила его мать. Было много цветов, музыки, смеха. Я танцевала с драконом, и он вёл меня так осторожно, словно боялся сломать. А потом мы улетели в небо — на драконьей спине — и провели первую брачную ночь в маленьком домике у моря, где я когда-то пряталась от Деймоса.

Там, в той самой лавке, где я лечила рыбаков и перевязывала кота, мы и начали нашу новую жизнь. Через месяц, переехали на земли дракона, потому что ему нужно было преподавать, а мне — расширять дело.

Теперь в моей лавке, которая находилась в отдельном крыле нашего поместья, имелось три комнаты: приёмная, лаборатория и аптека. Я принимала пациентов по утрам, готовила зелья после обеда, а вечера проводила с Деймосом. Лили, выросшая и окрепшая за год, помогала мне — малышка училась на лекаря, и у неё отлично получалось. Девочка научилась отличать мяту от мелиссы, варить отвар от кашля и даже делать перевязки. Иногда к нам приезжала тётушка Лора с пирожками и непременно ворчала, что Лили слишком худая и что «дракон бы её подкормил, а то совсем девчонку заморили».

— Дракон тут ни при чём, — отбивался Деймос. — Это Эйра её работой загружает.

— Неправда, — фыркая, заявила я, шлёпая мужчину полотенцем. — Лили сама хочет учиться.

Лили хихикала и убегала, оставляя нас втроём с Лорой, которая вздыхала и говорила: «Молодые, молодыми глупостями страдаете. А мне бы названых внуков уже нянчить».

Внуков пока не было. Мы не спешили. Дракон боялся, что я не выдержу родов, хотя я объясняла: я лекарь и знаю, как это делается. Деймос кивал, но в глазах застывал такой ужас, что я откладывала разговоры на потом. У нас будет время. Вся жизнь впереди.

Мужчина преподавал в академии два раза в неделю — вёл курс боевой магии и защиты от демонических тварей. Говорили, что мой дракон стал лучшим преподавателем за последние сто лет. Адепты его обожали, даже не столько за знания, сколько за харизму. Иногда я приезжала к Деймосу на лекции — сидела в последнем ряду, смотрела, как он стоит у доски, водит указкой по схемам, объясняет сложные формулы простыми словами. Мужчина замечал меня, улыбался, и я видела, как адепты перешёптываются: «Смотрите, жена приехала». Некоторые из них считали меня почти святой — за то, что я вылечила дракона от слепоты. Я не разубеждала.

— Как дела в академии? — спросила я за завтраком.

— Хорошо, — Деймос отодвинул пустую тарелку. — Новый набор, есть талантливые ребята. Одна девочка, Мира, уже умеет выставлять щит — в свои шестнадцать. Я говорю, через пару лет переплюнет меня.

— Переплюнуть дракона? — я подняла бровь.

— А что такого? — мужчина пожал плечами. — В молодости я был самонадеянным дураком. Если бы кто-то вовремя меня направил…

— Тебя направила я, — напомнила я. — И ты до сих пор дурак.

— Но твой дурак, — Деймос поцеловал меня в лоб.

Я улыбнулась. За год мы научились говорить друг с другом без обид и недомолвок. Ссорились, конечно, но быстро мирились. Дракон больше никогда не называл меня слабой — я бы не простила второй раз. Но и мне пришлось научиться, что мужчина не умеет читать мысли. Если мне что-то нужно — я прошу. Если я обижена — я говорю. Мы учились быть парой, и это оказалось сложнее, чем любая магия.

После завтрака Деймос улетел в академию — я смотрела, как его серебряная чешуя сверкает в лучах утреннего солнца, и чувствовала гордость. А я поспешила в лавку. Пациенты уже ждали.

Первым пришёл старый рыбак с больной спиной — тот самый, что помог мне в Линдоре. Он переехал в наши края, когда узнал, что я открыла лавку здесь. Сказал, что «такого лекаря и за сто лиг искать надо». Я выписала ему мазь, дала настойку, пожелала здоровья.

Потом пришла женщина с ребёнком — у малыша резался зуб, он плакал и капризничал. Я дала отвар ромашки, погладила по голове. Женщина поблагодарила, ушла. Затем появился местный кузнец — поранил руку о раскалённый металл. Я промыла рану, зашила, наложила повязку. Кузнец кряхтел, терпел, как герой.

— А где ваш помощник? — спросил он, оглядываясь. — Дракон-то где?

— В академии, — ответила я. — Лекции читает.

— Жалко, — кузнец усмехнулся. — Мы с ним в прошлый раз про мечи говорили. Он обещал показать, как магией закалять.

— Приходите на следующей неделе, — пообещала я. — Покажет.

Кузнец ушёл, а я осталась одна. Разобрала травы, проверила запасы, записала новые рецепты. Работа спорилась, время летело незаметно.

К обеду вернулся Деймос. Я услышала хлопанье крыльев, потом скрип двери. Мужчина вошёл в лавку, всё ещё запыхавшийся после полёта, с растрёпанными волосами и раскрасневшимися щеками.

— Как дела? — спросил дракон.

— Отлично, — я кивнула на стопку чистых склянок. — А у тебя?

— Адепты взорвали лабораторию, — мужчина вздохнул. — В третий раз за месяц.

— Надеюсь, никто не пострадал?

— Нет, но потолок пришлось чинить. Магией.

Я рассмеялась. Деймос подошёл, обнял меня сзади, положил подбородок на плечо.

— Скучал, — сказал дракон.

— Я тоже, — ответила я.

Мы стояли так посреди лавки, среди банок со снадобьями и пучков сушёных трав, и я чувствовала, что всё правильно. Всё, как должно быть.

— Деймос, — сказала я тихо.

— М-м-м?

— Я люблю тебя.

— Я знаю, — мужчина поцеловал меня в щёку. — И я тебя.

За окном светило солнце. Где-то вдалеке пели птицы, в наглый чёрный кот тёрся о ноги дракона, выпрашивая очередное лакомство.

Год спустя мы оставались вместе. И это оказалось главным. А всё остальное — просто жизнь. Тихая, счастливая, полная маленьких радостей и больших планов. И я ни за что не захотела бы что-то изменить, представься мне такой шанс.