Глава 6

Времени на размышления не было. Вскочив, как ошпаренная с кровати, я мимоходом накинула на ночную сорочку халат и выскочила в коридор. Ноги сами несли меня к покоям Деймоса. Чудо, но дверь оказалась не заперта — я ворвалась внутрь, едва переведя дух.

В комнате было темно, только луна пробивалась сквозь щели в ставнях, рисуя на полу бледные полосы. Деймос метался на кровати. Сбросил одеяло, рубаха сбилась, открывая широкую грудь, волосы разметались по подушке серебряным водопадом. Он что-то бормотал во сне, мотал головой, сжимал руками простыни.

— Нет… — услышала я его хриплый шёпот. — Не надо… я не успел… простите…

Кошмар. Похоже, ему снился тот роковой день. В тусклом лунном свете искажённое болью лицо мужчины казалось слишком уязвимым. Обхватив себя за плечи, дрожащие от холода, я подошла ближе, не зная, что делать. Будить? Не будить? Говорят, резко просыпаться от кошмара нельзя. Но и смотреть на его мучения было невыносимо.

— Ваша светлость, — тихо позвала я. — Деймос, проснитесь. Это сон. Это всего лишь сон.

Меня не слышали. Его дыхание стало чаще, тело выгнулось дугой, и он закричал снова — протяжно, страшно, так, что у меня сжалось сердце. Не выдержав, я осторожно присела на край кровати и кончиками пальцев коснулась напряжённого мужского плеча.

— Ваша светлость, — твёрже сказала я. — Очнитесь. Вы в безопасности. Здесь никого нет. Только вы и я.

В ту же секунду его рука метнулась и схватила меня за запястье. Сжала так, что я вскрикнула — кости, кажется, затрещали. Однако я не стала вырываться, лишь покорно замерла, давая дракону возможность полностью очнуться ото сна. Да, возможно, это слишком глупый поступок. Скорее всего, будь на его месте какой-то более агрессивный товарищ, мне бы пришлось туго. Но я верила, подсознательно и как дура, что он меня не тронет.

Спустя пару ударов сердца, дракон открыл глаза. То есть, открыл бы, если бы мог. Вместо этого он просто замер, повернув голову в мою сторону. Повязка сбилась во сне, и я впервые увидела то, что скрывалось под ней.

Белоснежные, лишённые даже намёка на зрачок, глаза. Ни цвета, ни жизни. Только шрамы вокруг — тонкие, едва заметные полосы, расходящиеся лучиками к вискам. Там же виднелись слабо заметные чешуйки, серебристого оттенка. Но не это поразило меня больше всего. Поразило выражение его лица. Без привычной маски злобы и презрения, расслабленное сном, оно было… человеческим. Испуганным. Страдающим. Таким беззащитным, что у меня перехватило дыхание.

— Тише, — прошептала я, не думая, что говорю. — Тише. Всё хорошо. Я здесь.

Мотнув головой, разбрасывая влажные от пота пряди, он пару раз моргнул. Деймос с трудом приходил в сознание, но хватку на моём запястье слегка ослабил. Не до конца, словно боялся, что я исчезну, если разожмёт пальцы.

— Кто ты? — хрипло спросил дракон, всё ещё пребывая где-то на границе сна и яви.

— Эйра, — ответила я. — Лекарь. Вы кричали, и я пришла проверить, всё ли в порядке.

Молчание повисло на одну долгую минуту. Она мне показалась вечностью, ведь я прекрасно видела, как каменеет мужское лицо. Дракон вновь надевал свою маску злодея, и явно не собирался её снимать. Подавив тяжёлый вздох, я постаралась улыбнуться. Плевать, что он не видит, в первую очередь это было для меня самой.

— Убирайся, — бросил мужчина, но в голосе не было прежней злости. Только бесконечная усталость.

Скрипнув зубами, стараясь не разозлиться, я встала с кровати. На запястье расцветал багровый синяк, который точно надолго задержится на моей руке. Однако боль не ощущалась, так, дискомфорт. Меня больше беспокоила горечь, чувствующаяся на языке. Всю жизнь, даже две, я была эмпатичной. Не единожды мне это выходило боком из-за жалости к тем, кто её не слишком заслуживал.

«Деймос отличается от них, — пронеслось в голове. — Он просто замкнулся в себе. Не стоит ставить его вровень с теми придурками…».

— Спокойной ночи, ваша светлость, — тихо сказала я и вышла.

В коридоре я прислонилась спиной к стене и закрыла глаза. Перед внутренним взором всплыло его беззащитное, полное боли, лицо. Такое не показывают посторонним, да даже ближним стараются не демонстрировать.

Пожалуй, эта ночь перевернула всё в моей жизни. Внутри что-то дрогнуло, сломалось и пустило корни. Я пришла сюда, спасая свою жизнь. А теперь, кажется, начала хотеть спасти его.

Вернувшись в комнату и забравшись под одеяло, я долгое время не могла вновь уснуть. Ворочаясь в остывшей кровати, я то и дело открывала глаза и смотрела в потолок. В окне мелькали облака, закрывающие серп луны. Наверное, меня подкосило где-то под утро, ведь я отчётливо помню, как неспешно светлели небеса.

Пробуждение наступило слишком быстро. Не выспавшаяся, зевающая, я очнулась рывком. Сознание резко избавилось от оков сна, и теперь сидела с дико колотящимся сердцем и пыталась прийти в себя. Когда спустя некоторое время в дверь постучала Элла с завтраком, я уже была одета в закрытое лиловое платье, и почти готова к новому дню.

— Госпожа, вы так рано, — удивилась служанка, ставя поднос на столик. — Может, принести горячей воды для умывания? Наша система водоснабжения в последнее время очень плохо работает, не хочет греть самостоятельно…

— Не нужно, Элл. Скажи лучше, как его светлость? — спросила я, пытаясь подавить зевок.

Девушка пожала плечами.

— Не знаю. Господин Ричард носил завтрак, сказал, что хозяин молчит, — произнесла Элла, после чего слегка поклонилась и вышла из спальни.

Кивнув, я быстренько поела горячую овсянку с малиновым джемом. Запивая её обжигающим чаем, подслащённым мёдом, я уже прикидывала, чем же помочь дракону. Закончив с завтраком, я подхватила сумку с травами. Там как раз оставалось немного зелья из успокаивающих трав, выдержанных в отваре столетнего женьшеня.

Дорога к покоям Деймоса заняла слишком мало времени, чтобы я успела начать волноваться. Войдя без стука, — я знала, что мне всё равно не откроют, — застала верховного мага сидящим в кресле у камина. Огонь уже горел, освещая комнату тёплым светом. Дракон был одет, в светлую рубашку и чёрные брюки, волосы убраны в низкий хвост. Повязка виднелась на привычном месте, скрывая чешую и невидящие глаза. Этот страдалец даже не соизволил повернуть голову на звук шагов.

— Ты опять? — голос ледяной, как зимний ручей.

— Не опять, а снова, — спокойно парировала я, ставя сумку на высокий круглый столик с магической лампой. — Принесла успокаивающий отвар. Вы плохо спали, а он должен помочь снять напряжение и улучшить сон следующей ночью.

Сноровисто достав нужную скляночку из сумки, повертела её в руках. Мягкий свет пламени из камина окрасил жидкость в прозрачном стекле в лазурный оттенок, в нём искрились крохотные частички магического камня. Я специально покрошила один с трудом добытый камушек, чтобы усилить действие зелий и настоек. Он не влиял на вкус и совершенно не ощущался при питье, но заметно помогал обогатить целебные свойства дополнительной маной.

— Вот, выпейте, — почти приказала я, наливая зелье в чашку от чая. — Там успокаивающие травы и крошка магического камня.

Деймос медленно поднялся. Он был выше меня на голову, может, больше. Даже слепой, дракон возвышался надо мной, подавляя одной своей статью.

— Ты глухая? — с расстановкой спросил мужчина, складывая руки на широкой груди. — Или тупая? Я же сказал — убирайся.

И, прежде чем я успела отреагировать, его рука взметнулась и выбила кружку из моих пальцев. Тёплая жидкость выплеснулась прямо мне на платье, пропитывая ткань на груди и животе. Кружка с грохотом покатилась по полу.

Я замерла. Смотрела на расплывающееся мокрое пятно на своём единственном приличном платье, на осколки глиняной посуды у ног. Злость вскипела внутри, готовая выплеснуться потоком грубостей и обвинений. Сжав кулаки, я задержала дыхание. Посчитала до пяти и медленно выдохнула.

«Нельзя злиться на больных, Эйра» — напомнила себе вдолблённую истину.

— Я сделаю другой, — сказала ровным голосом. — Этот, видимо, был недостаточно хорош.

Круто развернувшись, я подхватила свою сумку и вышла, не дожидаясь ответа. За дверью я позволила себе тихо выругаться и прикрыть глаза. Руки дрожали. Хотелось закричать, затопать ногами, разбить что-нибудь в ответ, но я сдержалась. Потому что увиденное ночью не позволит мне уйти, даже если клятва внезапно исчезнет. Я попросту не смогу себе простить то, что оставила этого дракона, даже не попытавшись спасти.