Глава 11

В главном городе Дарсона, Сенвальд, как и во всех прочих поселениях княжества, выделялись отдельные районы, в которых действовали все те же распоряжения князя по его указу, но всему, что не требовало укрепления триоритом, было уделено особенное внимание, приложены значительные усилия, в том числе и магические. Например, тот же Ридан, наверняка, мог загнуть пальцы не меньше, чем на одной руке, чтобы указать объекты, которые были созданы или реконструированы здесь им лично.

В этих районах дома занимали уважаемые оданы со своими семьями, известные маги, советники, Сворды... В общем, что ни дом, то большое имя.

Одан, пришедший за Ярой, так и не назвал себя. Шествовал впереди, ни разу не обернувшись. Вел по широкой улочке мимо поразительно красивых домов, утопающих в зелени и цветах, прямиком к высокому фамильному поместью, которое явно столетиями не меняло своих хозяев.

- Говорю тебе, не надо туда идти! - Вейлр все уши Яре прожужжал, пока они следовали за крупной спиной одана. Летел с удобствами, в любимом кресле, то слева у плеча, то справа, и все время пути ворчал. - Искренности в нем не чувствую.

- Какая тебе искренность нужна? Даже ко мне обратился, к проблемной целительнице.

- В том и дело. Странно. А райончик у них тут не предполагает последних шансов и безвыходных положений. Давай свернем сейчас в переулок и уйдем соседней улицей? Он все равно спиной не видит.

- Мы так не можем. Там раненый. И если ему нужна помощь, а я могу, если не вылечить, то хотя бы облегчить его состояние, значит я должна сделать все возможное.

- Великие пески! Где ты набралась такой глупости? Твоя целительская магия принадлежит только тебе. Ни князю, ни княжеству, ни одному одану, хоть бы и раненному, живущему в Дарсоне или в любом другом месте. И никто из них, вот ни один, ни коим образом не повлиял на появление у тебя этого дара. Даже твои уважаемые родители обеспечили лишь предрасположенность, не более. Обучение в Академии вашей дело добровольное, ни заставить тебя никто не мог, ни обязать, и твое посещение занятий и успехи твои собственные желание и усердие. Поэтому использовать магию ты вольна по своему усмотрению. Хочешь лечишь, хочешь нет.

- Если так рассуждать, то одан Макриг, когда я к нему приду утром за ароматными булочками с белой драужкой, вполне спокойно мне может отказать. Без причины, - парировала Яра.

- Он продает булочки. Его деятельность не позволяет разбрасываться клиентами. Можешь не переживать на счёт свежего хлеба и булочек.

Они подходили к дому и спор пришлось прервать. Яре удивительными казались рассуждения Вейлра. Правда не они сами, а как при наличии таковых он стал ее фамильяром.

Одан открыл двери в дом, все так же неприветливо приглашая держаться рядом. По пустынному лабиринту коридоров, в котором ни из одной комнат не доносилось ни звука, они добрались до спальни раненого.

Вейлр не стал привлекать к себе внимание, обратился в песочную пыль и, незаметно для всех, проплыл до подоконника, рассыпаясь по нему тонким слоем.

Запах лекарств несомненно витал в воздухе, но слишком лёгкий для тяжело больного. Будто его вот только сегодня начали лечить и первым попавшимся снадобьем.

Сама комната выглядела неброско, но уютно и по-домашнему комфортно. Ничего слишком вычурного, ничего, чтобы намекало на высокий статус владельца. Ридан бы точно в такой не стал жить.

Постель была разобрана. Под тонким одеялом вырисовывалась фигура человека, явно непропускавшего в своей жизни ни одной тренировки. Воин, что с них взять.

- Я целитель. Мне нужно осмотреть вашу рану, - Яра подошла ближе к кровати, замечая, что ее приближение не осталось не замеченным. Воин не стесняясь рассматривал девушку с ног до головы.

А ещё он ничуть не смахивал на больного. Здоровый цвет лица, ни одной тени под ясными карими глазами.

- Мне уже от одного присутствия такого милейшего лекаря становится лучше, - заговорил он приятным, расслабленным голосом.

Никакого надрыва, затрудненного дыхания. Яра нахмурилась.

- Осмотри, раз нужно, - воин одной рукой легко отбросил с плеча край одеяла, раскрывая обзору не только небольшую рану, но и часть своего накаченного обнаженного тела.

Яре одного взгляда хватило, чтобы понять, что ни ядом, ни разрушением это мелкое повреждение кожи не могло похвастать. От обычной стрелы - да. От прошедшей по касательной - да. С такими в военной академии даже, говорят, стыдно было до лекарского крыла идти. Два дня мазей по разу в день, и проходило бесследно.

Яра обернулась на одана, который сопровождал их с Вейлром сюда. Он как был со скорбным лицом, так и остался. Застыл молчаливой тенью у дверей.

- Хотите что-то мне сообщить? - рану все же проверила. Мало ли что. - Одан...

- Подай бумаги, - вместо ответа приказал он своему человеку, окончательно сбрасывая с себя одеяло. Голый торс и лёгкие домашние брюки тут же спрятались за полами халата.

Чудесным образом выздоровевший одан переместился на подоконник, едва не стряхнув Вейлра на пол. Полоска песка доползла до ног Яры.

- Ей отдай, - кивнул он, когда принесли требуемое.

В руки Яры опустилась кипа бумаг, скрепленных между собой тонкими серебряными нитями сбоку и отмеченных знаком рода на каждой странице. В родовом знаке, наверняка, была заключена магическая печать, не позволяющая ни испортить бумаги, ни подделать их.

Если Яре бы вдруг вздумалось порвать хотя бы один и листов с меткой, то у неё ничего бы не вышло.

Договор. В ее руках оказался договор.

И не просто на что-то там и о чем-то там. А самый настоящий брачный договор, в котором вписано было имя жениха мага огня, одного из лучших воинов дружины магов-стихийников, одана Экхарда. И его невесты мага-целителя одар'и Яры.

Разрешение на продолжение целительской практики, но без согласия на длительные поездки в другие города Дарсона.

Разрешение на собственный капитал, приобретенный за счёт целительской практики.

Обеспечение разумных потребностей. Тщательно и скрупулёзно перечислены были эти самые потребности, которые возникают у всех одар'и возраста Яры или могут возникнуть в будущем. Отдельным пунктом шли нужды, обусловленные лекарским делом. Тут и на травы средства выделялись, но не более стольки-то ниров в год, и на склянки, ступки, и тоже не более того-то.

Кроме того, супруг обязался оплачивать аренду флигеля лаборатории супруги и решать всевозможные споры по дальнейшему владению оного.

Ещё более занимательным показался Яре пункт договора о том, что ее родителям разрешалось сохранить за собой право владения текущей занимаемой секцией. Обстоятельствами, допускающими правомерность этого, обязывался установить опять же супруг и не позднее двух недель после церемонии.

Ещё несколько страниц Яра пролистнула, не читая, заметив лишь краем глаза список полагающихся ей подарков по случаю будущего торжества. Приличный такой. Сколько там было строк Яра не всматривалась, но занимал полстраницы точно.

Второй день подряд... Вероятно, если так пойдет дальше, Яра станет самой известной в Дарсоне невестой. Что сыграет с ней злую шутку. Ведь если раньше никто не интересовался ей, и ей без особых трудностей могли уменьшить по документам по году два раза подряд, то вот такая популярность в первую очередь приведет к справедливому вопросу: а не странно ли, что Яра получила лицензию целительницы сразу по окончании академии, но в соответствии с указанным в метриках городского управления возрастом должна была только сейчас. И как так вышло, что у нее уже два года практики... В общем, такие мысли, которые немедленно приведут к секретариату управления. Не хотелось бы подводить старинного друга деда...

Спрашивать очевидные вещи Яра не стала, а вот причина, побудившая, во-первых, состоятельного и состоявшегося мага, а во-вторых, привлекательного и отнюдь не старого, выбрать в супруги Яру ей была любопытна.

- Разве для вас, одан Экхард, не нашлось более подходящей партии?

- О более подходящей и мечтать не стоит! - легко ответил тот. - Тебя что-то не устраивает в договоре? Говори, не стесняйся. Сейчас внесём правки.

- Не устраивает, - она важно покивала. - Имя невесты. Его стоит заменить на другое.

- Я же говорил, что лучше невесты и не может быть. Прелесть просто! Согласен, - все так же беззаботно уступил он. - Тебе нужно хорошо все обдумать. Прочитать внимательно договор и условия. Нет проблем. Сколько нужно, столько и будет у тебя времени. Я ни в коем случае не тороплю. Ведь это одно из самых важных решений в жизни молодой девушки, - высокопарно заключил Экхард.

Яра восприняла его слова, как возможность выйти из ситуации малой кровью. Его, конечно. Одана Экхарда. Она совершенно спокойно сейчас покинет этот дом и с чистой совестью, когда придет время, даст отказ на столь щедрое, но исключительно рациональное предложение.

Яра сделала несколько шагов к двери, но путь ей преградил человек Экхарда.

- Единственное, - невозмутимо продолжил хозяин дома, - что сделать это тебе придется здесь. Можешь пользоваться всем в этой комнате. Она в полном твоём распоряжении. Если ты захочешь что-то ещё, например, обед или ужин, то тебе достаточно поставить свою подпись в конце договора. Ну и каждый проведенный день в раздумьях уменьшает количество положительных для невесты условий в контракте. Это на случай, если ты решишь занять мою спальню надолго.

- А, предупреждение на всякий случай, - решил добавить он уже в дверях. - Для всех ты у постели несчастного больного воина с серьезным, почти неизлечимым ранением. Ответственная и достойная задача. Бежать бесполезно. Любая попытка к побегу может свести для тебя договор к одной строчке. Полная зависимость от супруга. Позови, как будешь готова сказать мне "да".

Он непринужденно подмигнул Яре и вышел. Разумеется, заперев за собой дверь.