Глава 9

Если Ридану что-то там не понравилось в Яре, то это даже неплохо. Есть надежда, что ночь пройдет не так, как он себе задумал. Слабая, конечно, в виду наличия замагиченного ожерелья на шее, которое может начать действовать в любой момент.

Выбраться бы раньше этого, добраться до лаборатории и принять что-то в противодействие или хотя бы еще одну порцию обездвиживания, чтобы не кинуться обратно к магу.

И будет ли польза, если снять ожерелье?

Ридан, отойдя на несколько шагов, замер в оцепенении. Вдруг одна из теней, отбрасываемая его телом, отделилась, в одно мгновение увеличилась в размерах, уплотнилась, превращаясь в абсолютно черный призрак.

Неприкаянный!..

Теперь пришла очередь Яры приходить в ужас. Ридан ничего не замечал. А Яра как не старалась подавить в себе воздействие снадобья, чтобы что-нибудь прохрипеть, приподнять руку... Как-нибудь обратить внимание Ридана. Он маг, шансы увернуться от Неприкаянного велики.

Но главное, не поддаваться эмоциям, не давать поводов Душам мертвых зацепиться за какое-нибудь темное пятно внутри. Это самая лучшая тактика в битве с ними. Единственная, которая приведет к победе, не позволит завладеть живой душой.

Бесшумно Неприкаянный подплыл к Ридану, вставая вплотную, почти касаясь его. Обычно у этих существ не было ни лиц, ни четких очертаний фигуры. Вблизи они угадывались как люди, надевшие на себя бесформенную одежду, балахоны, объятые всполохами черного огня. А голову и лица скрывали капюшоны.

Но, к удивлению Яры, скорее исследовательскому, чем восхищённому, образ Неприкаянного начал рассеиваться, тьма клубилась теперь лишь вокруг, открывая вполне реалистичное телосложение, четкие контуры лица, детали одежды.

Если не считать, темного живого свечения, то Неприкаянная душа выходила похожей на обыкновенного человека, предпочитающего мрачный стиль, черный цвет в одежде, потому что этот был весь в черном, брюки, рубашка, черные пуговицы, черный шейный платок. Лицо немного просветлело, но до здорового румянца ему, конечно, было далеко. Глаза непонятно какого оттенка, издалека Яре было сложно разобрать, смотрели прямо на нее.

И было в этом выражении глаз и лица нечто снисходительное. Вроде "ох и намаемся с тобой" или "ожидаемо, что ты попадешь в передрягу на ровном месте".

Не хватало тяжёлого обречённого вздоха. Это вообще что такое? И как он пробрался в дом? Здесь же, как и во всех жилищах Дарсона, защитный контур из нефритового олирикса... За целостностью контуров следили тщательно. Ни один Неприкаянный не мог зайти в дом. Даже будь тысячу раз открыты двери и окна одновременно. На этом строилась уверенность жителей Дарсона в безопасности своих семей.

И совсем странно стало, когда Неприкаянный поднес палец ко рту в однозначном жесте призыва к молчанию. Как будто бы Яра могла позволить себе что-то сказать в таком положении.

Ридан, наконец почувствовал что-то, но обернуться ему не дали. Неприкаянный мягко положил на плечо магу призрачную ладонь и тот, сначала вытянувшись по струнке, начал медленно оседать, подхваченный тьмой.

Яра поддалась страху. Поступок Ридана ужасен, но смерти она ему не желала. Нужно приводить в порядок мысли. Никакой обречённости, раскаяния, вины и тягости жизни - ничего, чтобы дало подозрение на усталость от жизни, на готовность ее прервать, пожертвовать ей.

- Смотри, - холодным колючим ветром прошелестело от Неприкаянного.

Темный призрак, все ещё глядя на Яру, указал на что-то справа от нее.

В этом момент сверху посыпалась прямо ей на голову мелкая крошка пыльцы древожильницы. Из нее бы приготовила Яра противоядие, но с целительским заклинанием. Иначе будет недостаточно, не подействует совсем.

Здесь же магических слов никто не произнес, но как только первые невесомые капельки коснулись открытых участков кожи, Яра почувствовала прилив сил. Она тут же попробовала пошевелить пальцами на руках.

Удалось! Ещё не приобретя привычной координации, она попыталась расстегнуть украшение на шее, но замочек не поддавался слабым пальцам.

- Скарифо! - хрипло выдавила из себя (голос тоже приходил в силу постепенно), в последний момент вкладывая в заклинание нужное количество резерва магии.

Зелёные нити сорвались с пальцев и, найдя тонкие соединительные элементы ожерелья, окольцевали их. Не все, но часть креплений поддалась и украшение просто распалось на разнородные фрагменты.

Остаётся верить, что магия камней не впитывается телом сразу и не имеет отсроченного действия.

Яра подскочила на ноги и обернулась.

Ожидала ли она увидеть ещё одного Неприкаянного или нет, но позади кресла и вообще в комнате никого, кроме их троих не было.

Казалось.

- Да здесь я, - недовольно фыркнули от камина.

На полу, справа от каминного портала, находилась клетка. Прутья из веток круца, самого крепкого дерева в княжестве, из коры которого даже иной раз делали щиты для тренировок в военных академиях, сплетались между собой в виде вытянутого в длину кокона. Держась за прутья крохотными пальчиками, на одном из которых красовался довольно приличный перстень, выглядывал сквозь щели миниатюрный человечек. Ростом не более ладони Яры. Разглядеть его хорошенько мешала клетка.

- Ну? Так и будем сидеть? Яра, помоги выбраться, - потребовал человечек.

- Откуда ты знаешь мое имя? - стараясь не выпускать из виду Неприкаянного, Яра опустилась на колени рядом с плетёным коконом. - Мы знакомы?

- Будем! - уверенно заявили ей из плена. - Ой, что-то плохо мне...

Человечек всплеснул руками, замахал ими у своего лица, потом, сильно качнувшись, начал заваливаться на один бок. Благо пространство внутри переплетённых прутьев не давало возможности растянуться во весь рост. Он просто облокотился на стенку и начал сползать вниз.

- Яра, помоги, - совсем хрипло, неразличимо пискнул он.

Яра схватилась за прутья, со всей силы дернула их на себя, но они не поддались. Только она собиралась произнести заклинание, как человечек поднял руку в протесте:

- Да не так, - нормальным голосом, но все ещё из полулежачего положения, досадливо заговорил он. - Магическим резервом поделись со мной. Чему вас в академиях ваших только учат? - тихо пробурчал вдогонку.

- А как? Заклинанием?

Где-то недалеко громко хмыкнул Неприкаянный. Яра никак не могла взять в толк, почему Темный признак просто стоит и смотрит, не предпринимая никаких попыток напасть, довести до паники и отчаяния. Они так умеют, чтобы проще было занять место в душе жертвы. Но ничего не делает и ладно. Может не приглянулось ему тело Яры...

- Да нет же! Руку дай. То есть палец один. Просунь в щель, - не переставал приказывать этот хитрец.

- Тебе же плохо? Или уже нет?

- Плохо! - снова начал он хрипеть, будто неделю в пустыне провел, растягивал слова, как мог. - Почти умираю. Скорее. Не оставь бедного несчастного песчаного метаморфа в беде. Выполни мою последнюю просьбу. Дай немного своей магии...

Закончил он уже лёжа на дне клетки, но во все время прощальной речи, потихоньку отталкивался ногами, чтобы оказаться поближе к Яре.

Она только дотронулась до решетки, а метаморф уже сам проскользнул пальчиком через преграду и ухватился за руку одар'и.

Зелёные нити целительской магии тут же хлынули из ладони Яры, пробираясь к человечку, окутывая его словно в заклинании исцеления. Но расходовался резерв в несколько раз больше, чем даже при самом тяжёлом случае.

Спустя минуту метаморф отпустил Яру. Обернувшись песочным вихрем, просочился словно вода через зазоры, и, собравшись горкой песчинок у ног Яры, стал снова человечком.

Красивым. Черты лица будто бы высечены искусным мастером, без единого изъяна, ровные, правильные. Гладкие песочные волосы волнами спускались к плечам. Фигурка человечка представляла собой мускулистое тело мужчины в миниатюре: крепкие мышцы угадывались под шёлком изумрудной рубашки, из кармашка которой торчал уголок вышитого белого платочка, брюки в тонкую полоску идеально сидели на узких бедрах. Черные блестящие ботиночки так и просились, чтобы с них каждую секунду смахивали любую пылинку. Что, в общем-то, и сделал первым делом метаморф, оказавшись на свободе.

- Будем знакомы. Вейлр. Я песчаный метаморф, - и не дав Яре и слова вставить, добавил. - Можешь ничего не говорить. Про тебя я и так все знаю. Так уж и быть буду твоим фамильяром.

Про песчаных метаморфов, вообще метаморфов, существ способных менять свой облик, давно стёрлись записи в истории княжества. Куда они пропали, ранее в избытке населяя леса Дарсона? Существовали ли они в других княжествах? Давно позабылись и особенности их природного дара.

Что касается фамильяров, то маги частенько брали себе в помощь существ, как правило зверей и птиц, наделяя их своей магией способностью понимать хозяина. Но фамильяр должен походить на своего мага не внешне, а именно, что называется, быть одной крови, близкого характера. Иначе от такой связи одни проблемы будут. По этой причине маги последних поколений так расслабились, что не утруждали себя в поисках надёжного компаньона в виде личного фамильяра.

Представившись, Вейлр обратился к Неприкаянному.

- Мы бы и сами справились, - заявил он ему без тени страха и уважения. - Вы можете отправляться по своим делам.

- Не тебе, песчаник, мне указывать. Вижу я, как ты справляешься. Ещё раз подвергнешь опасности нашу, наложу печать тьмы на неделю. А ты, - Неприкаянный позвал Яру, - не позволяй ему управлять тобой. Не он твой хозяин, а ты его. Мы ещё встретимся, а пока пора покинуть это место. Одар'и, я накину на тебя полог тьмы, чтобы ни одна душа не увидела тебя.

С этими словами он простер вперёд руку, и с неё сорвались темные вихри прямо в Яру, оседая на ее плечах и голове призрачной накидкой.

- Иди, - повелел он.

Вейлр рассыпался песком и плотным облаком из песчинок полетел к двери, нырнув в замочную скважину, щёлкнул замком и отворил дверь.

На улице никого не было. Защита, наложенная Неприкаянным, оказалась излишней.

- Стой, - на свежем воздухе мысли Яры наконец прояснились от всех этих небывалых событий с похищением, с дружелюбным или, по крайней мере, неопасным Неприкаянным, с приобретением редкого фамильяра.

Маленькая песчаная буря сразу стихла, превращаясь в массивное крохотное кресло из золотых песчинок, парящее в воздухе прямо перед лицом Яры, и с метаморфом, развалившимся в нем, сложившим ногу на ногу.

- Ну?

- Мне надо вернуться.

Вейлр тут же вскочил, кресло позади него рассыпалось, заменяясь на овальную плоскость с геометрическими узорами под ножками метаморфа. Будто он стоял на выложенной плиткой с рисунком полу.

- Зачем тебе туда? Этот маг совсем тебе не пара! Ты бы видела его без одежды. Смотреть не на что. Ни мышц, ни изящества. А ещё у него под кроватью носок! Нет, погоди- погоди. Что там ещё было? - он на мгновение задумался. - А! Магия у него слабая, и перед зеркалом он стоит утром по часу! Любуется! - как самый страшный недостаток выдал метаморф.

- Да ну тебя. Мне не Ридан нужен.

Яра развернулась в сторону дома Ридана.

- Ну Яра! Ну, пожалуйста, ну зачем тебе туда? Мы тебе лучше мага найдем. Честно-честно. У меня уже есть один на примете. Отличный парень. А то, что этого пришлось подговорить тебя похитить, внушить ему кое-что, так всё для пользы!

- Это ты хорошо, что рассказал, - Яра замедлилась на откровении Вейлра, но нисколько не передумала и уже поднималась по ступеням на второй этаж в спальню Ридана. - Мы ещё обсудим это.

Сам маг уже лежал на кровати так, будто сильнейшая усталость не позволила ему сменить одежду и расправить постель, и он просто уснул, едва добравшись до подушки.

Внезапно перед Ярой возник тот самый Неприкаянный.

- Одари! Возвращайся к себе! Маг жив, и ему не нужна твоя помощь! Не прикасайся к нему.

- Да что вы всё заладили, - ее почему-то уже не пугала темная фигура Неприкаянного. - Не он мне нужен.

Она пробежалась по комнате, собрала около кресла остатки ожерелья, сложив в свою сумку в отдельный кармашек, заглянула во все ящички. Но не найдя ничего, подошла к Ридану.

- Не трогай его, - преградили дорогу уже оба необычных ее собеседника.

- Что ты ищешь? - спросил Неприкаянный.

- Склянку со снадобьем.

- Проверь карманы, - приказал он Вейлру.

- Так бы и сказала сразу, - не удержался метаморф от ворчания.

Песчаная нить прошлась по одежде спящего Ридана и, выудив стеклянную баночку, услужливо опустила ее в ладони Яры.

- Она, - принюхавшись, оценила добычу Яра. - Теперь можно идти.

- Следи лучше за нашей, - раздалось властное за ее спиной.