Глава 9

ГЛАВА 9

— Ринка, — поморщился учитель, — что за выражения? К твоему сведению, ты теперь глава рода и ничем не уступаешь своему мужу по положению.

— А как вас зовут скажете? А что за род?

— Не сегодня, — покачал головой наставник и я даже как — то вся сникла.

— Тогда даже думать о своем положении не хочу, — надулась я на вредного старика, который седел и смотрел на меня с улыбкой и теплотой во взгляде. — Так за что ты немножечко умертвил королеву?

— Прошло несколько лет, король с королевой жили душа в душу и в тот день когда она сообщила Масину о своей беременности, он был настолько счастлив, что готов был обнять весь мир, а потом положить его к ногам своей королевы. Прошел еще почти год и королева родила двух мальчиков, очаровательных близнецов. С тех пор все изменилось. Король из радостного превратился в вечно угрюмого, королева и вовсе будто сошла с ума, до детей ее не допускали. За крохами приставили смотреть мою жену, мою любимую Нонель.

Очень хотелось раскрыть рот и задать миллион вопрос о его жене, но я крепко сжала губы, еще и ладонью прикрыла. Ясно же, что ничего хорошего с его женой не случилось, раз он был не с ней. И действительно, именно что был. Теперь — то он наверняка с ней и от этого такой счастливый.

— Сама додумалась? — хитро взглянул на меня наставник, а я только кивнула в ответ. — Умничка. Так вот, — продолжил он свой рассказ. — Месяца три все было более менее стабильно. Король — мрачен, королева заперта в своих покоях.

— Чего ж ее заперли? Ее лечить надо было, — закатила я глаза. Вот ведь средневековье! У нее наверное пост родовой синдром и все такое, не сильна если честно, но слышала о том, что случается всякое.

— От такого не лечат, — не согласился со мной наставник. — Она горела лютой злобой, с поразительным упорством рвалась к близнецам искренне веря, что они не должны жить на этом свете.

— Офигеть, — протянула потрясенно.

В моей голове не укладывались слова наставника. Как? Как родная мать может хотеть убить своих детей?! Маленьких, беззащитных крошек.

Теперь я понимала, почему король хотел сообщить правду близнецам наедине. И поняла, от чего наши откровения отложились на день, а то и два. Не каждый день узнаешь такое о матери, которую любил, не видя и не зная и за которую пошел мстить.

— Почему? — подняла на наставника повлажневшие глаза.

— Мы так толком и не поняли, но она постоянно твердила о том, что высшие это плохо, что они безумно сильны и им придется подчиняться. Смеялась в лицо Масину когда он просил ее одуматься, говорила, что не для того вышла из под опеки отца, чтобы вновь кому — то подчиняться. По всему, выходило, что один или два близнеца родились высшими, похожими не на большинство демонов, а на самого императора. И стоит признать, это сила и мощь. Но даже узнав об этом, король не хотел смерти своим детям, а королеву нам переубедить так и не удалось. Ее лечили лучшие лекари и в какой — то момент она пошла на поправку. Ей разрешили видеть детей под присмотром короля, а потом и только под присмотром моей Нонель. Я был против этого, говорил о хитрости и коварстве королевы, но король ослепленный своими чувствами, не желал меня слушать. И за это поплатились я и моя жена.

Наставник замолчал, тяжело дыша, а я не смела ему мешать, знала и видела насколько ему тяжело. Ладони наставника которые он положил на свои ноги, периодически сжимались в кулаки до побелевших костяшек. Мне так хотелось его обнять, сказать, что все в прошлом, что он уже встретился со своей Нонель и счастлив. Кстати!

Стала всматриваться туда, куда всегда оглядывался наставник и начинала понемногу злиться. Вот знаю же, что встретил он свою жену, потому и стремился умереть, а вот почему она не выйдет к нему и не обнимет? Она ведь в отличие от меня может.

— Спасибо, — пропела тихим голосом прелестное создание и подойдя к наставнику, крепко его обняла.

Наставник в ответ вцепился в девушку с такой силой и отчаяньем, что я порадовалась ее бесплотности, иначе бы он ей все кости переломал.

— А за что спасибо? — решилась я задать вопрос через некоторое время и то тихим шепотом.

— Она не могла появляться рядом со мной потому, что меня ты искренне ждала и желала увидеть, а о Нонель даже не думала, — пояснил мне наставник, затаскивая покрасневшую жену к себе на колени.

— После стольких лет разлуки, нам больно расставаться даже на несколько минут, — вздохнула Нонель и смутившись взгляда наставника, спрятала лицо в изгибе его шеи.

— Могли бы и сказать, — буркнула, посмотрев на наставника с укором, а он только сидит и блаженно жмурится, обнимая ту, которую так давно потерял и наконец — то вновь обрел.

— Не мог, — качнул головой. — Тут знаешь ли, тоже свои законы. Но сейчас не об этом. Мои силы не безграничны, а время рвется вперед. Мы с королем были на совещании, когда я почувствовал боль Нонель. Я бежал на пределе своих возможностей, но все равно не успел, — сжал он в объятиях затихшую жену, вдохнул аромат ее волос и продолжил вновь: — Нонель пыталась помешать королеве убить близнецов и приняла на себя несколько ударов. Королева три раза проткнула ее ножом, — наставник говорил тяжело и отрывисто, переживая все заново. — Магии там не было, приказ короля, вот она и решила убить их ножом. Но моя Нонель справилась, не дала четырехмесячных крох в обиду. Когда я увидел как моя любимая безвольно падает на пол, а все ее тело в крови… Очнулся я только тогда, когда от королевы мало что осталось. Король Масин мне не мешал. Думаю, он и сам понимал, что от королевы необходимо избавиться, но сам не мог, любил несмотря ни на что. Но моя победа не была долгой, я убил королеву, спас близнецов от смерти, короля от необходимости казни, но не смог спасти свою жену. Она мне даже вслед за собой уйти не дала, — на последней фразе, голос наставника сквозил неприкрытой болью и обидой.

— Я не могла поступить по другому, ведь знала, сколько погублю судеб, если позволю тебе пойти со мной. Не для того я спасала принцев, чтобы дожив до своего совершеннолетия они в одночасье сгорели от своей демонской магии, — поджала она свои пухлые губы в немом укоре и наставник покорно склонил голову, признавая правоту этой потрясающе красивой, хрупкой, но такой сильной женщины.

— Вот до этого момента мне вроде бы все было понятно. Королева хотела убить собственных детей, вы ей в этом помешали, наставник королеву убил, вас спасти не удалось. Но почему близнецы должны были умереть в день своего совершеннолетия и почему именно тогда? И когда это день наступит? И… уффф, голова снова пухнет от целого вороха непоняток, — пожаловалась, подняв на улыбающихся супругов жалостливый взгляд.

— Умирая, королева кинуло проклятие, но никто не придал этому значение. Ведь на близнецах впоследствии так и не обнаружили проклятия, а оно было, в них, но наложенное не на их тела, а на их магию демонов, — продолжила рассказ Нонель. — Магии во мне никогда не было, зато был не стабильный дар видящей. Видела я лишь обрывки и не всегда вовремя. Пока Ва… мой муж рвал голыми руками королеву, король Масин попытался меня подлечить и я увидела как он посеревший от горя склонился над двумя детскими кроватками в которых угасали две невинные жизни. Увидела как их тельца относят в королевский склеп, как король обезумев от боли потеряв сначала любимую, а затем и детей, пытается распечатать проход к демонам, но ему мешает это сделать его брат, лорд Ревен Фликс. Вражда между ними росла и крепла и в какой — то момент королевство Итании просто перестало бы существовать, умывшись в крови невинных. И я могла изменить это будущее.

— Она запретила мне умирать, — горько хмыкнул наставник. — Сказала чтобы я добился того, чтобы лорд Ревен запечатал в близнецах силу доставшуюся от матери, оставив ту, что досталась от Масина. Велела мне поддерживать короля словом, а его брата делом. Так я стал главным советником короля, взялся за обучение его брата и все мы вместе запечатали в близнецах силу демонов. В день их совершеннолетия блоки бы спали сами. И вот тут начиналось самое интересное, — хмыкнул наставник в каштановую макушку жены. — За время взросления близнецов я должен был снять проклятие с их демонской магии. А вот как сделать это я не знал и ты мне сказать не успела, — тихо шепнул дрожащим голосом.

— Прости, — тихонько шепнула ему в ответ, погладив изящной ладонью, затянутую в рубашку грудь наставника. — Я в тебя верила и знала, что ты найдешь выход сам. И ты нашел.

А я пообещала самой себе, что у меня будет так же, что я дождусь того, кого я полюблю и кто будет любить меня в ответ с той же нежностью, страстью, слепой верой и самоотверженностью.

— Нашел, — подтвердил наставник, почему — то глядя на меня с изрядной долей вины. — Мне нужно было очень сильное существо и я выдернул его из родного мира, только никак не ожидал, что это будет ребенок с душой взрослой женщины. — Прости меня, — добавил едва слышно и в его глазах зажегся огонек надежды.

Вот только на что он надеется? Чего ждет от меня?

— За что? — задала ему самый важный на данный момент вопрос.

— За то, что вмешался в твою жизнь, не спросив твоего мнения.

Серьезно? И всего — то? А я то уж думала, что он сейчас скажет мне что я нафиг ему не нужна, что суждено мне погибнуть чтобы всех спасти и для этого он меня сюда притащил.

— И это все? — уточнила на всякий случай, а получив в ответ осторожный кивок, наставник меня явно не понимал, шумно выдохнула. — Так я не в обиде, — неуверенно улыбнулась, глядя на счастливую парочку. — Вы мне вроде как дали второй шанс на жизнь.

— Я тебе говорила, что она будет не в обиде, а ты переживал, — с беспокойством посмотрела Нонель на наставника. — Нам надо прощаться, ты почти без сил.

— Подождите! — вскочила я с места. — Объясните, каким образом я помогу снять проклятие?

— Оно уже снято, — поднялся наставник на ноги, приобнимая свою жену за плечи. — Проклятие было настолько сильным, что снять его не смог даже я. Оставался один выход, перебить это проклятие чем — то более сильным.

— Наказание за нарушение клятвы рода! — воскликнула, поняв к чему он ведет.

— Именно, — согласился со мной наставник. — Когда я убил королеву и потерял свою Нонель, вся королевская семья поклялась моему роду в вечной помощи и непричинени вреда. А нарушение этой клятвы выжгло проклятие королевы, но вместе с ним и магические каналы, без которых не выживет один из принцев и потянет за собой второго.

— А мне, как понимаю, предстоит их наращивать, восстанавливать и прокачивать, — кивнула своим мыслям. — Ту записку близнецам подкинули вы?

— Тебе надо идти, — не своим голосом заговорила жена наставника и ее остекленевшие глаза уставились прямо на меня. — Спеши. Не бери ничего кроме кулона, иначе потеряешь время, не выходи из дома иначе найдешь свою смерть, не сомневайся в своих силах, ты все сможешь.

— Тебе пора, — вложил наставник в мою ладонь голубой кулон на тонкой цепочке и я прикрыла глаза от удовольствия, впервые за несколько дней почувствовав прикосновения знакомых рук. — Лучше бы тебе ее послушать, Нонель никогда не ошибается.

— Мы еще увидимся?! — крикнула вслед тающим фигурам.

— Мы рядом пока нужны тебе, — тихо прошелестело над ухом и в мое восприятие мира ворвались звуки и запахи, а еще ощущения, не очень приятные.

Первое что сделала, выпучила глаза и согнулась от боли в животе. Правое предплечье обожгло болью, прострелило правую лодыжку, в левое бедро по моим ощущениям вогнали раскаленную железяку. Пальцы отказались двигаться, голова непрерывно пульсировала жуткой болью и в довершение ко всему на спину вылили кипяток.

Пришла в себя от удара, на этот раз реального. Не выдержав ощущений, что транслировала мне моя связь с… а с кем собственно связь? С птицем! Ну кто бы сомневался! Из — за кого еще я могу со всего маху упасть лицом в пол?! Для верности поднялась и осмотрела свои руки, ни сантиметра повреждений, ни капли крови, это радовало. Удручало другое. Прямо сейчас, кто — то от души мутузит птица.

— Защита! — пискнула севшим голосом и вылетев из пещеры, открыла портал в домик наставника, если он действительно решил в наглую сломать защиту домика, то спасти его вряд ли получится.

«Прежде чем лезть в порталы их всегда надо проверять!»

Слова наставника были последним, что я вспомнила, вылетев из портала в настоящее адское пекло. Взломом защиты тут явно не обошлось.

Ревущее пламя со всех сторон и обжигающая боль, все длящаяся и длящаяся, я снова выпала из времени на какой — то момент, сконцентрировавшись на своей боли, на этот раз уже не фантомной. Смотрела в каком — то отупении на то, как обгорает моя плоть, как кожа на хвосте вздувается пузырями, запах паленых волос, ком в горле. Почему я горю и не сгораю? И боль… она есть, но много меньше той, что должна. Почему я еще жива?

Жуткий звон в ушах.

— Марина!!! — столько боли и отчаянья в этом крике.

Он все таки напрочь снес защиту и сейчас полезет в самое пекло, а ведь птиц только после боя с неизвестными и истощен после взлома защиты, чудо уже то, что он держится на ногах.

Человек привыкает ко всему. Я не стала исключением, не знаю, сколько времени мне понадобилось, чтобы принять боль и привыкнуть к обгорающей коже, но я смогла взять себя в руки. И все же, как наставник меня не гонял, а к реальному нападению я готова не была.

Сквозь зубы прошептала обезболивающее и успокаивающее заклинания. Сразу же отпустило и голова стала мыслить более ясно.

— Марина!!! — очередной отчаянный крик, уже совсем рядом.

Если он откроет двери, то в живых не останется, такое сильное пламя даже пепла от него не оставит. Был бы он внутри, на него бы распространялась защита и все же, вовремя мы с наставником вплели в защиту мою магию исцеления.

Полностью отпустила свою силу и наложила на весь дом запирающее плетение, теперь птиц сюда не попадет. Бесит он меня конечно, но если что, я его и сама прибью. И вообще, он мне еще лабораторию не подарил, учиться не определил и лицо свое не показал!

Огонь потихоньку затухал, но все равно был еще слишком сильным, а я не могла найти его источник. Птиц продолжал метаться вокруг дома, выкрикивая мое имя и пытаясь взломать защиту. Последние несколько минут он уже не кричал, а хрипел. Я бесилась и если бы не пламя, стирала бы со щек злые слезы. Ведь я как не пыталась, не смогла ничего прокричать ему в ответ, огнем, раз за разом повреждались восстанавливающиеся связки, получалось только шептать.

В итоге, источник я нашла, огонь шел из под земли, единственного уязвимого места, ведь на землю защиту мы не накладывали. А тот кому огонь подчинялся был необычайно силен или же выпил не одну жизнь, но в любом случае, его силы уже на исходе, как в принципе и силы затихшего птица. Надеюсь, с ним все хорошо и он еще немного потерпит, пока я сплету абсолютную защиту.

Я не жалела сил, их было много, а мне помогала сама природа. Я не уменьшала свою силу боясь быть пойманной, щедро вплетала в защиту магию наставника, подпитывала все злостью на неизвестного. Если бы не наш с наставником случайный эксперимент, ничего бы не восстанавливалось, все бы сгорело за несколько секунд.

Стоило только стряхнуть плетение с пальцев, как огонь мгновенно затух, оставляя после себя обожженное дерево стен, оплавленные пузырьки с зельями, обгоревшие головешки пучков высушенных трав и мою обгоревшую кожу. Не видя я что все восстанавливается на глазах, а в первую очередь я сама, уже давно бы скатилась в истерику. Хотя, нет, не скатилась бы. Позже очень может быть, но не тогда, когда у меня под окнами валяется полудохлый птиц.

Кстати о нем, пойти бы полечить болезного, а то его боль пробивается ко мне даже сквозь заклинания которые я на себя навешала. Лорду Фликсу много больнее сейчас, чем было мне несколько минут назад.

Дождалась своего полного восстановления. Обсмотрела каждый пальчик, ощупала лицо, проверила хвост до самого кончика, в довершении подергала себя за растрепанную косу и расплывшись в улыбке поползла к дверям, сразу же распахнув их настежь. Я теперь почти что феникс! Чего мне бояться?

Через секунду я так уже совсем не думала, кряхтя и матерясь выползая из под тушки птица.

Выползла, перевернула и уперев руки в бока, уставилась на его неизменный капюшон и улыбающиеся губы.

— Ты… — едва прохрипел, протягивая ко мне свою дрожащую руку.

Я покивала, мол да, я, собственной персоной, начинай орать. А он взял и разорвал все мои шаблоны.

— Живая, — выдохнул тихоньки. — Моя Змейка, — добавил еще тише и вырубился, надсадно дыша.

Нет, я конечно так же как и любая приличная девушка когда — то мечтала о том, что упадет прекрасный принц мне в ноги и как начнет в любви признаваться. И вот, пожалуйста, исполнение моей мечты, но ее ж пернатый исполнял и естественно, где — то, когда — то и почему — то, что — то пошло не так.

Упал мне в ноги и не беда, что промахнулся на полметра и едва не задавил меня своей тушей, а с виду задохлик задохликом. Признался в любви — с этим пунктом можно поспорить. Нет бы промолчал, так он меня еще и змеей обозвал. И чего спрашивается я ему плохого сделала?

Опустила глаза на этого горе принца или как его там по титулу и заковыристо выругалась костеря себя на чем свет стоит. И опять мне никто не виноват, опять я сама косячу и подставляю себя под клетку в лаборатории, в которую меня обязательно запихнут и разберут на декокты и зелья! А все по тому, что валяющийся на пороге птиц трепетно и нежно обнимал кончик моего хвоста. ХВОСТА!!!

Дура несчастная! Переборщила с силой заклинания и успокоила себя по полной, лишив мозгов и чувства самосохранения. Вместо этого с лихвой отсыпав мне нездорового чувства юмора.

Сняла с себя успокаивающее заклинание, пошатнулась от вновь нахлынувшей боли птица, приглушила ее немного, вернула себе ноги, затащила хрипящего птица в дом, ибо так Нонель сказала. Раз мне нельзя выходить из домика, то птиц идет со мной внутрь!

На кровать его затащить у меня не получилось, слишком уж он тяжелый, а вот его ухудшающее состояние мне совсем не нравилось. Да и восстанавливающая магия дома на него не действовала. Интересно почему? Может из — за того, что свои повреждения он получил вне дома? Надо будет позже обязательно изучить этот вопрос. А сейчас собралась и лечи пернатого, если он помрет, король меня точно казнит.