68

Я обернулась и под развалившейся горой хлама увидела небольшой стол на одной ножке. На нем под стеклом лежал меч. Очень интересное оружие: металл клинка был в красивых, выеденных какой-то кислотой разводах, с рукояти повыковыряли драгоценные камни, а острие лезвия вообще было обломано.

– Ммм… – многозначительно изрек Аксель, рассматривая экспонат на выцветшем красном бархате.

– Впечатляет, да? – ехидно спросила я.

– Невероятно, – согласился Аксель. – Что там с ним надо делать, говоришь?

– Ммм… «…И темная кровь коснется светлого клинка, снимая пелену с безумных глаз», – вспомнила я.

– Красиво. У вас все проклятья такие поэтичные?

– Нет, это вольный перевод. Как правило, проклятья звучат более емко и менее цензурно, – невозмутимо ответила я.

– Ладно, давай покончим с этим. Как раз успеем на ужин во дворец… – пробормотал принц, цепляя стекло витрины найденным тут же ножом.

Следующие полчаса прошли под пыхтение принца, который пытался расковырять прибитое насмерть к столу стекло. Я слышала что-то про «криворукие фанатики», «безмозглые неучи» и «бездарные маги». Даже попыталась предложить свою помощь, на что получила сердитое шипение.

Короче, в конце концов, конечно, принц победил эту штуку. Ну как победил – взял ближайший тяжелый предмет и раздолбил витрину со всей дури.

– Я, конечно, в светлой магии не сильна, но, может, можно было как-то менее радикально? – осторожно поинтересовалась я, прислушиваясь, не несется ли к нам радостная мантикора.

– Нет! – рявкнул Аксель. – Эти идиоты наложили кучу светлых заклинаний, и за столько лет они склеились меж собой насмерть!

– Оу. – многозначительно сказала я, немного успокоенная тем, что никто не спешит нас сожрать.

– Ладно, что дальше? – буркнул парень, осторожно беря клинок в руки.

А в следующее мгновение у меня глаза полезли на лоб – рука Акселя начала натурально дымиться, но светлый будто и не замечал этого, а лишь вопросительно смотрел на меня.

– Рука! – воскликнула я.

– Что? – не понял парень.

Я в один прыжок оказалась возле него и вырвала злосчастный клинок из руки. И только в этот момент парень почувствовал боль. Он не издал ни звука, но побелел, как полотно, медленно посмотрел на свою руку и глубоко-о-о-о вдохнул.

– Ну, в принципе, за пару недель целитель справится, – произнес он, рассматривая жуткий ожог.

Я же бестолково заметалась по помещению, ища, чем бы перевязать его ладонь. Будучи темным магом, я никогда в жизни не имела счастья сталкиваться с целителями, зато прекрасно представляла, чем может обернуться необработанный ожог.

В конце концов пришлось отодрать кусок от моей нижней рубашки и промыть рану парня остатками воды из бурдюка, прихваченного в домике ведьмы. К чести светлого, он даже не поморщился, пока я возилась с его рукой, лишь хмуро заметил:

– Теперь из меня так себе мечник. Левой я владею многократно хуже. И если ситуация покажется мне действительно опасной, я применю магию.

– И тогда ситуация станет еще опаснее, – заметила я.

– Не факт. Но ты должна мне пообещать кое-что?

– Если ты опять про свадьбу, то честное слово, я сейчас тебя прибью.

– Нет, – покачал головой парень. – Просто пообещай. Это никоим образом не касается наших отношений.

– Ладно…

– Если я скажу бежать – беги. Беги и не оглядывайся. Поняла?

– Аксель…

– Ты пообещала, – оборвал меня светлый.

Я упрямо поджала губы.

– Помни об этом, – добавил парень.