Глава 50

Даша.

Прихожу в себя на чужой постели. Перед глазами — белое марево.

Реальность в один миг обрушивается на меня страшными картинами. В ушах гулом звучит тот самый роковой выстрел. И больше ничего не вижу и не слышу. Больше ничего, в сущности, уже и не важно.

— Где я?

Еле разлепляю запекшиеся, искусанные до ран губы.

— Мы с гостинице, Даша, — Санников тут же с беспокойством склоняется надо мной.

Я ведь его почти не знаю. Все, что о нем помню, это то, как он приставал ко мне на каком-то приеме. И как Влад врезал тогда ему в челюсть.

Кто он? Друг или враг? Я могу доверять ему или он перейдет на сторону тех, кто предал Влада?

Хотя… Какое это уже теперь имеет значение?

— Как ты себя чувствуешь?

— Разве я могу что-то чувствовать? — пытаюсь криво усмехнуться. Но от этой попытки так горчит во рту, что сдавливает горло. Я могу чувствовать только одно. Как снова и снова меня выворачивает на части. Вместе с мясом сердце выдирает. И раскалывает его на миллион кровоточащих частей.

— Даша. Ты можешь подняться? Двигаться? Ходить?

— Наверное, да.

Странный вопрос. Я ведь не пострадала физически. Значит, могу, конечно. Только зачем? Ради чего?

— Даша.

Кажется, Санников злиться. Такое ощущение, что сейчас снова, как и тогда, еще в доме, сожмет плечи и начнет трясти. По крайней мере, я явно вижу, что он готов взорваться. Но и на это мне уже наплевать.

— Ты должна подняться. Должна одеться…. Вот в это, — тычет пальцем вверх на какое-то развевающееся сверху, прямо над моей головой, белое кружево.

— Чтооооооо? — наконец до меня доходит.

Это свадебное платье.

Это какой-то бред. Параллельная реальность, в которой все сошли с ума.

— Так хотел Влад, Даша. И я дал ему слово. И ты. Ты тоже дала. Ты обещала ему сделать так, как он хочет. Я и сам не горю особым желанием отправляться сейчас на такие церемонии, тем более, быть в них главным участником. Но я не изменю слову, данному другу. И ты не изменишь. Я не позволю. Затащу тебя туда, даже если будешь брыкаться.

— Что? Свадьба? С тобой? Нееееееет!

Сжимаю кулаки, чувствуя, как щеки обжигает кислотой горячих слез. Будто кран какой-то там открыли. И уже не остановить.

— Нет!

Луплю кулаками по постели, поднимаясь.

Это самый страшный сон.

Как?

Как после всего, что случилось, я могу выйти замуж? Тем более, за другого? Это бред. Бред, бред, бред! Самый худший, самый страшный из всех возможных! Это хуже предательства! Хуже, чем нарушить данное Владу слово! Это равноценно тому, чтобы самой вонзить в его сердце нож и еще прокрутить его там, внутри, несколько раз для верности! Я не могу! Это невозможно!

— Даша.

Санников вздыхает. Усаживается рядом на постели. Ловит мои руки, сжимая их.

— Так хотел Влад. Он просил меня об этом еще раньше. Посмотри. Он сам выбирал это платье. Для тебя. И эти кольца.

Вырываю руки. Закрываю лицо руками.

Сам. Сам выбирал!

От этого становится так больно, что ребра сжимаются.

Сам выбирал и только он сам, он, единственный, мог быть рядом со мной, когда я это платье надену! Только он!

— Даша.

Санников терпеливо пытается в чем-то убедить. Приобнимает меня, осторожно, даже как-то неловко.

— Послушай. Влад непростой человек, и жизнь у него непростая. Да ты и сама это уже, конечно, поняла давно. У них сейчас начинается серьезная война. То, что ты видела, боюсь, только ее начало, а вовсе не конец. Все, о чем думал Влад, это ты. Ты, Даша, понимаешь? Ты для него самое главное! Он хочет тебя сберечь. Обеспечить полную безопасность. И для этого есть только один выход. Ты выйдешь за меня замуж. Той, кто носит мое имя, ничего не грозит, можешь мне поверить. Это самая надежная на сегодняшний день защита, которую Влад мог бы тебе дать.

— Зачем?

Я не понимаю.

Зачем мне защита? Если он…

— Даша! — Санников чуть не рявкает. Видимо, его терпение не так уж безгранично. Вижу, еще немного, и точно начнет трясти. — Я пообещал Владу, что ты станешь моей женой, и я увезу тебя отсюда. И я это сделаю. А ты… Ты должна не быть эгоисткой. И думать не только о себе, но и о ребенке. О его ребенке, Даша, которого ты носишь в себе! Ради него! Ради них обоих! Вот зачем!

Ребенок…

Вздрагиваю, чувствуя, как глубоко внутри все дергается.

Я бы все отдала за то, чтобы это было правдой. Но… На самом деле меня просто вырвало от нервов. Иначе разве я бы не чувствовала в себе новую жизнь?

— Пока ты спала, тебя осмотрел врач, Даша. Результаты анализов уже готовы. Ты беременна.

О, Боже. Не верю. Не могу поверить в такое!

И снова слезы брызгают из глаз, заливая собой всю шею и грудь.

Ну почему? Почему не он сейчас рядом?! В такой момент…

— Ты должна. Должна собраться, Даша, — голос Санникова уже как в тумане. — Пусть не ради себя. Но ради ребенка. И…

Взъерошивает волосы. Рвано. Резко Нервно.

— И, знаешь. Влад Север пережил тысячи, нет, миллиард передряг. Он в таком дерьме побывал, из которого не возвращаются. По сравнению с которым все это — цветочки. Он же хитрый черт, который умеет все вывернуть, все подать так, как ему надо. Так, что никто и не догадается, что там, за иллюзией, за картинкой, которую он для всех создал. Все возможно, Даша. Когда имеешь дело со Владом, ничему нельзя верить. Особенно тому, что видишь. Я не удивлюсь, если он однажды появится у нас на пороге. И еще морду мне расквасит за то, что я вчера тебя раздевал.

Пытаюсь улыбнуться, но выходит совсем слабо.

Да. Влад такой. Он способен всех обвести вокруг пальца. Но…

Я ведь видела все собственными глазами!

«Глазам не верь. Ушам своим не верь. Верь только одному, Даша. Ты — здесь…»

И сердце его, под моими руками.

Чувствую ли я, там, в сердце, настоящую пустоту? Ведь и он в моем сердце, а, значит, оно давно бы остановилось, если бы…

— Хорошо, Стас. Я надену это платье. Я сделаю все, как ты скажешь. Как хотел Влад.

Я не знаю, есть ли у меня надежда.

Очень хочу ухватиться за нее, как за соломинку. И в тоже время безумно боюсь даже думать о ней. Ведь она может рассыпаться прахом, и тогда будет в миллионы раз больнее.

Я просто не буду думать. Ни о чем, кроме одного. Нашего ребенка, ради которого я готова на что угодно. Не только выйти замуж, но и затолкать вовнутрь свою безумную боль, сдирающую с меня кожу.