Глава 8

Полина.

— Полина, ты меня слушаешь?

Юлин голос вырвал меня из происходящего. И оторвал от стального взгляда.

— Конечно, Юль.

Я улыбнулась. Но улыбка получилась, слишком натянута.

— Поля, ты как себя чувствуешь? Что-то ты бледная стала.

Взволновано говорила она, а у меня плыли круги перед глазами, пока я не провалилась в темноту.

Кто-то сжимал мою руку, поглаживая. Я открыла глаза и знакомая пара серых глаз, смотрела на меня сверху вниз. Нависая надо мной. Голова была как в тумане. Губы пересохли, и не было возможным произнести и звука. Боковым зрением я увидела подбегающую Юлю со стаканом воды. Я попыталась подняться. Но попытка не увенчалась успехом.

— Полин, как ты себя чувствуешь?

Стальным голосом с нотками тревоги спросил Вольнов. Не отпуская моей руки.

— Голова кружится.

Прошептала я, одними губами.

Юля протянула мне стакан воды и с тревогой смотрела на меня. С каждым глотком, силы возвращались все больше и больше. Наполняя меня энергией. Я не могла понять, что произошло и почему я на полу. Я с усилием подняла глаза на Юлю. Она стояла бледная, как стена.

— Юля, что случилось?

— Поля, ты потеряла сознание, хорошо, что Марк Игоревич оказался рядом и приводил тебя в чувства. Потому что я могла только бегать с воплями, вокруг тебя.

Я улыбнулась и продолжила дальше свой подъем, непроизвольно цепляясь за руку Марка. Он помог мне полностью встать на ноги и посадил на стул. Тело продолжало меня не слушаться и если бы не он, я бы точно опустилась снова на пол.

— Полин, давай в больницу?

С беспокойством спросила Юля. Я отрицательно покачала головой.

— Юля, я сейчас вызову такси и поеду домой.

Голос Вольнова прорезал наш диалог.

— Полин, мы едем в больницу. Я тебя отвезу. Нужно убедиться, что с тобой все хорошо.

— Не нужно, все хорошо, это от усталости, наверное.

Он смотрел на меня с прищуром, словно прокручивая шестеренки в голове.

— Это не обсуждается, мы едем. Я сейчас заберу свои вещи и подойду.

Юля стояла рядом и мялась, не зная, что ей делать. Вольнов, будто почувствовал ее напряжение.

— Юля, можешь поехать с нами.

Я увидела облегчение на ее лице. А Марк отошел, где пустовал стол, за которым он сидел ранее. Брюнетки уже не было. Она растворилась, словно мираж. Может это и был мираж. Я вдохнула и постаралась встать, но не успела. Сильные руки подхватили меня. А я только почувствовала знакомый запах цитруса и растворилась в нем. Юля бежала на каблуках за нами, неся мою сумку. Мое тело было как ватное. Я лишь почувствовала что-то, когда мне помогали надеть пуховик. Мы вышли на улицу. Рядом с рестораном стоял припаркованный большой, черный внедорожник. В машинах я никогда не разбиралась. Но эту запомнила. Вольнов открыл дверь спереди и посадил меня. Юля залезла сзади, все, спрашивая как я. Марк обошел машину и сел рядом. Это был какой-то сон.

Мы тронулись в сторону больницы, я немного расслабилась и прикрыла глаза. Иногда было слышно, как Юля с Марком переговаривались. И тема их обсуждений была я. А у меня не было сил ответить им. Я сидела, вдыхая запах цитруса и кожи салона. Машина затормозила, и я открыла глаза. Всеми известное здание больницы приветствовала своей вывеской. Я поморщилась и расстегнула ремень, не помня даже, как застегивала его, а может это делала не я.

Марк вышел и открыл мою дверь. Юля стояла уже рядом с тревожным взглядом. Он помог мне вылезти и, придерживая за талию своими мощными руками, повел в сторону главного входа. Больница встретила нас светлыми коридорами, холлом и запахом лекарств. Меня отвели на осмотр и сдачу анализов, а Марк с Юлей остались ждать в холле. Когда со всеми процедурами было покончено, нам сказали немного подождать. Меня должны были позвать.

— Полин, я так испугалась за тебя.

Прошептала Юля. И я увидела искренность в ее глазах и взяла ее за руку.

— Спасибо, что помогла.

Марк следил за моими действиями и молчал. По его взгляду я поняла, что он тоже ждет благодарности.

— Марк Игоревич, спасибо вам за помощь и за то, что привезли в больницу и настояли на этом.

Я специально обращалась официально, чтобы не возникало вопросов. Он лишь кивнул головой и отвернулся. Через несколько минут меня позвали в кабинет врача. Я неспешно пошла, оставляя Вольнова в состоянии задумчивости. Какой он и был весь вечер.

Женщина средних лет сидела с моими анализами и обследованиями. Она указала на стул, рядом с ее столом и я села. Шел длинный монолог, меня уверяли, что со мной все в порядке. А это была реакция организма. Но в моем состоянии нужно быть осторожней. Я кивала как болванчик, не сразу сообразив, о чем говорят, о каком состоянии.

— Простите, а о каком состоянии вы говорите?

— Ну как же.

Немного возмутилась врач.

— Вы беременны.

Я забыла, как дышать, лишь в голове пульсировали ее последние слова. Я сделала глубокий вдох, выслушав еще кучу наставлений про правильный образ жизни, витамины и много всего. И о том, что мне нужно отлежаться несколько дней минимум и никаких стрессов.

Я вышла повторно на ватных ногах. Вольнов посмотрел, словно чувствуя. Но Юля опередила его с вопросом.

— Поль, ну что сказали?

Спросила она, заглядывая мне в лицо. Я сглотнула ком, который образовался в горле и немного приврала.

— Сказали, что это из-за утомляемости и стресса. Последнее слово было предназначено Вольнову. На что он перевел взгляд в сторону. Делая вид, что мой стресс к нему не относится. Может так и есть для него. Я взяла себя в руки, теперь главное спокойствие. С этого дня я не имею ни малейшего права доводить себя и изводить нервами. Я боковым зрением смотрела как Вольнов идет рядом, придерживая меня за локоть. Словно электрический ток проходился по этому месту. Что же мне теперь делать? Я вздохнула и подумала, что время покажет и расставит все на свои места.

Он снова подвел нас к машине и открыл дверь. Я не торопилась залазить. Юля стояла рядом.

— Марк Игоревич, спасибо, но вы и так сделали очень много, мы уже на такси доберемся.

Юля рядом в знак солидарности, махнула головой, поддерживая мою идею. Вольнов развернулся ко мне всем корпусом и посмотрел со сталью в глазах.

— Полина, садитесь в машину, у меня и так был сложный день, чтобы спорить.

Пришлось выполнить просьбу, и мы сели снова на свои места. Только я уже сидела не в бессознательном состоянии. Вольнов приземлился рядом за руль и попросил продиктовать адреса. Было решено отвезти Юлю первую, а потом меня.

Юля притихла на заднем сидении, отправляя кому-то сообщения в телефоне. Я даже догадывалась кому. Как же замечательно, что они с коммерческим решили попробовать создать отношения. Я задумчиво смотрела в окно, расположившись на широком сидении и думала над словами врача. Теперь все будет по-другому. Я повернулась и посмотрела на Вольнова. Он с непроницаемым лицом вел автомобиль. На светофоре мы остановились и почувствовав мой взгляд. Марк повернулся и посмотрел на меня. Сильное чувство вины на долю секунды проскользнуло в его глазах, и мы снова тронулись. Все ближе и ближе подъезжая к Юлиному дому.

Притормозив у Юлиного дома, я попрощалась с ней, обещая написать, как доберусь домой. И клятвенно заверила, что чувствую себя намного лучше. Она улыбнулась и скрылась в недрах подъезда. Мы остались с Вольновым одни. Напряжение росло, словно электрический ток. Марк не торопился ехать, а я не имела права торопить его. Он выдохнул и автомобиль тронулся. А я вжалась в кресло, словно ища защиту. Он молчал, продолжая сосредоточенно вести автомобиль. А я сидела рядом, словно мышь, боясь пискнуть. Его мощная энергетика, давила на меня и гипнотизировала. Мы ехали не спеша, а молчание так и затягивалось.

Марк.

Кто бы мог подумать, что сегодняшний вечер я проведу сначала в ресторане, потом в больнице, а сейчас в одной машине с Пчелкиной. Ничего не предвещало неприятностей. В ресторане следил за каждым ее движением, за улыбкой, за тем как она смеялась. И невольно улыбался сам, несмотря на то, что рядом сидела Милана. Из моего облачного состояния вывел крик Юли, которая кинулась к Полине. Не помня себя, за считанные секунды я оказался возле их стола и подхватил Пчелкину на лету. Она была белого цвета и без сознания. Я так испугался, что кровь хлынула к вискам, а дыхание сбилось. Юля еще подливала масла в огонь, своим ультразвуком и паникой. К счастью все обошлось и в больнице это подтвердили.

Нужно было начать диалог. А я не знал, что сказать. Она явно ждала от меня каких-либо объяснений. А я не находил нужных слов. Мучил себя, и наверное ее тоже. Но выбор уже был сделан, как бы это печально не звучало. Мы ехали по заснеженной дороге, а легкий шум радио немного разбавлял напряжение.

— Нам тут налево

Резко сказала Полина, всматриваясь вперед. Я последовал ее указаниями и вскоре припарковался возле, непримечательной пятиэтажки. Она расстегнула ремень безопасности и потянулась к двери.

— Сиди, я помогу.

Пчелкина оставила свои попытки выйти и ждала, пока я обойду машину и открою ей дверь. Я помог ей выйти и повел в сторону подъезда.

— Спасибо, Марк, дальше я сама.

— Еще чего, чтобы ты на лестнице потеряла сознание, до дверей доведу.

Она смотрела на меня во все глаза. Я подхватил Полину под локоть и пошагал, почти неся ее на одной руке, в сторону подъезда. Она пыхтела, но не вырывалась. В подъезде была кромешная темнота и Пчелкина, наученная многолетним опытом, достала из сумки телефон и подсветила фонариком.

— Какой этаж?

— Третий

Сказала она, карабкаясь по лестнице первая, я следовал за ней шаг в шаг. Полина открыла дверь и включила в прихожей свет, повернувшись ко мне.

— Марк спасибо большое, за помощь.

Она говорила с намеком на то, что мне пора уходить. А я как назло продолжал стоять.

— Полина, думаю, нам нужно поговорить.

Она вздохнула и отошла в сторону, пропуская меня. Я зашел в крошечную квартирку, размерами не больше моего кабинета. Со старым ремонтом и мебелью, менянной минимум лет двадцать назад. Увидев, как я рассматриваю ее жилище, Полина смутилась.

— Марк, может чаю

— Не нужно.

Я присел на диван, заготавливая свою речь. Хотя она была готова достаточно давно.

— Я понимаю, как выглядит, то, что я пропал сразу после новогодней ночи. Есть определенные причины.

Пчелкина медленно подошла к креслу и присела на него. Звук скрипа пронесся по всей квартире.

— Причины? Я?

С тревогой в голосе спросила она.

— Нет, Полина, причина не в тебе, ты замечательная девушка, но мне не нужны серьезные отношения. То, что было между нами в ту ночь — это какой-то порыв страсти не более. Не хочу, чтобы ты чувствовала себя виноватой или накручивала себя.

Она гордо подняла голову и посмотрела на меня с вызовов. Но в глазах читалась такая боль, которую не скрыть ничем.

— Марк, еще раз спасибо, за помощь.

Это был явный знак, что мне пора. Я встал с дивана, и прошел к выходу. Не обернувшись. Полина так и осталась сидеть в скрипучем кресле. А я возненавидел себя в очередной раз. За свою душевную слабость. За ту боль, которая читалась в ее глазах.

Полина.

Как только захлопнулась дверь, я начала тяжело дышать, не давая слабину снова разрыдаться. Тем более в первую очередь, я должна думать о ребенке. Вот, наивная, я еще ему хотела сказать о беременности. А ему не нужны ни отношения, ни соответственно я и ребенок. Я машинально погладила еще плоский живот.

— Ничего, малыш, мы справимся сами.

Сказала вслух и направилась на кухню. Аромат парфюма с цитрусовой ноткой витал в воздухе, и я больше не желая чувствовать этот запах, открыла все окна. Вместе с открытыми окнами, я закрыла свое сердце для Вольнова. От которого раньше сходила с ума. Я взяла телефон, собираясь написать Юли, как увидела на дисплее сообщение с неизвестного номера.

— «Добрый день, я по объявлению, ознакомился с вашим портфолио и хотел бы заказать у вас картину»

Совсем забыла, несколько дней назад, я решила выставить объявление для дополнительного заработка. Еще волновалась, получится, найти заказчиков или нет. И сегодня выяснился тот факт, что я уже не одна, а нас будет двое. Лишние деньги, нам не помешают. Я расплылась в улыбке, вот мой первый заказчик. Я налила себе чай и ответила на сообщение.

— «Добрый день, как я могу к вам обращаться? И какую картину вы хотели бы заказать?»

Написала сообщение и села в ожидании ответа. Ждать долго не пришлось.

— «Меня зовут Герман. Пример картины я вам сейчас отправлю. Картина будет дариться на юбилей. По срокам, через две недели должна быть готова. За картиной приедет мой брат и сразу все оплатит, если будут какие-то вопросы, звоните, не стесняйтесь»

Следом за сообщением прилетел портрет кучерявой рыжей собачки, смотрящей с грустными глазами и бантом на голове. Ну, с этим я точно справлюсь.