Глава 29. Победителей судят?
Не позволю испортить мой триумф!
В победе я даже не сомневаюсь, и не боюсь штрафных баллов, у Солара их намного больше, а одна не пройденная контрольная точка перечеркивает все. Да он и сам знает, что продул по всем статьям. Ехидно улыбаюсь, слушая подозрительную тишину в эфире.
Черный скайрос, блеснув габаритными огнями, приближается к моему, и в общем канале раздается голос Рейна:
– Господа студенты, говорит наставник Академии Астральных Искусств Рейн фон Аделхард. Мероприятие окончено, всем виновникам торжества и им сочувствующим следует немедленно прибыть на посадочное поле академии для объявления результатов, – его голос не только звенит металлом, но сочится сарказмом.
А не смыться ли мне домой, пока еще не поздно? Модуль маскировки мне помо… А нет, поздно!
«Хокк 9000» буквально взрывается сигналами системных сообщений: «Произведен захват судна! Все системы заблокированы!»
Морщусь и отключаю сирены. Ничего уже не поделать, я в направленном гравитационном поле, и не выйдет из него вырваться даже микропрыжком. Впрочем, остатки того, что было болидом Дастина Солара, постигает та же участь, и мы уныло тащимся следом.
– Астрального демона тебе в задницу, Аделхард! – в гневе ударяю кулаком по панели руками.
– Поосторожнее с выражениями, принцесса! – по приватному каналу приходит неожиданный ответ… кхм! Мужа.
– Ты еще и подслушиваешь?! Как смеешь?
– Советую придержать язык, Арелия. Я зол, как сто тысяч тех самых демонов, и не настроен терпеть твои выходки. Могу и передумать…
– О чем ты, канис тебя…
– Ты хоть когда-нибудь думаешь о последствиях собственных поступков? – перебивает меня Рейн. – Если нет, самое время выработать столь полезную привычку. Все просто: сначала думаешь, потом открываешь рот.
Теперь его голос звучит устало, и я проглатываю очередное ругательство. Подавив негодование и злость, прошу:
– Рейн, позволь мне довести дело до конца и поставить точку в споре с Дастином. Если сейчас все замять, получится, что я зря рисковала. Этот гад не признает своего поражения, даже несмотря на то, что у моей победы добрая сотня свидетелей.
С нарастающей тревогой слушаю зловещую тишину в эфире и не выдерживаю:
– Так ты позволишь мне одержать победу над Соларом, Рейн? – слова звучат с надеждой, и я стискиваю кулаки, ненавидя себя за это.
– Я думал над этим, но ты то и дело подталкиваешь меня к отрицательному решению, – наконец отвечает мне муж.
Да он что, издевается?!
Приходится проглотить целую пинту собственного яда, прежде чем получается выговорить то, чего он так ждет:
– Рейн, пожалуйста.
– Что ты сказала, Ари? Какие-то помехи в эфире. Повтори, пожалуйста, громче.
Прикрыв глаза, принимаюсь глубоко и размеренно дышать, вспоминая непростые уроки, которые не раз преподавал мне отец. Только вот подчиняться Адолфо Кастильеро было куда легче. Его власть в галактике была чем-то само собой разумеющимся, и я не испытывала настолько сильного внутреннего бунта, как сейчас.
Ну берегись, Аделхард! ты не понимаешь с кем связался. Звезда Смерти? Пф! И на тебя найдется управа! Я обязательно придумаю, как отомстить тебе за это унижение.
– Рейн, пожалуйста. Мне нужна эта победа, – наконец выжимаю из себя я.
– Подумаю до посадки, – коротко бросает он и отключается.
Кожей чувствую, что его больше нет в эфире, и резко выдыхаю. Виски отзываются болью, и я позволяю себе грязно выругаться, снимая излишки напряжения. Нанятые отцом инструкторы за подобное называли меня «солдафоном». Пусть так. Солдафоном мне нравилось быть больше, чем строить из себя высокомерную Звездную Леди на очередном приеме среди расфуфыренных кукол.
Летим мы до тошноты правильно и… медленно. Нас обогнали все, кто смотрел наш заезд на Свалке, и скрылись из вида. Откинув спинку кресла в положение «лежа», с нетерпением жду окончания этого нуднейшего полета. Наверняка моя почившая бабуля летала быстрее! Как Рейн с такими навыками, вообще, может преподавать пилотирование боевого модуля? Тьфу!
Когда самыми последними прибываем на посадочное поле академии, там уже ждет сюрприз: толпа зрителей. Здесь были те, кто летал на Свалку, и те, кто смотрел трансляцию. Наособицу от них стоял Итан Солар. Очень недовольный Итан Солар.
Первой выбираюсь из болида и наблюдаю, как Дастин пытается сделать то же самое, выбивая заклинившую дверцу ногой. Итан Солар буквально прожигает его взглядом. Зуб даю, он едва сдерживается, чтобы не отвесить младшенькому смачный подзатыльник. Солар и Аделхард переглядываются, и Итан кивает, после чего Рейн подает знак, и вперед выходит растрёпанный и слегка перепуганный темноволосый парень.
– С большим отрывом по очкам состязание выигрывает Арелия Кастильеро. Спор между ней и Дастином Соларом считается разрешенным, – объявляет он, опасливо косясь в сторону Аделхарда и обоих Соларов.
Так вот кто организатор! Узнаю по голосу. Правда, раньше звучал он куда бодрее. А эти двое явно сговорились и провернули настоящую спецоперацию. Накрыли нас на финише в лучших традициях сотрудников правопорядка. Одного не понимаю, какой в этом прок Итану Солару? Присматривает за братишкой?
А, плевать!
Снимаю шлем и движением головы поправляю волосы, после чего непринужденно интересуюсь:
– Ну что, Дастин, поздравишь меня с победой?
Мне во что бы то ни стало требуется, чтобы он это признал вслух прямо сейчас при свидетелях. Понимает это и Дастин, но молча сверлит меня тусклым взглядом. В умении контролировать эмоции ему не откажешь. Ну да и я обучена не хуже. Это только с Рейном закипаю так, что едва держу себя в руках.
– Дастин, я устала и хочу спать, – мой голос звучит почти капризно, как и должно избалованной Звездной Леди. – Мне важно услышать, что Солары держат данное слово.
– Солары держат слово, Звездная Леди Кастильеро, – отвечает за него Итан и незаметно пихает младшенького в спину.
Дастин и бровью не ведет.
– Признаться, я недооценил тебя Арелия. В следующий раз буду мудрее, – он небрежно кивает, натянуто улыбаясь, и бросает уже на ходу: – Пентхаус твой.
Его останавливает мое: «Ц-ц-ц!»
Продолжаю качать головой, пока он сам не интересуется, заинтригованный:
– Что-то не так?
– Напомни, какие были условия нашего спора?
– Я освобождаю пентхаус, – осторожно отвечает Дастин, хмурясь в недоумении.
– И не только. Ты подтвердил, что переедешь в обычный студенческий блок и будешь жить там, пока находишься в академии.
Шах и мат!
Долгое мгновение мы меряемся взглядами, а за нами, затаив дыхание, наблюдают присутствующие. Наверняка наши лица сейчас транслируются крупным планом в самые разные соцсети, в том числе и межгалактические.
– Как скажешь, киска. Сообщу тебе номер блока, когда заселюсь, – похабно улыбнувшись, Дастин направляется к ждущему его поодаль брату.
Вот гад! Так и подмывает показать ему средний палец, но на плечо ложится чья-то рука и ободряюще стискивает.
– Идем, Ари, – негромко зовет Аделхард.
Уходим вместе, я иду чуть впереди, высоко подняв голову. Я – одержала разгромную победу над Дастином Соларом, пусть все это запомнят. Вот только на душе как-то погано…
Как назло, Аделхард следует за мной тенью до самого пентхаус, а в жилом корпусе академии необычайно людно для такого позднего времени. Студенты провожают нас заинтересованными взглядами, и меня это слегка беспокоит, но я не подаю виду. Пусть считают, что стерве Кастильеро сейчас мало не покажется.
Останавливаюсь у двери, не решаясь войти внутрь и вновь остаться с Рейном наедине. Пока мы снаружи, у меня еще остается иллюзия относительной безопасности. Поворачиваюсь и вопросительно смотрю на него, лелея призрачную надежду, что он не потащится за мной.
– Ари, я тоже устал и хочу спать. Не тяни.
– Разве я тебе мешаю? Хоть сейчас можешь отправляться к себе, – скривившись, отворачиваюсь и в тот же миг ощущаю его совсем близко.
Мне кажется, что даже через летный костюм я чувствую тепло его тела. Дыхание шевелит мне волосы на затылке, а по спине проносится отряд вооруженных до зубов мурашек, когда Рейн, взяв меня за руку, поднимает ее вверх. Моя ладонь оказывается на панели замка, прижатая его ладонью. От этого простого прикосновения внутри поднимается мощная волна чего-то, что можно сравнить с адреналиновым штормом. Словно я снова на головокружительной скорости несусь сквозь полосу смертельных препятствий.
Даже когда дверь бесшумно прячется в стену, я продолжаю упрямо смотреть в пол, переживая бурю ощущений, которую пробудило прикосновение мужа.
– Долго мы так будем стоять? – интересуется Рейн, но я отмечаю, что его голос снова звучит с той легкой хрипотцой, от которой у меня поднимаются дыбом все волоски на теле.
Как же хочется поддаться гормонам и просто отклонится назад и прижаться к Рейну спиной. Взять его руки и положить себе на бедра. Повернуться и, запрокинув голову, подставить под поцелуй губы… Наверняка он поймет подобный намек. Не может не понять.
“Нет! Ты этого не сделаешь!” – заходится в панике моя гордость.
Преодолев себя, шагаю через порог, с великим трудом разрывая опасную дистанцию. Ужасно хочется спрятаться под одеялом и тихонько, пока никто не видит, поплакать… Похоже, меня настиг откат. Как же невовремя!
Беру себя в руки и поворачиваюсь к Аделхарду, с вызовом уставившись ему в глаза. На моих губах играет усмешка, как бы намекая: «Ну, давай приступай уже к головомойке. Ты же за этим пришел?”
Аделхард не разочаровывает:
– Как ты только могла ввязаться в подобное безумие? – буравит он меня своими непроницаемо-темными глазами.
– Может, еще скажешь, смириться и переехать в обычную комнату?
– Именно! Да! Это гениальное решение! И всего-то требовалось немного усмирить гордыню. Уступить ему свои долбаные хоромы и тихонько, не привлекая внимания, дождаться, пока он свалит восвояси!
Говоря это, Аделхард надвигается на меня, а я инстинктивно отступаю до тех пор, пока не натыкаюсь на кресло и вынужденно опускаюсь на сиденье.
– Я была обязана поставить Солара на место раз и навсегда. У меня не было выхода, неужели ты не понимаешь?
– К сожалению, понимаю! – сердито рявкает Рейн. – Но ты могла бы выбрать другой способ. Обратиться ко мне в конце-то концов!
Рейн нависает надо мной как крейсер, готовый к орбитальной бомбардировке. Не отводя от него взгляда, подаюсь навстречу, когда наши лица оказываются на расстоянии поцелуя, жестко ставлю точку:
– Нет!
Темные глаза полыхают яростью, и он выпрямляется и молчит, играя желваками.
– Я верно понимаю, что проиграть идиотскую гонку и выполнить свою часть обязательств ты посчитала решением? – интересуется он таким ледяным тоном, точно и не орал на меня полминуты назад.
Откидываюсь на спинку кресла и кладу ногу на ногу, отмечая, как следит за этим движением Рейн.
– Я не планировала ему проигрывать, как ты мог убедиться, – отвечаю беспечно.
– Нет, Ари! Ты уже проиграла! Хотя бы потому что привлекла к себе внимание Соларов, дура! – рычит Рейн, стремительно подаваясь ко мне.
От неожиданности зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, понимаю, что попала в ловушку прямо в любимом кресле. Сильные руки Рейна до побелевших пальцев стискивают подлокотники, а поднять взгляд выше и встретиться с ним взглядом я просто боюсь.
Сглотнув, набираюсь храбрости и дерзости и интересуюсь:
– Что? Снова будешь шлепать?
– Похоже, тебе нравится, раз ты раз за разом вынуждаешь меня делать это.
– Возможно, – слово вылетает случайно.
Это все моя дурная привычки доводить собеседника до белого каления. Испугавшись, вскидываю голову и вижу, как глаза Рейна опасно сужаются…
Одна его рука грубо впивается в волосы затылке, запрокидывая мне голову. Губы принимаются терзать мои, а язык с упорством космодесантника, атакующего очередной оплот повстанцев, пытается проникнуть мне в рот. Упрямо стиснув зубы, не позволяю ему это сделать, но больше никак не сопротивляюсь, оставаясь неподвижной. После нескольких тщетных попыток Рейн, зло оттолкнувшись от кресла, уходит прочь.
Долгое мгновение сижу, переживая бурю чувств, которые пробудил во мне проклятый Аделхард, а затем запрокидываю голову и не то ору, не то рычу в потолок от бессиляи. Срывая горло, пытаясь выплеснуть в этом крике все негодование, тоску и злость, которые сейчас испытываю…
Рейн фон Аделхард
Чтобы не натворить глупостей, я отправился к себе. Внутри бушевала столь взрывная смесь эмоций, что я чувствовал себя наяву почти так же, как в астрале, за миг перед тем, как уничтожить полчище тварей. Рядом с этой Кастильеро я совершенно теряю контроль. Терплю фиаско раз за разом, не в силах вести себя спокойно и с достоинством. Арр! Даже не знаю, чего мне хочется больше, стащить с нее штаны и лупить ладонью по упругой заднице, пока та не станет алой или… В общем, начинается и то и другое одинаково со «стащить штаны».
Но чем только думала эта несусветная дура, когда бросала вызов Солару? Похоже, своей злосчастной пятой точкой! Если с Итаном еще худо-бедно у меня вышло договориться, то Дастин – невменяемый. Старший сын Прайма Солара имеет хоть какое-то понятие о чести и достоинстве, а вот о младшеньком такого не скажешь. Даже удивительно, что именно Дастин – в этой проклятой семейке любимчик. Его высокопоставленный отец всячески поощряет его безумства, словно затеял научный эксперимент, цель которого проверить, насколько далеко зайдет его отпрыск.
Странно все это…
Стойкое чувство, что Ари теперь в большой опасности, лишь усилилось. Она унизила Дастина, и тот не отстанет, пока не растопчет ее прилюдно. Я обязан защитить свою жену, даже если она сам того не желает.
Вспомнив вызывающий взгляд мерзавки, изрыгнул грязное ругательство, перепугав студенток, так не вовремя вынырнувших из-за угла. Сначала они взвизгнули, а затем встали как вкопанные, сверля меня удивленными взглядами, которые, впрочем, тут же стали масляными и наполнились кокетством.
О, да… Я тоже из тех, кто может получить любую, достаточно пальцем поманить, да только пустые победы меня давно не прельщают. Достаточно одной самой желанной. Я хочу Арелию Кастильеро, как безумец. Хочу чувствовать ее бархатную кожу, ее влагу, ее запах на себе. Ее вкус… Хочу овладеть ей, подчинить. Но мне необходимо, чтобы в этот миг в ее глазах полыхало желание, равноценное моему собственному. Хочу наматывать на кулак ее волосы, видеть, как приоткрывается ее рот для меня, чтобы она просила и плавилась в моих руках. Хочу, чтобы сама пришла ко мне…
Кажется, я конченый придурок, раз мечтаю о несбыточном. Эта бестия с белыми волосами, скорее удавится или разобьется в лепешку на своем долбаном скайросе, чем признается, что тоже меня хочет. А ведь хочет! Та ночь это четко показала, я едва не кончил от одного звука своего имени у нее на устах…
Влетев в свои апартаменты, сбросил одежду и забрался под холодный душ. Тонкие струи воды секли спину, точно плетьми, но я не обращал внимания на эту боль, желая только облегчения. Нет больше времени пускать слюни, я должен остыть и разработать план действий. Добиться своего во чтобы то ни стало, пока у меня еще осталось время.
Тревожный сигнал инфопанели заставил опрометью выскочить из душа, поспешно наматывая на бедра полотенце.
– Мой лорд, – ответил на вызов, склонив голову в вежливом приветствии.
Это было Адолфо Кастильеро, и я мгновенно сообразил, о чем пойдет наш разговор.
– Как ты мог допустить подобное, Рейн? – ничего не выражающие серые, точно обшивка старого транспортника, глаза смотрели на меня почти равнодушно.
– Виноват, мой лорд, – пришлось признать ошибку. – Я был обязан догадаться и предотвратить.
Побери меня астрал! Я и не думал, что Арелия настолько сумасшедшая, что станет рисковать собственной жизнью. А я должен был сообразить!
– Моя дочь слишком импульсивна. Ты обязан сдерживать ее порывы, – Адолфо излагал это, точно непреложную истину.
А я все еще было зол, словно голодная тварь из астрала, и возбужден, как канис в брачный период.
– Предлагаете запереть ее и связать по рукам и ногам? – не смог сдержаться и рыкнул в ответ.
Звездный лорд переоценил мою выдержку, даже сейчас, глядя на пожилого мужика, я все еще стучусь болтом в крышку стола снизу. Ох, не вовремя весь этот разговор. Не готов я к серьезной болтовне…
– Прошу прощения, мой лорд, – постарался смягчить непозволительно резкие слова, но не склонил головы и не отвел взгляда.
Никогда этого не делал в разговоре с Адолфо. Никогда, после того как он приказал превратить мое тело в отбивную много лет назад…
– А хоть бы и связать. Порой это помогает обойтись малой кровью, – неожиданно выдал Звездный лорд, и мне почудилось, что в его равнодушных глазах, промелькнула толика жизни.
– Я потеряю ее навсегда, если поступлю так.
– Чушь! Ари уже твоя! – рычит Кастильеро, на короткий миг став человеком, а не биороботом, который всегда знает «как надо». – Ты выиграл контракт и волен поступать, как вздумается. Будь с ней жестче, Рейн! Арелия уважает силу.
– При всем уважении, Звездный лорд, но если я поступлю, как вы говорите, то получу лишь ее тело. Оболочку без толики жизни. Но мне нужно больше. Мне нужна вся Ари. Такая, какая есть, – заканчиваю спокойно, ощущаю глубинную уверенность в собственной правоте.
И тут я словно прозрел, осознав, что равнодушие Адолфо Кастильеро напускное. Это лишь ширма, за которой он привык скрываться годами. Маска, которая помогает ему оставаться великим и ужасным. Внушать окружающим трепет и покорность. И теперь, когда я смог заглянуть за нее, понял, что спокойствие Звездного лорда – напускное, а сам он сильно взволнован.
– Что-то случилось, мой лорд? – поинтересовался я.
– Солары, – с отвращением выплюнул Кастильеро. – Эта семейка решила сунуть нос в мои дела. Держи подальше от них мою дочку, Рейн. Она – самое дорогое сокровище, что у меня есть…
Кастильеро отключился, как обычно, не прощаясь, и в то же время на инфопанели замигал значок нового письма. Я тут же открыл его и обнаружил досье.
Сафири он Гор. Вайнерианка. Псионик.
С проекции на меня смотрела миловидная хрупкая девушка с золотистыми волосами и задорным лучистым взглядом травянисто-зеленых глаз. Студентка первого курса Вайнерианской астральной академии. Потенциальный протектор с хорошим уровнем пси-дара. Отличные баллы по всем предметам. Все говорило о том, что девушку ждет блестящее будущее.
Открыл следующий файл. Контрактов нет, даже на невинность, хотя имеется множество запросов, но на все бюро распределения ответило отказом.
– А это уже странно…
Три семестра назад была отчислена из академии по причине внезапно заключённого брачного контракта с непримечательным псиоником, да еще и по сильно сниженной цене. Контракт заключен сроком на год, но был расторгнут спустя семь дней по причине недееспособности невесты.
На очередной проекции Сафири он Гор, сгорбленная, с тусклыми лохмами вместо золотых волос и отсутствующим, точно у сумасшедшей, взглядом. От прежней жизнерадостной девушки в ней ничего не осталось, кроме цвета глаз…
– Что, астрал побери, это значит?
Уже представляя, что сейчас увижу, запустил очередной файл.
Видеозапись была сделана скрытой камерой. Обычное видео, не проекция, звук отсутствовал, да и качество оставляло желать лучшего. Снимали откуда-то снизу и под углом. На экране было помещение, напоминающее подвал, или комнату оформленную под пыточную. Металлический обруч на подставке, в нем обнаженная Сафири, буквально распяленная самыми настоящими цепями за руки и за ноги. Видно, как девушка плачет, умоляя ее отпустить.
В кадре появляется сухопарый мужчина, раздетый до пояса. Следующие несколько минут я смотрел на ускоренной перемотке, и меня едва не вырвало от того, что происходило.
– Сука! Каким же зверем надо быть, чтобы творить такое?!
Я порадовался, что на видео нет звука
Мужчина, который вытворял все это непотребство, постоянно находился спиной к камере, но его длинные, пепельные волосы невозможно было перепутать.
– Дастин, мать его, Солар! Больной ублюдок!
Встал и прошелся по комнате, успокаивая нервы и пытаясь настроиться на работу. Я должен это посмотреть еще раз, не пропуская ни единой детали. Пришлось сесть обратно и отмотать немного назад.
Чуть раньше кое-что привлекло мое внимание. Что-то, что выходило за грань понятия «очень жестокий секс». Что-то другое. Необычное. Какое-то действо, которое я не мог трактовать однозначно.
Вот это место!
Дастин подошел ближе к камере, и теперь были видны только его ноги. Затем снова вернулся к девушке. Она уже обмякла на цепях, голова свесилась на истерзанную грудь. Но мучитель грубо поднял ее за волосы. Ударил по щеке, приводя в сознание. Сафири заморгала, в ужасе уставившись на Дастина, а тот поднес к ее лицу крупный продолговатый камень, что висел на толстой цепи у него на шее.
Я отметил, что раньше на видео, он был без этого украшения.
Камень вспыхнул и медленно налился алым, пока не полыхнул ярко, что на миг изображение превратилось в пятно. У девушки носом хлынула кровь, как при перенапряжении в астрале, а взгляд потерял осмысленность. Рот приоткрылся, нижняя челюсть безвольно отвисла.
Ублюдок потрепал ее по щеке и что-то нажал на обруче. Браслеты на запястьях и щиколотках Сафири расстегнулись, и девушка упала, как сломанная кукла. Говнюк даже не позаботился, как-то ее поддержать. Он просто пропал из кадра и больше не появлялся. Через некоторое время Сафири с трудом села, сморщилась от боли и недоумением посмотрела вниз. Прикоснулась дрожащими пальцами к крови, густо покрывающей ее бедра, и беззвучно закричала.
Я не слышал, но кожей чувствовал боль, что она испытывала.
На душе стало так погано, что я грязно выругался, проклиная семейку Соларов, ушел в туалет и вызвал рвоту, словно это могло мне помочь справиться с той грязью, которой вымарали мне все нутро. Не особенно помогло, но теперь я окончательно понял, в какой опасности находится Ари. Дастин ее не пощадит. Он безумец. И не просто безумец, а накачанный пси-силой под завязку псионик-наркоман. Я понял, что за камень у него был на шее.
– Накопитель из герита! – Особый минерал мог высасывать пси-энергию и отдавать при определенных условиях.
Остаток ночи я провел, изучая документы и отчеты, рассылая запросы и перерывая банки данных. Пришлось тайно задействовать инфосистему академии, анализируя огромные объемы информации, сличая даты и отыскивая совпадения. К сожалению, не всегда удавалось обнаружить что-то стоящее, но я верил в то, что мои догадки верны.
Когда забрезжил рассвет, я не выдержал и вошел в астрал, отыскивая Арелию.
Ее проекция, все так же одетая в алое платье зависла в воздухе, раскинув руки и красиво подогнув одну ногу. Глаза были закрыты, светлые волосы безмятежно плавали вокруг головы ореолом. Безумно хотелось приблизиться и коснуться ее нежной кожи. Прижать к себе, пообещать, что никому не отдам.
Протянул руку, но так и не дотронулся. Не стоит ее будить, после всех приключений. Ари необходимо как следует отдохнуть.
Невольно улыбнулся, вспоминая фурию в летном комбинезоне с решительно сверкающую глазами и буквально пышащую пси-энергией. Она была так уверена в собственной правоте, в том, что поступает правильно. И как бы я ни сердился в тот момент, Ари была права. К тому же она не знала, какой Дастин ублюдок на самом деле.
Хорошо бы Адолфо забрал дочь из академии, пока Солары здесь. Надо будет убедить его это сделать. Вот только упертый Кастильеро ни за что не согласится отступить. Он не привык бегать от проблем, и учил тому же дочь. В этом они с Ари похожи. Она настоящий боец и не выносит снисхождения и проигрышей.
– Приходи завтра на мое занятие, Ари. Пожалуйста, – шепнул я, наклонившись к самому уху ее астральной проекции. – Не оставайся одна, любимая.