Глава 34

- Привет.

Кирилл смотрит на меня удивленно, а я не очень понимаю, чему он удивляется. Может тому, что большой чемодан стоит в прихожей?

- Привет. И… наверное, пока?

- Ник, в чем дело?

- А Даша тебе не сказала? – я стараюсь держаться спокойно, блин, я даже выпила чай с пустырником, и валерьянку, но пульс всё равно зашкаливает.

- При чём тут опять Даша? – вижу, как у него ноздри раздуваются.

- Она приходила сегодня ко мне. Просила тебя отпустить. Вот. Отпускаю. - Делаю жест рукой в сторону чемодана. – Тут не все вещи, конечно, я собрала самое необходимое, остальное упакую завтра. Если не доверяешь, можешь сам…

- Какие вещи, Ника? Куда отпускаю? Я никуда не собираюсь! Ты что, не поняла?

- Я поняла. Поняла, что тебе самому сложно решится, что ты… слабый. Это не мои слова, так Даша сказала.

- Паранойя какая-то… - усмехается, но как-то… не искренне. Интересно, когда Кирилл вообще последний раз был искренним?

- Ты сам не можешь уйти, ты слабый. Я сильная. Значит я должна тебя… выгнать. Считай, что это моё решение. Отправляйся к Даше, совет вам да любовь.

- Я не хочу к Даше, Ник! – Что? Чёрт, жаль я не додумалась поставить камеру и снять всё это дело! Это же сколько можно заработать на таком видео? Муж, которого ждёт молодая, горячая любовница говорит, что он к ней не хочет!

- Не хочешь, а придётся!

- Да что за бред! Никуда я не пойду! Это моя квартира!

- А! То есть ты не к Даше не хочешь? Ты из квартиры не хочешь уходить? Ну, извини, я тоже не уйду! Это квартира и моя тоже, и моего ребёнка, нам тут удобно, уютно. А тебя ждёт твой «малыш», кстати, она тебя уже обрадовала?

- Чем? – Кирилл мрачнее тучи, а мне почему-то смешно.

- Твой «малыш» ждёт малыша!

- Что? – глаза округляет. Можно подумать Даша это сделала сама…

- Дарья беременна. Поздравляю, ты скоро станешь папой.

Говорю, и неожиданно на меня накатывает. По полной программе.

Это я должна была ему сказать – ты станешь папой! Это у меня будет ребёнок! Я беременна! Но в такой ситуации я ничего ему не стану говорить. Не заслужил!

- Ника, я не знаю, что тебе там напела Даша, но… это уже просто полный бред. Я не собираюсь от тебя уходить.

- Извини, дорогой, но я собираюсь тебя выставить. Или ты опустишься до того, чтобы драться со мной? Учти, у нас в квартире ребёнок!

Кирилл пришёл поздно, к счастью, Костик уже спит. И мне не придётся объяснять, почему папа с мамой ругаются. И что вообще происходит. А остальное – почему папа больше с нами не живёт я… как-нибудь потом расскажу. Хотя пока не представляю как.

- Ника. Давай нормально поговорим, а? Пожалуйста! Это идиотизм какой-то. Я не понимаю, зачем это всё. Почему я должен уйти?

- Потому что ты спишь с Дашей, она беременна. Это не ясно?

- Ника!

- Скажи, что это не правда! Скажи, что ты с ней не спал? Поклянись? Ну? Не знаю… поклянись… - в голове мелькают фразы, здоровьем сына, конечно, я так не скажу, заставить его клясться его здоровьем тоже смысла нет. – ладно, моим здоровьем поклянись? А? Слабо?

- Ник… это… я… там всё не серьёзно, правда. Чёрт! Ну было один раз, по пьяни, блин! Да! Она…

Меня шатает. Я пытаюсь зацепиться за стенку, но голова кружится. Странно. Я ведь уже понимала, что измена есть, да? Почему же эти слова, именно эти режут без ножа? Может, потому что опять врёт?

Вовсе это было не по пьяни. В здравом уме и в трезвом рассудке.

И не один раз. Далеко не один.

Кирилл меня предал.

Предал!

И как же это больно…

- Ника, что с тобой? Ник-Ник?

- Не смей… называть не смей… трогать не смей… уходи… Пожалуйста! Уходи!

Закрываю рот рукой. Бегу на кухню. Выворачивает прямо в раковину. Воду пью жадно.

Вижу Кирилла, застывшего в дверях.

- Ника, я виноват… Прости меня… не прогоняй…

Вижу, как на колени опускается. Это дико! Так дико!

- Я люблю тебя! Я… оступился… один раз… я… сглупил…

Ему так тяжело дается эта ложь!

А у меня перед глазами его кабинет. Я как наяву всё это вижу. Вот «малыш» заходит, садится к моему мужу на колени, обнимает его за шею, целует, стягивает галстук, руки Кирилла ползут под её юбку.

Боже, какая грязь…

- Уйди. Просто уйди.

- Ты… Ника… ты еще пожалеешь о том, что сделала. Так… так нельзя. Без суда и следствия. Это жестоко. Надо уметь прощать.

Я не верю, что он говорит это серьёзно. Просто не верю!

- Прощать? Считай, что я тебя простила, Томский. Зла не держу.

Встает, запускает ладонь в волосы, глаза закрывает.

- Я уйду сегодня. Но… это еще не всё.

Выходит.

И чемодан берёт.

Он. Берёт. Чемодан.

У меня почему-то была еще какая-то надежда, что, если он не возьмёт чемодан – значит… значит и правда, ну, по пьяни, по глупости. И никакой беременности там нет. А даже если есть – не его рук дело. Или… ну в общем, там всё реально не серьёзно. Ошибка. Да, мерзкая, низкая, подлая, но ошибка. Та, которую можно простить, если есть раскаяние.

Как говорят – а кто не изменяет? Мол, все… все они, кобели, такие… Не знаю. Раньше была уверена – не все. Бред это, что все мужики одинаковы! Бред, что кобели! Нет! Не все! Отец мой – никогда! Уверена!

Но даже если был грех… Если раскаиваешься, если готов отмолить… Простить можно.

И я бы простила!

Если бы не враньё. Эта ложь, которая ядом сочится в каждом слове!

Если бы это было случайно, глупо… Я бы простила!

Но…

Кирилл взял чемодан.

Всё.