Глава 56

Конечно, когда Кирилл приходит в себя я выдыхаю. Что бы там ни было между нами, но я всё-таки зла ему не желаю. Я хочу, чтобы он был жив и, желательно, здоров. Он отец моего сына. Отец, который моему сыну нужен, несмотря ни на что.

Я рада, что вторая операция прошла успешно, что Кирилла смогли вывести из-под действия препаратов, что он открыл глаза. Даже старается улыбаться.

- Как ты себя чувствуешь?

- Не чувствую, - уголки губ чуть ползут вверх, - это какая-то жесть.

Да уж, точнее не скажешь.

Я в курсе, что с ним побеседовал доктор, Кирилл знает обо всем, что случилось. Ну, собственно, он был в сознании непосредственно после аварии – это мы знаем со слов очевидцев и врачей «скорой».

Он спрашивает меня о Косте, задаёт вопросы о своих родителях. О работе.

О том, какие прогнозы насчет его выздоровления, когда он сможет встать на ноги и сможет ли, мы не говорим. Пока опускаем эту тему.

Я сижу в его палате примерно полчаса, после чего собираюсь. Собственно, больше мне тут делать пока особенно нечего.

- Ты куда?

- Поеду. Сегодня дела еще.

- Какие дела? Ник-Ник? А я?

- Ты отдыхай, не думаю, что тебе можно много разговаривать. Чуть позже, наверное, заедет Даша.

- Какая Даша? – я смотрю на него, на понимая, что он имеет в виду.

- Твоя Даша, Кир.

Он моргает, выражение лица странное, словно он пытается вспомнить.

- Какая… моя Даша?

О, господи! Он издевается? На меня как-то сразу накатывает раздражение.

- Вот придёт, тогда узнаешь, все, пока, мне некогда.

- Ник, Ника, подожди! – он шепчет так обреченно, вижу гримасу боли. – Ник… Я… я не знаю, кто такая Даша.

И тут я осознаю неожиданно, что Кирилл не шутит. И это просто как гром среди ясного неба.

Он потерял память? Но… как?

Он ведь вспомнил меня? Костика тоже – спрашивал о сыне. Родителей. Почему он не помнит Дашу?

Честно, я не знаю, что делать. И очень боюсь навредить. Я в шоке.

- Даша, это… Это… Не важно. Извини, я… я сейчас, я вернусь.

Выбегаю из палаты, спешу на пост, где сидит медсестра. Мне срочно нужно поговорить с лечащим врачом.

Минут через двадцать мы уже в кабинете главврача этой частной клиники. Товий Сергеевич слушает меня, потом о чем-то спрашивает доктора, который наблюдает за Кириллом. Я не совсем улавливаю суть их беседы, просто в голове шумит.

Кирилл потерял память. И что теперь?

Он не помнит Дашу. Значит, не помнит последние несколько месяцев жизни? Не помнит… свою измену?

По телу прокатывается волна жара. Я не знаю, как к этому относится. Не знаю.

Возможно, я могла бы обрадоваться. Мой муж по-прежнему мой. Для него ничего не было. Не было другой женщины, не было влечения к ней, не было секса.

Но ведь Дарья беременна?

Предательский голосок в моей голове шепчет – и что из того, что беременна? Это твой муж. Он любил тебя, и теперь любит. Она сейчас для него ничего не значит. Можно так легко вернуть свою счастливую, размеренную, спокойную жизнь!

А Даша… Ну, что Даша? Она ведь в больницу приехала чисто для галочки. Я ведь могу попросить Романа увезти её? Он же предлагал?

Стоп.

О чем это я думаю? Еще одна волна как электрический разряд пронзает меня.

Роман. Шах. Шахов. Я.. я была с ним близка. И между нами не только секс. То, что было в последние дни – это другое. Как раз сексом заниматься мне было нельзя, и мы занимались… любовью. Мы любили друг друга. То есть… он точно любил меня, а я… я купалась в этой любви. Я поглощала её, как жаждущий поглощает воду. Голодный пищу. Я не могла насытиться этим его чувством. Его жаждой меня. И я кайфовала от этого.

Кайфовала от того, что чувствовала себя желанной! Я! Та, которой любимый муж изменил, которую предали! Наслаждалась вниманием другого мужчины. Принимала его как лекарство.

И что делать с этим?

И что делать вообще со всем?

Я-то не потеряла память! Я-то не забыла, что муж мне изменил! Не забыла его слова. Его желание оправдаться, такое низкое, гадкое… Еще хуже было его желание свалить вину на меня. Заставить меня считать себя во всем виноватой!

А я ведь и считала!

Я не слушаю разговор докторов. Всё равно ничего не понимаю. Кроме одного.

У меня новая проблема.

Кирилл, который потерял память и всё еще считает меня своей любимой женой.

И я, которая уже не считаю его мужем.

И что с этим делать?

- Ника, давайте не будем раньше времени впадать в депрессию. Вас муж помнит, так? Это уже хорошо.

Тяжело вздыхаю. Скрывать от врачей правду смысла не вижу. В двух словах обрисовываю ситуацию.

Подробности им, полагаю, знать не надо. Только основное. Мы разводимся, у мужа другая, и как раз её-то он и не помнит.

- Да, случай интересный. Может быть… - Товий смотрит на меня наклонив голову, как бы изучая, сканируя, такой чёткий профессиональный взгляд, - Может быть, это ваш шанс? Сохранить мужа, сохранить семью? Вы не думали об этом?

Ох, если бы только доктор знал, что все эти минуты, каждое мгновение после того, как я осознала ситуацию, в которую попала, я только об этом и думаю!

Шанс, шанс, шанс!

Шанс, за который многие, наверное, готовы отдать всё!

Шанс, который совершенно не нужен мне.

Ведь я могла сохранить семью и без этого шанса! Однозначно!

Могла бы тупо закрыть глаза на фото. На «малыша» на коленках. Могла бы поступить так, как предлагал Кирилл, как, по его мнению, делает большинство обманутых жен. Просто спустить на тормозах. Просто решить, что ничего не было. Или еще проще, признать, что было, и что это ничего для меня не значит. Как в выражении, которое я случайно выудила на каком-то женском форуме – не карандаш, не сточится…

Мне не нужен шанс.

Я не хочу сохранять то, чего для меня уже нет.

Но, конечно, просто бросить Кирилла в этой ситуации я тоже не могу.

Мне придётся ему помочь, помочь выкарабкаться из этой ситуации, встать на ноги.

Придётся.

Интересно, а что скажет «малыш» Даша, когда узнает, что Кирилл её не помнит?

Мстительная бабёнка внутри меня ликует. Да, да, именно. Я рада. У меня даже мысль мелькает – вот и прилетел бумеранг, вернулся. Долбанул по белокурой головушке.

Это противные, гадкие мысли, и я должна с ними бороться, да? Я же хорошая девочка?

Вот только почему-то не очень хочется быть хорошей.

К Кириллу я не возвращаюсь. Мне… Мне не хочется. И я просто боюсь. Я пока не знаю, что ему сказать и как.

Доктор просит по возможности беречь его, учитывать состояние. Если простым языком – постараться не упоминать о разводе, не говорить ничего, что может сильно расстроить Кирилла. Психика его сейчас на грани, потому что угроза того, что он останется инвалидом, реальна.

Всё бы ничего, но ведь Даша захочет прийти, навестить любимого мужчину?

Или… не захочет?

Да, я могу всё ей рассказать, попросить пока не приходить, не беспокоить его. Но опять же, желания общаться нет от слова совсем.

Выхожу из клиники не понимая, что делать, как быть дальше. Вижу высокую фигуру у знакомого авто.

Роман.

Иду к нему быстрым шагом, почти бегу, ныряю в его объятия.

Как же хорошо!

Как хорошо просто побыть слабой женщиной, которой не нужно ничего решать.

Костик на даче у мамы. Я свободна до самого утра. Секс всё еще табу. Но я вижу, что Роман готов принимать меня и такую. И я решаюсь.

- Поедем сегодня к тебе?