Глава 13. В шаге от счастья

Поднимаясь на крышу особняка, я мысленно прикидывала, сколько еще смогу пройти. Голова стала ватной, а ноги напрочь отказывались повиноваться хозяйке. Все проблемы этого дня как-то разом отошли на второй план, сменившись апатией. Сейчас хотелось только лечь где-нибудь в сторонке и забыться. Очертания предметов и людей стали размытыми, сфокусировать взгляд хоть на чем-нибудь не получалось. – Идите проверьте, что там за шум! – Голос Андрея на некоторое время прогнал пелену, окутывающую сознание. Сопровождающие нас амбалы переглянулись, но послушно пошли к вертолету, у которого действительно что-то происходило. Как только охранники отошли на несколько метров, я услышала тихий щелчок наручников, а потом и вовсе увидела, как они перелетают через перила и исчезают в темноте ночи. Андрей аккуратно прикоснулся к моим запястьям и стал их растирать. – Как ты, маленькая? – очень тихо спросил мужчина. – Потерпи еще чуток, скоро все закончится. Появилось позорное желание расплакаться, но я не могла себе этого позволить. Только не сейчас. Услышав, как Андрей чертыхнулся, я внимательно пригляделась к вертолету, вокруг которого шла борьба. Потом раздались выстрелы, и вертолет стал отрываться от крыши, постепенно набирая высоту. Переместившись вперед, мужчина закрыл меня своим телом, одной рукой продолжая удерживать за запястье, а во второй сжимая пистолет. – Твою же… – ругнулся Андрей, а потом затащил меня за какую-то трубу, заставляя опуститься на землю. В следующую секунду раздался мощный взрыв, практически оглушивший нас. Взрывная волна лишь слегка всколыхнула волосы, теплым потоком проносясь над головой. Где-то поблизости раздался знакомый голос, отдававший приказы и требующий ему что-то показать. Через пару мгновений до меня дошло, что ищут меня. – Как она? – Ранена. Федор, надо срочно доставить ее в госпиталь! – Вертолет уже на подлете. – Мужчина опустился рядом со мной на колени и заглянул в глаза. – Дочка, ты, главное, держись, хорошо? – Да, папочка. На губах появилась слабая улыбка. Это все мне снится! Папа не называл меня дочкой с того самого момента, как узнал, что мой биологический отец – Георгий. Объяснить это иначе чем болевым шоком я не могла. Тело уже не болело, и раны не беспокоили. Разве что немного раздражали горячие струйки, сочившиеся из порезов. Андрей попытался поднять меня на ноги, но ему это не удалось. Тело окончательно взбунтовалось и отказалось подчиняться, превращая меня в тряпичную куклу. – Девочка моя милая, сможешь обхватить меня руками и ногами? Я знаю, что сможешь! У меня в кабинете ты и не такое вытворяла! – От нежного шепота любимого мужчины захотелось улыбаться. Андрей осторожно завел мои руки себе за шею, сцепляя их в замок, а потом подхватил под попу, заставляя обвить его талию ногами. Положив голову ему на плечо, я прикрыла глаза, предвкушая сладкую дрему. – Сладкая, не засыпай. Поговори со мной, пожалуйста. Поговорить? Хм… А о чем? Мысли отказывались собираться в кучку. Заплетающимся языком я пробурчала: – Я ду-думала, ч-что т-ты пред-дал мен-ня. – Прости, милая. Мне пришлось играть на публику, чтобы Дмитрий ничего не заподозрил. – Т-ты хо-ро-шо сыг-рал. Я т-тебе тоже по-верила. – Прости… прости, что не рассказал все сразу… Уткнувшись носом в шею мужчины, я поняла, что больше не в силах держать глаза открытыми. Андрей рассказывал мне что-то еще, но слов я разобрать не смогла. Темнота тяжелым грузом навалилась на хрупкие плечи, сминая под собой любое сопротивление и унося сознание в далекие дали… * * *Следующие несколько дней стали для меня персональным адом. Из-за сильного стресса меня постоянно одолевали слабость и головокружение. Раны заживали медленно, неохотно, при каждой перевязке принося невыносимую боль. На второй день, когда я отошла от обезболивающего и первый раз осмысленно открыла глаза, то обнаружила спящего в кресле рядом с моей кроватью мужчину. Под глазами у него залегли темные круги, лицо было бледным и осунувшимся. Волосы и одежда находились в полном беспорядке. У меня руки зачесались прикоснуться к нему, приласкать, обогреть, но в голове стали всплывать картинки недавнего прошлого. «– Алексеев, что происходит? Повернув голову, я сначала не поверила своим глазам. В нескольких метрах от нас стоял Андрей – мой Андрей – в парадном костюме и с бокалом шампанского. Окинув меня равнодушным взглядом, он снова посмотрел на Дмитрия. – Очередная облава, – пожал плечами теневой король. – Тебе помочь выбраться отсюда? – Было бы неплохо. Предложения есть?» Он предал меня… От этой мысли стало очень плохо. Закусив губу, я постаралась подавить рыдания, внезапно поднявшиеся из глубины души, но попытка не увенчалась успехом. Андрей резко открыл глаза и в упор посмотрел на меня. – Ты очнулась? – улыбнулся он, поднимаясь с кресла. – Не подходи! – севшим голосом произнесла я. – Ты с ним заодно! Ты… ты… Где я? – Аля, успокойся. Ты в больнице. Сюда тебя доставил я, вместе с твоим отцом. – Не верю! – попытавшись сесть, я тихо застонала. Андрей тут же наклонился ко мне и помог устроиться на подушках. Некоторое время мы молчали, но я не выдержала первая: – Что произошло? Мне подарили самый нежный поцелуй на свете. А затем Андрей придвинул кресло поближе к кровати и устроился рядом. – Все началось в тот день, когда я позвонил Михаилу и рассказал ему, что за тобой следят. Он пообещал, что сообщит про это нужным людям и все будет в порядке, а потом… меня разыскал Федор. – Папа? – удивилась я. – Папа, папа. Припомнив мне один старый должок, он попросил проследить за тобой, пока все не будет улажено. Я согласился, и, как оказалось, не прогадал. От улыбки Андрея щекам стало жарко, а по телу пробежала волна возбуждения. – Выполнив свою часть сделки, я привез тебя домой, но уйти в сторону уже не смог. Я продолжал наблюдать за тобой, по мере возможности отгораживая от проблем, пока не появился Григорий. Он-то и предложил план по моему внедрению в общество Дмитрия. Видишь ли, мы с Алексеевым уже пересекались, поэтому я мог подойти к нему вплотную. Как ты понимаешь, рассказать тебе я ничего не мог. За мной следили, контролировали каждый шаг. После нашего жаркого «примирения» я получил данные от Григория, где сообщалось о праздничном приеме Алексеевых, на котором я обязательно должен был присутствовать. Вот так и получилось, что моя командировка «случайно» совпала с твоей местью. – А Григорий Матвеевич мне даже ничего не сказал… – обиженно протянула я. – Слушай, а что случилось с Дмитрием? – Вертолет, на котором он попытался скрыться, был подорван. Тела смогли опознать только по личным вещам погибших. – Значит, это все? Конец? – В отношении Алексеева – да, а вот с остальными придется еще повозиться, но это уже не твоя проблема. – Это радует, – вымученно улыбнулась я. – Если честно, когда я увидела тебя рядом с Дмитрием, то… Больше никогда так не делай, хорошо? – Ничего не обещаю, но по мере сил буду стараться говорить тебе правду. – Кстати, о правде. Когда мы виделись с Григорием Матвеевичем, он сказал, что за твоей спиной слишком много тайн. Не желаешь поделиться ими? Андрей как-то сразу напрягся, поджимая губы и отводя глаза в сторону. Я молчала, терпеливо ожидая, пока любимый соберется с мыслями. Наконец он тихо заговорил: – Моей давней мечтой было работать в органах госбезопасности, поэтому по достижении определенного возраста я поступил в академию. Я и не ожидал, что там будет легко учиться, но… На третьем курсе нас с однокурсниками отправили в горячую точку, «набираться опыта», как тогда сказал ректор. Представь себе группу двадцатилетних пацанов, заброшенных на вражескую территорию, окрыленных могучим девизом: «Защищайте Родину до последнего вздоха». Первое время нам пришлось туго. Представь, каково это, сидеть в засаде и думать, кого из друзей ты недосчитаешься на этот раз… Как-то так вышло, что мы стали выпивать после очередной вылазки, чтобы хоть как-то притупить чувство вины и боль потери. С каждым разом эта доза все увеличивалась и увеличивалась, пока… нас не выслали обратно на Родину. Здесь я полгода проходил психологическую реабилитацию. По ночам мне снились серые сны о том, как гибнут товарищи, за мгновение превращаясь в мясо, начиненное свинцом… Я думал, что сойду с ума… Но, как видишь, мне не дали. Мишка вовремя спохватился и помог выбраться из ямы, в которую я сам себя чуть не закопал. Так и завершилась моя мечта о «службе Родине»… – Иди ко мне, – тихо прошептала я, отодвинувшись в сторону. Андрея долго уговаривать не пришлось. Опустившись рядом, он уткнулся лицом мне в плечо и на какое-то время затих. Постепенно его дыхание стало выравниваться, а из тела ушла напряженность. Поглаживая его по спутанным волосам, я тихо шептала нежные слова, смутно представляя, через что ему пришлось пройти. – Хочешь чего-нибудь? – спросил он некоторое время спустя. – Если можно, то чего-нибудь холодного. Улыбнувшись, Андрей встал и, достав из холодильника ананасовый сок, наполнил стакан. Сделав несколько жадных глотков, я блаженно вздохнула. – Я смотрю, мой пациент пошел на поправку! – улыбнулся зашедший в палату доктор. Мужчина, чьи волосы уже успело посеребрить время, удерживал в руках карточку с моими анализами. Пробежавшись по ней глазами, он подошел к монитору, нудно пикающему рядом, и, сверив данные, удовлетворенно кивнул. – Все анализы в норме. Единственное, что вам сейчас нужно, – это покой, – многозначительно произнес врач, сверкнув хитрющими глазами на Андрея, – и свежий воздух. – Есть предложения, куда хочешь съездить? – спросил любимый. – Есть, – довольно протянула я. * * *– Ягодка, я тебя очень люблю, но иногда ты так тупишь! – недовольно пробурчала бабушка, поправляя на голове косынку. Взяв со стола еще горячий пирожок с вареньем, я откусила побольше и запила чаем. Медленно пережевывая, я старалась не смотреть на бабулю. Уже третий день подряд она промывала мне мозги, ругая, что я не предпринимаю никаких решительных действий в отношении Андрея. – Бабуль, перестань! – Тьфу на тебя, вредина маленькая! Ты понимаешь, что ребенку отец нужен? – Какому ребенку? – икнула я, чуть не подавившись чаем. – Который обязательно будет. Вы так активно практикуетесь в этом деле, – хмыкнула любимая родственница, заставляя меня покраснеть. – Бабуль! – Что – бабуль? Я о тебе же беспокоюсь! Такого индивида отпускать нельзя! – Покусаю! – пообещала я, а затем встала из-за стола. За прошедшую неделю раны покрылись плотной корочкой (спасибо бабушке и ее чудо-травам), но из-за резких движений все равно было больно. Прихватив с собой парочку пирожков, я вышла из дома. Сделав пару шагов вдоль высокого забора, я отворила калитку и потопала в сторону леса. Хотелось немного побыть одной. Погода стояла теплая, даже жаркая, так что внезапная идея сходить на речку и посидеть на берегу вызвала у меня массу положительных эмоций. А тем временем… Анастасия Леонидовна посмотрела вслед внучке и устало прислонилась к стене дома. Девочка была вся в мать. Такая же упрямая и независимая, с той лишь разницей, что Альфия всегда добивалась желаемого, а вот Вика… Вика до сих пор страдала от своих скоропалительных решений, но это ее жизнь. Взяв трехлитровую банку, Анастасия Леонидовна пошла в подвал. Надо было «подоить корову», как подшучивали над увлечением Леонидовны соседки. Включив аппарат, подаренный новым «молодым человеком», женщина вплотную занялась домашними делами, на время выпадая из реальности. В себя ее привел заливистый лай собаки и чей-то окрик. Вытерев руки, хозяйка отключила машину, взяла одну из бутылок с уже успевшей настояться жидкостью и отправилась встречать гостей. Посмотрев на парня, топтавшегося у забора, она приветливо улыбнулась: – Вернулся? – Вернулся, – кивнул он, переступая с ноги на ногу, а затем проверил карман джинсов. – Вижу, что не с пустыми руками, – хмыкнула бабушка. – На вот, выпей. Тебе нужнее… – вздохнула Анастасия Леонидовна и, откупорив бутылку, наполнила стакан. Андрей без разговоров сделал большой глоток и чуть не поперхнулся: эта огненная вода пробирала до глубины души. Он с изумлением посмотрел на старушку в белом цветастом платочке и длинном халате. Надо же! С виду бабушка-одуванчик, а гонит самогон… Хотя у Альфии вся семья была довольно-таки своеобразная. – Альки дома нет, на речку она пошла. Ты с ней поласковее будь, но на своем настаивай. Девочка сама в себе запуталась, так что для нее сейчас есть только одно лекарство… – Забота? – наивно спросил Андрей. – Ремень! – Сняв платок и поправив прическу, женщина прислушалась к чему-то. Довольно улыбнувшись, она сняла с себя халат, являя миру элегантный, бежевого цвета костюм. Надев туфли на каблуках, она снова обратилась к Андрею. – Выйдешь через заднюю калитку и пойдешь прямиком к лесу. От большого дуба, он один на всю округу, свернешь направо и пойдешь вдоль речки. Дальше уже как повезет. Если Аля недалеко ушла, найдешь ее сразу. – Спасибо, – улыбнулся Андрей. – Спасибо в карман не положишь, – хмыкнула женщина. – Иди уже, герой-любовник. Заметив подъехавший к воротам джип, Анастасия Леонидовна схватила бутылку и поспешила к своему «молодому человеку» на свидание. Подождав, пока бабушка Фили залезет в машину и отъедет от дома, Андрей пошел к маленькой калитке, скрытой среди деревьев, а оттуда уже припустил навстречу своему рыжему счастью. На реке… Прозрачная вода приятно холодила ноги. Южный ветер срывал с нее тысячи крошечных капелек и разносил их по округе бриллиантовой россыпью. Птицы вели свои обычные затяжные трели, иногда прерываясь, чтобы послушать цикад. Было так хорошо, так спокойно… Подставив лицо косым лучам солнца, я наслаждалась жизнью, точнее тем, во что она превратилась. – Филя… – такой родной, такой знакомый голос вызвал на губах запредельную улыбку. Соскочив со своего места, я подлетела к любимому и крепко его обняла. – Ты зачем вернулся? У тебя же были важные дела. – Были… Но я как-то неожиданно понял, что важнее тебя ничего нет. И… я люблю тебя. – Повтори, – тихо попросила я. – Люблю, – касаясь кончиками пальцев моего лица, произнес Андрей. – Не скажу, что это произошло с первого взгляда, но это и не важно. Просто в какой-то момент я понял, что уже не смогу без тебя. А ты? – И я тебя люблю. Очень-очень! Внезапно Андрей отпустил меня и сделал шаг назад. Лукаво улыбнувшись, он достал из кармана маленькую красную коробочку и, опустившись на одно колено, открыл ее. – Альфия Федоровна, согласны ли вы стать моей женой? – Засра-а-анец! – протянула я, разглядывая красивое колечко из светлого металла, состоящее из многочисленных переплетенных между собой лоз, покрытых россыпью камней. – Ну-у-у, просто я знал, что ты не сможешь устоять передо мной и моим животным магнетизмом! Итак, каков будет ваш ответ? – Ты и так знаешь. Довольная улыбка (желтоглазый кошара, честное слово!) озарила лицо любимого мужчины, передаваясь и мне. Зачарованно наблюдая, как Андрей надевает кольцо мне на палец, я просила боженьку только об одном – чтобы это был не сон! Вскочив на ноги, Андрей крепко прижал меня к себе, покрывая лицо поцелуями. – Люблю тебя, – прошептал он мне в губы. – Люблю! Раздался выстрел… Некоторое время мы с Андреем недоуменно смотрели друг на друга, не до конца понимая, что произошло, а потом любимый стал заваливаться на землю. По его груди медленно расползалось кровавое пятно, с каждой секундой увеличиваясь в размерах. Я зажала рану и закрыла Андрея своим телом, судорожно оглядываясь в поисках нападавшего, но нас окружали только деревья. – Андрей, ты только держись! – Достав окровавленными руками телефон из чужих брюк, я набрала номер «Скорой». – Врачи скоро приедут. Любимый, пожалуйста, не закрывай глаза! Не оставляй меня одну! Губы дрогнули в намеке на улыбку, но тут же из уголка потекла струйка крови, заставляя меня похолодеть от страха. Нет… только не снова! Перед глазами замелькали картинки прошлого. Владимир так же лежал на траве весь в крови и улыбался мне. Нет… Не хочу! Я не выдержу… Господи, помоги мне…