Глава 15

Глава 15

Глава 15

Анна

- Уверена, что хочешь продать свою долю в бренде? - спрашивает Кристина, обнимая меня, пока мы сидим в коридоре на металлических ледяных стульях, от которых уже все внутри отстыло.

Киваю ей.

- Да, уверена, выхода в любом случае нет, Кристин. Что я могу? - не знаю, зачем, спрашиваю у нее это, а, когда поворачиваюсь к ней, перед глазами вижу не ее, а врача, который час назад вышел и сказал то, что меня убило.

Соне, становится хуже. Осложнения становятся все шире, они перекинулись на сердце. Операция нужна очень срочно. Очень. И еще более сложная. Я не знаю, что мне делать. Оплатить все это может только Саша. Я могу сейчас лишь продать свою долю, потому что как я выведу деньги из бизнеса? Да никак.

Пока я все это буду делать, если это вообще возможно, время уйдет. А вот с конкурентами договориться и составить договор для быстрой продажи, время буквально одного дня. Есть у меня одни на примете, кто очень желал подмять меня под себя, а я все не давалась, сопротивлялась, но вот на их улице наконец-то наступил праздник. Если бы не ситуация с Соней, я бы поборолась, я бы по бодалась, взяла бы в долг у подруги денег просто на жизнь, на месяц, чтобы дождаться новой зарплаты, нового перевода. Но вся эта суета с операцией, она меня очень сильно подкосила по одной простой причине, таких сбережений у подруги нет, а значит, и выхода у меня нет.

- Слушай, я, конечно, все понимаю. - Кристина мнется и явно хочет сказать мне что-то нелицеприятное, но похоже, что-то очень важное. Правда, я не знаю, что именно. - Может, ты еще раз с Сашей поговоришь, объяснишь ему все, скажешь, что это в долг? Ну, продавать дело своей жизни, это ну, это ужасно, Ань. У меня сердце кровью обливается. Я понимаю, тебе кажется сейчас, что это единственный выход, но еще раз попробовать стоит. Хочешь, я с тобой пойду и врежу ему, чтобы мозги на место встали? Пожалуйста, не руби ты так с плеча. Не пори ты горячку. Они ведь тебе много не дадут, они за срочно у тебя все за бесценок купят. Тебе этих денег только что на операцию утрированно и хватит.

- Нет, Кристин, я не хочу еще раз унижаться. Я не буду унижаться перед ним. Ты слышишь меня? Он все для себя решил. Он ей верит не мне. Так зачем ходить по кругу, делать одно и то же действие, которое не приводит к результату? Я устала, Кристин, плевать. Даже если за бесценок все продам, плевать, слышишь?

- Ну слушай, ну ведь я могу с ним поговорить, я могу ему все объяснить?

- Нет, Кристин, ты меня не слышишь, не надо я сказала, - резко перебиваю ее и подскакиваю с места. - Он сделал свой выбор, я сделала свой. Все. Мы расходимся, как в море корабли. Каждый живет своей жизнью, отвечает за свою жизнь сам все.

- Ну ты же…

- Хватит, - прошу ее, но она вместо того, чтобы ответить, смотрит мне за спину, и я резко поворачиваюсь, вижу, что к нам врач идет.

Причем смотрит четко на меня. Значит, хочет поговорить. Господи, что еще случилось? Что с Соней? Его появление меня пугает до чертиков.

- Что случилось? Что с Соней? - Когда он подходит, я тут же хватаю его за руку и спрашиваю. А он спокойно кивает мне и даже, кажется, улыбается. Да чему он улыбается, совсем с ума сошел, что ли?

- Анна Савельевна, завтра начнется активное лечение Сони, из реанимации ее переведут, будут готовить к операции, поэтому я бы хотела вам посоветовать сейчас поехать домой и собрать свои вещи, вещи дочери, потому что потом у вас не будет времени. Вы будете все время находиться с малышкой.

Я не могу понять, о чем он. Что он говорит, что он несет?

- Простите, я ничего не понимаю, что происходит, какое лечение? Я ведь еще ничего не оплатила. Да, вы выставили счет, но я…

Я запинаюсь, потому что признаться, что не в состоянии оплатить счета, убивает меня.

Мужчина, смотрит на меня, и я в его глазах явно выгляжу, как какая-то дурочка.

- Может быть это какая-то ошибка или мы что, под какую-то программу попали? Пожалуйста, я ничего не понимаю, объясните мне.

Кристина тоже подскакивает с места, подходит ко мне, обнимает за плечо. Сейчас ее объятия ничем мне не помогают, они пугают, они раздражают, они давят на меня, потому что я и так ничего не понимаю, еще и она вроде бы должна дарить облегчение, но почему-то нервирует, словно она может стать свидетелем моего позора, еще большего, чем есть сейчас, а я и так не могу, мне и так тяжело, чтобы еще и это.

- Так ваш отец оплатил, - Врач смотрит на меня и выдает это максимально спокойно, а я еще больше теряюсь, потому что в смысле отец? Какой отец? Что он несет?

- Простите, но мой отец умер три года назад, он не мог ничего оплатить. Это точно какая-то ошибка. Пожалуйста, проверьте. Я не хочу, чтобы потом случилась какая-то путаница. И…

- А причем здесь ваш отец? Я говорю об отце ребенка, о вашем муже.

- О муже? - одновременно с Кристиной спрашиваю у него.

Я даже рот от шока открываю, потому что, ну, этого быть не может. Он же послал меня к черту. Он сказал, что ни копейки не даст. Он показал мне сам тесты, в которых дети не его и которым он поверил.

Или все же, что, совесть взыграла, да? Решил все же искупить свою вину? Не дождется, не прощу, не прощу ни за что. Никогда.

- В общем, я вам все сказала. Вон ваш папочка идет. С ним поговорите, пожалуйста, а мне некогда. Мне нужно заниматься пациентами.

Мужчина. Кивает мне и уходит, а я поворачиваюсь и смотрю на идущего прямо к нам Сашу и хлопаю глазами.