Глава 23

Глава 23

Глава 23

Анна

- Что у тебя с этим пройдохой? - Едва Саша заходит в палату, как тут же начинает на меня кричать. Сонечка начинает похныкивать в кроватке, и я одаряю его таким взглядом, что он тут же отсекается.

- Что на тебя нашло? И вообще, по какому праву ты на меня кричишь? - злюсь очень быстро.

Только Дмитрий Альбертович смог хоть немного привести меня в чувство, пускай и не до конца, когда сказал о том, что в его жизни тоже был развод, как мой дорогой, будущий бывший муж решил мне это хрупкое настроение испортить.

- Аня, не переводи сейчас стрелки. Я еще раз тебя спрашиваю, что у тебя с этим Дмитрием Альбертовичем, а?

- А тебе то какая разница? Зачем ты пришел? Снова уговаривать? Так мой ответ не изменился, Саш. Можешь посмотреть на дочь, если она тебе действительно так нужна, и уходить. Можешь с ней посидеть, я пойду хоть в парк, выйду на солнышко. А то несу одна вахту родительскую и все, уже устала, представляешь. Я хоть ее люблю, но силы восстанавливать тоже надо.

Он кривится, не нравится ему то, что я сейчас сказала.

- Ань, пожалуйста, нам нужно поговорить. И прости. Я приревновал. Увидел его и не могу ничего с собой поделать. Прости меня. Я просто тебя люблю. – а про то что посидит с ребенком не слова. Еще бы.

- Любишь или боишься, что ты мне больше не нужен? - Не знаю зачем, но подкалываю его, а он так и стоит, даже не думает начать шевелиться.

Раньше бы я бы сгорела со стыда, правда, от этих слов, но сейчас нет. Сейчас я просто смотрю на своего пока еще мужа и не знаю, что к нему чувствую, кроме боли, обиды и разочарования в нем.

- Ань, ну ты ведь не серьезно? Пожалуйста, услышь меня, я люблю тебя. Я понял, кого потерял. Я понимаю, что я не заслуживаю прощения, правда, - он на колени падает передо мной, а на глаза наворачиваются слезы.

Не могу поверить, что он раз и на коленях вымаливает у кого-то прощения. Да, это достижение для красной книги. Он никогда ни перед кем не извинялся и тем более никогда, ни перед кем не стоял на коленях. Он, даже когда предложение мне делал, на одно колено не вставал. Мы стояли оба, и он просто достал мне в свое время кольцо и ничего не говорил. Я подала руку, и он его одел.

Да, вот такие были низкие стандарты. Я думала, что так и поступают любящие люди, что, если ты любишь, тебе не нужны никакие все эти показушные вещи.

Оказывается, нет, мне все это нужно. Просто тогда я была слепа, глуха и не знала, чего хочу. И боялась его потерять. Сейчас уже не боюсь.

- Саш, я тебе еще раз повторяю, прекрати. Это уже выходит за рамки. Я устала тебе повторять каждый день одно и тоже. Мы с тобой переливаем все из пустого в порожнее каждый день.

- Ань, - он хватает меня за руки, пытаясь притянуть к себе. - Ну услышь ты меня, ты ведь тоже не хочешь рушить семью. Не хочешь, я знаю.

- Не хотела, - поправляю его. - А сейчас хочу, Саш. Пойми, я не прощу тебя, как мужа. Ты меня предал. Ты разрушил мое доверие, разрушил нашу семью. Все. Но, - я ненадолго затихаю, потому что нужно правильно сформулировать все это, чтобы он не прицепился ни к одному слову и не мог вывернуть это против меня.

Но голова не соображает. Смотрю на него, и белый шум какой-то в ушах.

- Но что? - уточняет у меня с надеждой и надеется, что в этом «но», скрыта разгадка, что же ему нужно сделать, чтобы я его простила.

Я читаю это в его глазах, там словно неоновая вывеска зажглась. Но разве меня это волнует? Нет, все слишком поздно. Уже очень поздно.

- Но как отец девочек, ты можешь остаться в их жизни. Ты можешь видеться с ними, можешь забирать их, когда захочешь, насколько захочешь. Я не буду препятствовать вашему общению. Я не буду ставить тебе палки в колеса, но при условии, что ты не будешь тащить их к своим любовницам, которые у тебя по любому появятся. Повторюсь, ты не сохранишь меня, как жену, но детей я сохранить тебе позволю.

- Нет, нет, нет. Ну, Ань, зачем ты так жестоко со мной?

- Я жестока? – он мне будет говорить о жестокости? - А ты как со мной поступил?

- Ладно, ладно, признаю, - он все же поднимает руки, сдаваясь, и встает сам. - Ну пожалуйста. Я последний раз тебя прошу. Давай попробуем.

- Нет, Саша, я тебе последний раз также повторяю я хочу развода.

- Но я не хочу. - Он снова срывается и опять чуть не будит дочь, которую я и так с трудом уложила.

- Если ты не хочешь, это не значит, что я не хочу. Я сама всем займусь, Саш. На этом все, - я обнимаю себя за плечи и поворачиваюсь к окну, показывая, что разговор закончен и обжалованию он не подлежит.

- Но я ее бросил ради тебя. Я все связи с ними порвал. И с ней, и с ребенком, которого считал своим. Все ради того, чтобы быть с тобой и с девочками.

- А я тебя просила? - с горькой усмешкой спрашиваю у него и немного поворачиваюсь, но не до конца. - Верни их, ты еще можешь все исправить с ними, и ты можешь быть с ними счастлив. Ведь был же.

Я смотрю в его глаза и, кажется, тону в его боли, но нельзя поддаваться, нельзя. Он использует специально сейчас все это против меня. Специально давит на мои чувства. Но он не заслуживает второго шанса. Я ему его уже давала, и не один раз, но он каждый из них упустил.

- Ань, я не хочу к ним возвращаться. Пойми, я хочу быть с тобой. Я понял это, но слишком поздно.

- Ты опоздал, Саш. Я больше тебя не люблю.

- Нет, нет, нет, Ань. Мы же можем все исправить. - Он снова бросается к моим ногам, обнимает их под коленями, головой в бедра упирается. Я слышу, как дрожит его голос, но нет, меня это больше не трогает.

- Уходи, Саш, уходи.