Глава 32

Сегодня мой первый рабочий день. Признаться честно, я совсем отвыкла от такого формата работы. Каждый день, на протяжении последних лет, меня окружали дети. Теперь же мне вновь предстоит влиться в деловую офисную среду.

Сын уже пару дней посещает частный детский сад. Вполне нормально перенес изменения, я больше переживала, что ему будет тяжело. Но, получилось наоборот.

Дед переехал с нами в новый дом. Пока баба Лида находится в реабилитационном центре, он хочет быть к ней ближе и иметь возможность навестить ее в любое время. С ремонтом в их доме все хорошо. Дед признался, что даже лучше, чем он ожидал.

Звонил отец. Сказал, что у них потихоньку все налаживается. Жизням детей уже ничего не угрожает и, возможно, если все и дальше будет идти хорошо, их скоро выпишут.

У нас с Адамом, на удивление, тоже все нормально. Правда, меня смущает то, что он каждый день после работы, приносит мне цветы или какие — то небольшие подарки. А сегодня пригласил в ресторан. Я немного волнуюсь, ведь мы будем там только вдвоем.

Рабочий день начался слишком активно. Я постоянно куда-то бегала по поручениям, что-то записывала, назначала встречи и присутствовала на них сама. Моя начальница очень энергичная женщина, старше меня лет на пять. Эта работа, даже близко не походила на ту, что была, когда я работала с Адамом. Но тем не менее, несмотря на сильную загруженность и усталость, мне нравилось.

Вечером, забрав сына из садика, порадовалась тому, что Адам настоял на домработнице. Женщина, помимо того, что поддерживала идеальную чистоту в доме, еще и отлично готовила.

Есть хотелось до тошноты. За весь день я успела лишь выпить несколько чашек кофе, а вот перекусить так и не удалось. Поэтому, когда Светлана Александровна накрыла на стол и позвала нас к ужину, я совершенно забыла о своем обещании сходить с Адамом в ресторан.

Когда мужчина вернулся с работы, я дремала на диване в гостиной. Сын смотрел мультики, а просто заснула.

— Я так понимаю, сегодня мы никуда не идем — раздался смешок сверху и я открыла глаза, не сразу поняв, в чем дело.

— Прости, рабочий день вышел чересчур муторным — поднялась, скрывая зевок.

— Ничего, сходим в другой раз — улыбнулся, протягивая мне букет нежно — желтых роз.

— Спасибо, но… Может перестанешь уже задаривать меня цветами и всем остальным? — приняла букет, вдыхая аромат.

— Тебе не нравится?

— Почему? Мне приятно, но это слишком. Словно у меня праздник каждый день — пробормотала, пряча лицо в букете.

— Ничего не могу обещать — хмыкнул мужчина — Составите мне компанию за ужином?

— Хорошо. Сын как раз просил чай с тортом.

Пока Адам переодевался, сын успел досмотреть мультик. А во время чаепития завалил отца рассказами о новом детском садике. Я даже немного приревновала ребенка, потому что мне с таким энтузиазмом он не рассказывал.

* * *

Время шло, постепенно жизнь начинала приобретать привычные черты. Мы вместе завтракали и ужинали, а выходные проводили либо в детских центрах, либо выезжали на природу.

Я постепенно, заново привыкала к мужчине. Пока однажды не поняла, что он мне больше не неприятен. Более того, стала ловить себя на том, что часто задерживаю на нем взгляд и жду его с работы. Я не хотела признаваться себе, что мне нравилось проводить время вместе. Однако, это было именно так.

А когда случился наш первый поцелуй, я даже испугалась своих эмоций и чувств. Они были слишком сильными и яркими для того, кого ненавидишь. Сама того не подозревая, я снова начала влюбляться в него.

В те выходные стояла отличная погода, и Адам предложил съездить на речку. Мы собрали все необходимое для пикника и двинули в путь. Осень раскрасила все вокруг в яркие краски. Сын с удовольствием играл со щенком, которого нам принес дед неделю назад.

Бабу Лиду отпустили к нам на выходные и они с дедом присоединились к поездке.

Пока дед присматривал за Левой, мы с ней накрывали на стол. Адам жарил мясо, а сын со щенком носились вокруг. Все было хорошо до того момента, пока из — за деревьев не выскочил чей — то пес. Все произошло слишком быстро: оскалив клыки, пес кинулся на щенка.

— Папа! — перепуганный голос сына остро резанул по сердцу. Адам бросился вперед и успел отогнать собаку до того, как могло произойти непоправимое. Он прижал плачущего сына к себе и мягко что-то шептал ему, успокаивая. Меня трясло как в лихорадке. А этот пес снова оказался в поле зрения:

— Посади его в машину — Адам передал сына мне. Дед успел отловить щенка и запереть в машине.

Пес рычал, готовясь к нападению. А потом раздался свист и собака, поджав уши, рванула назад. Адам решительно двинулся следом. Мне было страшно и хотелось остановить его, но мужчина, быстро преодолев расстояние, дошел до хозяина пса. Нам не было слышно, о чем они говорят, но я видела как тот быстро надевает намордник и поводок на собаку.

Видела как Адам разговаривает с кем-то по телефону и как мужчина с собакой поспешно покидают парк.

— Как он? — Адам вернулся к нам и заглянул в машину. Лева тут же бросился в его объятия, разразившись слезами.

Сына удалось успокоить не сразу. Мы даже хотели вернуться домой. Но солнце светило ярко и щенок, забывший о недавней угрозе в виде злобного пса, радостно носился вокруг, звонко лая и игриво рыча. Лева перестал всхлипывать и тоже присоединился к нему, бросая щенку палку или мячик.

Несмотря на произошедший инцидент, день прошел хорошо.

А вечером, уложив сына спать, мы с Адамом еще долго сидели в гостиной, разговаривая. Уже зевая, поднялась, чтоб отправиться в спальню. Чуть шатнулась и сразу почувствовала руки Адама, которые придержали меня. Замерла, ощутив давно забытое томление. Адам медленно развернул меня и мы встретились взглядами.

Его рука скользнула по моей щеке и легла на затылок. Он медленно склонялся, словно давая мне возможность отстраниться и уйти. Но я этого не сделала. Наоборот, мои руки скользнули по его плечам и наши губы встретились.

Его вкус, ощущение твердых губ на моих, взбудоражило все рецепторы. Я отвечала на поцелуй в какой-то отчаянной тоске и мне все было мало. Разум вопил: прекрати, что ты делаешь? Снова все усложнится! А сердце грело надеждой и выталкивало на поверхность глубоко спрятанные чувства.

После, мы разошлись по комнатам, не говоря друг другу ни слова.

С этого момента между нами все изменилось окончательно.

Адам красиво ухаживал, был заботлив и внимателен. Я вновь начинала влюбляться в него. Казалось, что впереди у нас вся жизнь и мы вновь начали сначала, оставив обиды в прошлом, но…

Игорь вновь объявился на горизонте. Вначале были звонки с мольбами и просьбами занять денег. Он просил такую сумму, которой у меня не было.

Я блокировала номера, с которых он звонил раз за разом. Но мужчина был настойчив.

А после того, как он понял, что никаких денег от меня не получит, он перешел к угрозам.

Я написала заявление в полицию, вот только Игорь отлично умел скрываться.

Он продолжал присылать письма с угрозами, в которых обещал похитить кого-то из родных, если Адам не переведет ему денег.

Адам подключил к розыскам собственную службу безопасности и на время все стихло. Игоря не нашли, но он перестал сыпать угрозами. Однако, мне все равно было страшно. На что способен человек в отчаянье? На многое. Поэтому, я согласилась, чтоб у меня вновь была охрана. За сыном же присматривали всегда. И сейчас я была благодарна Адаму, что он позаботился об этом.

Когда позвонили из полиции и сказали, что напали на след Игоря, хотелось вздохнуть с облегчением. Но рано радоваться было зря.

В тот вечер Адам сам забирал меня с работы. С тех пор, когда мы решили начать все сначала, я редко ездила с водителем. Так и случилось на этот раз.

Ничто не предвещало беды. Мы спокойно ехали по трассе, а сзади была машина с охраной. До дома уже оставалось пара километров, когда на сумасшедшей скорости по встречке, в нас влетела машина. Пробив ограждение, мы слетели с моста. Боль была адской, и я потеряла сознание. А когда очнулась, вокруг нас уже были спасатели, скорая и пожарная.

Не знаю, каким чудом, но я осталась жива. Я обернулась к Адаму и вскрикнула от ужаса. Все было в крови. Он казался переломанной куклой.

Когда меня вытаскивали из машины, я была в истерике. Отбивалась и кричала. Отказывалась от помощи и просила спасти Адама.

Смотрела, как мчсники разрезают болгаркой машину, чтоб вытащить Адама. Не знаю, сколько на это понадобилось времени, но казалось, что все движется так медленно и никогда не закончится.

Когда его укладывали на носилки, меня отказывались впускать в скорую. Но я все равно туда пробралась, вцепившись в руку Адама и боясь ее отпустить.

Казалось, машина движется медленно. Что врачи ничего не делают и лишь наблюдают за тем, как Адам лежит без сознания. А потом он захрипел и открыл глаза.

— Я здесь — заплакала, прижимая к себе его руку.

— Мне жаль… что мы так мало были вместе… — прошептал он едва слышно — прости… люблю вас… — закашлялся кровью и затих.

Я отчаянно ревела, кляня и умоляя врачей сделать что — нибудь. Мне приказали сесть и успокоиться, и молилась, прося бога помочь мужчине, которого люблю.

— Не довезем…Не жилец — услышала тихое и черные мушки замелькали перед глазами.