Глава 12

Маша

— Поздравляю, — повторяет Ритка.

Ее слова снова и снова проносятся в моем сознании, как заевшая пластинка. Не могу отвести глаза от двух полосок и пытаюсь понять, что теперь делать. Да, я хотела ребенка от Германа, хотела быть мамой, взять нашего малыша на ручки и услышать первое биение сердца. Но в моих фантазиях все это сопровождалось идеальной семьей, а сейчас оказалось лишь иллюзией. Песочный замок рухнул, Машка, и что ты теперь будешь делать со своим желанием?

— Ритка, я не хочу, не могу, — слова застревают в горле.

Аборт – самое страшное, что могло со мной приключиться. Не развод, не измена мужа, а именно аборт. Смогу ли? А если нет? Рожу и буду воспитывать сама. Не скажу Герману, что беременна.

Это неправильно. Каким бы уродом он ни был, я не хочу лишать ребенка возможности общаться с отцом. Нет, нет, нельзя. Если он узнает, то развода мне точно не видать. Или еще хуже: он отнимет ребенка, и я сама приползу. У него деньги, связи, лучшие условия для проживания крохи, суд будет на его стороне, а если нет, деньги решают любые проблемы. Сейчас я даже начинаю думать, что вариант с его женитьбой на любовнице не так уж и плох. У них будет ребенок, а я лишняя в этом уравнении.

А вытяну ли я одна? Что у меня есть? Маленькая квартира, зарплата, которой едва ли хватает на одного человека, не говоря уже о ребенке, и единственная подруга. Как буду работать в декрете? Это не те условия, которые я хотела дать своему сыну или дочке. Ребенку нужно столько всего: кроватка, матрас, комод, памперсы каждый месяц; если у меня молока не будет – еще и смеси; одежда. И это я еще не говорю о врачах и витаминах, и беременность тоже дорого обходится. Снова вспоминаю, что на карте остались сущие копейки. Все накопления ушли на покупку злополучного кольца.

— Машка, ты чего несешь? — голос подруги заставляет вздрогнуть и скинуть оцепенение.

Ее силуэт расплывается за нескончаемым потоком слез. Ничего не могу с собой поделать. Новость о беременности добила меня. Я долго ждала этого момента. Столько тестов извела, что их не сосчитать. Врачи, анализы, диагнозы, лекарства – и все снова по кругу, а результатов ноль. И вот когда уже совсем не ждешь, не нуждаешься и строишь совершенно другие планы, получаешь то, о чем просил очень долго. Я не была готова становиться матерью-одиночкой, даже мысли такой не допускала. Иллюзия идеальной семьи затуманила разум. Я и предположить не могла, что моя жизнь совершит настолько крутой поворот.

— Ритка, я не потяну, не смогу. — Руки трясутся, тест выпадает, и я не могу остановить громкие всхлипы.

Закусываю губу, чтобы приглушить боль в сердце. Чувствую на языке металлический привкус крови и давлю еще сильнее. Все без толку, ни одна физическая боль не может заглушить тоску в сердце.

— Машка, ты же так хотела этого ребёнка, пусть мужик оказался говном, но ребенок... — она замолкает на полуслове, я физически чувствую ее осуждение.

Еще ничего не решено, но страх поселился в душе. На свете много матерей-одиночек, они же справляются как-то, значит, я тоже должна справиться. Нужно только собраться, придумать план и решить, как будет лучше для малыша. Да, сейчас нужно думать только о ребенке.

Я теперь не одна, у меня есть ради кого бороться и жить дальше. Нужно успокоиться, собраться с мыслями. Моя истерика навредит крошечному комочку. Смогу ли я выносить его с такими стрессами?

— Машка, а ну, выбрось эти глупости из головы, все будет хорошо. — Ритка силой заставляет подняться с пола и утягивает на кухню. — Сейчас я тебе чай заварю с ромашкой, успокоишься, и мы подумаем, как быть дальше.

Хотелось бы иметь хоть капельку ее оптимизма. Права она была, когда говорила, что замуж нужно выходить позже, когда за спиной жизненный опыт, а не выпускные экзамены. Изменить прошлое я не могу, а будущее вполне. Кладу руку на живот, слегка поглаживая пальцами. Все у нас будет хорошо, я найду способ защитить наши жизни.

Рита как никто другой понимает меня. Когда-то у нее было похожее положение. Мы не любим вспоминать ту историю, но сейчас воспоминания сами всплывают наружу. Нам было по восемнадцать лет, когда подруга оказалась в интересном положении. Отец ребенка намного старше. Красивый, статный мужчина, при деньгах и с высоким статусом в обществе. Она до сих пор не рассказала, как они познакомились и уж тем более как оказались в одной постели.

Подруга была влюбленным подростком. Не видела дальше своего носа, розовые очки не позволяли этого сделать. Первая любовь – и столько боли она принесла в ее жизнь. Естественно, герой-любовник исчез, когда узнал о беременности, а Рита поступила так, как считала нужным. Возможно, все могло быть иначе, скажи она родителям. Если бы она только решилась, сейчас бы у нее был ребенок. Увы, прошлое никому не вернуть. Мы не исправим наши ошибки, но можем построить светлое будущее, стоит только попытаться. Мама говорила, что нельзя опускать руки, даже если ситуация кажется безвыходной.

За чашкой горячего чая мы обе постепенно приходим в себя. Вижу, что она тоже вспомнила печальную историю "большой" любви, а вернее, чем все закончилось. Аборт не прошел для нее бесследно. Боюсь, если я совершу ту же ошибку, то лишусь не только ребенка, но и лучшей подруги.

— Маш, я понимаю, ситуация складывается просто ужасно, — она первая начинает тяжелый разговор. — Но если подумать, нам уже не по восемнадцать, мы взрослые тети и должны отвечать за свои поступки. Квартира у тебя есть, работаешь удаленно, я буду помогать.

— Рит, — смотрю в упор, не моргая, — я все это понимаю, мне просто нужно переварить эту новость, хорошенько подумать.

— Так давай подумаем вместе, — произносит с мольбой в голосе. — Расскажи, что тебя тревожит?

— Много чего, но конкретно сейчас я думаю только о ребенке и стоит ли говорить об этом Герману. — Мысли скачут в голове, пытаюсь сосредоточиться и понять, чего хочу на самом деле.

Родить не проблема, а вот все, что происходит дальше, вызывает море вопросов. Воспитать ребенка – это не пальцемпо воздуху водить. Пока Герман был рядом и обеспечивал семью, я точно знала, что справлюсь, но сейчас...

— Дело твое, Маш, что бы ты ни решила, я поддержу тебя.

— Спасибо.

Не знаю, что еще сказать. Если бы не ее помощь, я давно бы скатилась в пучину отчаяния.

В голове наконец прояснилось, и я задаюсь только одним вопросом: где найти деньги хотя бы на самые необходимые покупки. Просить у Германа не собираюсь, я до сих пор не решила, стоит ли ему вообще говорить о ребенке.

— Точно, — выкрикнула, подпрыгнув на стуле.

— Ты чего? — Рита испугалась и схватилась за сердце. — Убить меня решила?

Наверное, сейчас я выгляжу как сумасшедшая, улыбаясь во все тридцать два зуба.

— Ритка, у меня же наличка спрятана в квартире, — признаюсь и не могу сдержать смешок. — Тысяч сто или двести, точно не помню, оставались от продажи трешки, а я все время забывала на счет положить.

Впервые есть повод порадоваться собственной забывчивости. Столько раз собиралась сходить в банк и каждый раз забывала. То времени нет, то дела другие, то работы много, а вот они и пригодятся, осталось только забрать их.

— Это же отлично, — подруга тоже оживает и улыбается, — нужно обязательно забрать.

— Угу, а еще мой ноутбук. И желательно не пересекаться с Германом.

Почему-то при упоминании бывшего мужа меня снова начало тошнить, а в носу свербит от неприятного запаха.

— Думаешь, получится скрыть от него? — Она кивает на живот, а я пожимаю плечами.

— Я еще не решила, но боюсь, он не даст нам спокойной жизни, вдруг решит насолить мне и заберет ребенка? Лучше уж пусть не знает и занимается воспитанием ребенка от Виолетты. — Ну вот, теперь даже чай стал мерзким по вкусу.

Рита задумалась над моими словами. Мне знакомо это выражение лица, она генерирует очередную "замечательную" идею. Даже страшно стало, что на это раз взбредет в ее светлую головушку.

— Знаешь, а может, ты и права, не стоит Герману об этом знать. — Фух, вроде бы пронесло. — И у меня даже есть идея, как сделать так, чтобы он не видел тебя во время всей беременности. — Нет, не пронесло.

— Выкладывай, — обреченно вздыхаю.

— Помнишь соседа сверху, Михаила Эдуардовича? — Киваю, кто же его не помнит? Самый приятный из всех соседей. — Так вот, у него дача есть в развитом поселке, родители часто там отдыхали, он раньше сдавал ее, но сейчас уже не в том состоянии, чтобы ухаживать за домом, пару раз просил меня съездить туда.

— И что ты предлагаешь? — спросила, хотя уже понимала, к чему клонит подруга.

— Уехать туда на время, когда живот уже будет видно, а вернуться перед самыми родами.

— Думаешь, это поможет? Да и кто будет подготавливать квартиру к появлению малыша? Это же столько всего нужно купить, — выдаю свои сомнения, но полностью отвергать предложение не спешу.

— Герман побегает да и успокоится, он же ко мне заявится, я ему и скажу, что ты переехала в другой город, а с покупками помогу, за мной-то он следить не будет.

Страшно признаться, но ее идея кажется вполне адекватной. Не из-за Германа, а из-за возможности взять небольшой перерыв, пожить вдали от шумного мегаполиса, привести мысли в порядок и подготовиться к материнству. Декретные мне тоже выплатят, этого и моей заначки должно хватить на самые необходимые нужды и на некоторое время, а там уже и снова работать можно будет.

— Хорошо, Рит, дай мне время обдумать все, завтра я съезжу к Герману, заберу свои деньги и ноутбук, а там уже будем думать.

— Ну да, вы ведь еще даже не разведены, пока рано убегать, но с Михаилом Эдуардовичем я обязательно поговорю, надеюсь, он не продал дачу.

Согласившись, прикрыла зевок ладошкой и, поблагодарив Риту за ее неоценимую помощь, пошла спать. День был тяжелым, а теперь мне нужен нормальный сон и меньше стресса. К тому же завтра хочу отправиться в свою бывшую квартиру с раннего утра, чтобы побыстрее разделаться с прошлым.