Глава 12

Хоть родители и свёкры настаивали на том, что оставаться одной мне точно не стоит, я не желала новых конфликтов. И в целом, была уверена в том, что со стороны Туманова вряд ли нужно ожидать каких-нибудь пакостей.

Может, была слишком самоуверенна и в этой самоуверенности обманывала саму себя, но почему-то решила для себя так. Когда муж вернётся, он сделает это или в одиночестве, или с Соней вдвоём. И уже тогда мы с ними поговорим.

И я не ошиблась – так и случилось. Я как раз готовила для себя лёгкий ужин, хотя есть совершенно не хотелось, когда ключ в замке повернулся. И стоило мне выглянуть из кухни в прихожую, я выяснила, что это Туманов.

Один.

Он хмуро посмотрел на меня и тут же потребовал ответа на вопрос:

– Ты без группы поддержки?

Закатив глаза, я вернулась к своему занятию. Нарезала овощной салат, пока Денис, раздевался и присоединялся ко мне. Удивительно, но оказавшись на кухне, он в первую очередь повёл носом, как будто был голоден. Однако ничего по поводу аппетитно пахнущей курицы, которая запекалась в духовке, говорить не стал.

Просто устроился за столом и сказал:

– Нам нужно обсудить развод и раздел имущества.

И я ненадолго замерла, но очень быстро взяла себя в руки. Мною было принято совершенно чёткое решение: никаких так называемых пакостей, когда стану удерживать мужа животом, я делать не стану.

Мы с ним разойдёмся, а жизнь сама всё расставит по своим местам.

– Хорошо, обсудим. Хотя особо говорить тут не о чем. Подаём заявление, а когда получим все документы, разбежимся и, как я надеюсь, никогда больше не увидимся.

Я положила себе курицы, когда убедилась в том, что она приготовилась, прибавила к ней горстку салата. Устроилась напротив мужа и стала ужинать.

За этим Туманов какое-то время понаблюдал, а потом сказал спокойно и размеренно:

– Только ты про Соню забываешь. Считаю, что мы должны выделить ей каждый по сумме денег, чтобы она смогла купить себе жильё. Наша дочь здесь прописана, ей некуда будет идти.

Думала ли я о том, что замечание мужа справедливо? Нет.

Если бы мы с ним сели обсуждать подобное, но у меня перед глазами бы не стояла София, которая раз за разом выбирала кого угодно, только не собственную мать, я бы сама дралась руками и ногами за то, чтобы у дочери было своё отдельное жильё, которое бы мы сообща с Тумановым и проспонсировали.

Но сейчас, когда мне нужно было думать прежде всего о себе и будущем ребёнке, а Соня уже прошлась по моей боли грязными сапогами, вариантов кроме того, чтобы послать Дениса к чёрту, не имелось.

Но вместо этого я ответила без эмоций, которые могли бы вывести наш разговор на уровень нового конфликта:

– Про Соню я не забывала, но думаю, что если она выбрала тебя – тебе её и обеспечивать.

Я отложила вилку – есть хотелось ещё меньше, хотя и до сего момента аппетитом я не страдала. А уж от того, каким взглядом наградил меня сейчас муж, и вовсе кусок в горло бы мне не полез. Но и Ден ссориться не стал, лишь проговорил:

– Окей. Тогда давай по суду поделим всё не напополам. Две трети нам с Софией, треть – тебе.

Я не удержалась и расхохоталась мужу в лицо. Он, похоже, считал меня полной дурой, если думал, будто я настолько глупа, чтобы сказать: «Давай, конечно! Я ведь отказалась спонсировать дочь, но две трети вам отдам».

– Туманов, ты совсем ку-ку стал со своей любовью? – спросила безо всякого интереса. – Я тебе только что сказала совершенно чётко – дочь теперь твоя ответственность. Соня выбрала тебя. Точка. И на суде я не отдам ни единого своего квадратного метра и ни единого рубля. Из сейфа свою часть денег уже изъяла – оставила только твою. Так что забирай всё, что тебе принадлежит, ну и встретимся в суде. И там я точно буду до победного отстаивать свои права и интересы.

Мы с Денисом одновременно поднялись из-за стола. Ну как поднялись? Он вскочил, а взгляд его вцепился в меня, причём в нём пылала такая ненависть, что мне стало нехорошо.

– Ну ты просто мать года! – рявкнул он, вперив в меня испепеляющий взор. – Одного ребёнка скинула, от второй отказалась! Хорошо устроилась, Оля!

От того, чтобы получить в морду чем-нибудь тяжёлым, Туманова избавил тот факт, что он попросту от меня сбежал. Помчался в нашу спальню, очевидно, чтобы проверить свои богатства. А я и впрямь зря времени до этого не теряла – забрала ту наличку, которую мы откладывали сообща на будущее, и передала родителям. Могла выудить из сейфа всё, но не хотела нового скандала, который мог закончиться для моей беременности фатально.

– А ты, оказывается, продуманка… – усмехнулся Денис, возвращаясь ко мне с сейфом наперевес.

Он был небольшим, но довольно увесистым. И Туманов, видимо, собирался утащить его прямо так.

– Ещё какая, мой любимый муж, – пропела в ответ издевательски. – Отличный учитель у меня был. Ну, точнее, есть. Потерял ребёнка общего – обрадовался. Трахал свою любовницу в постели жены – вообще без угрызений совести. А сейчас вместо того, чтобы отблагодарить меня за проведённые вместе годы, скорее-скорее побежал спасать свои богатства.

Покачав головой, я начала испытывать чувство дикой усталости. В который уже раз. Меня истощала сама необходимость общаться с человеком, которому на меня было плевать. Он лишь хотел получить свою выгоду – и на этом всё.

– Сначала разведёмся, потом посмотрим, в каких отношениях останемся. И будет ли нам вообще друг друга за что благодарить, – произнёс Туманов, и это прозвучало как угроза.

Отвечать я ему не стала – попросту было нечего. Да он этого и не ждал. Так и держа в руках сейф, Денис буркнул:

– Возьму ещё вещей и документы. И да… встретимся в суде.

Дождавшись, пока муж выйдет, я тяжело опустилась на стул и прикрыла глаза. Надо будет собраться с силами и мыслями, ведь война с мужем только начиналось. И отыскать адвоката, который точно не даст никому забрать у меня лишнего.

Ведь может статься, что Соня и Ден решат отвоёвывать хоть что-то сверх того, что им полагалось. А это значило – мне нужна консультация очень грамотного специалиста.