Глава 17

– Адам Бахирович, вы заняты? – раздался голос Сергея по селектору. – Сейчас открою, – Фарадж подошёл к дверям. – Заходи. У меня был важный разговор по мессенджеру. – Я отвёл Польку в отдел кадров писать заявление на увольнение и заодно сказал, чтобы дали объявление о поиске секретаря. Там когда девку увидели, чуть не по углам от меня ныкаться стали, – усмехнулся Сергей, присаживаясь в гостевое кресло. – О тебе ходит дурная слава по офису. Якобы ты ради меня готов всем глотки перекусить, – захохотал Фарадж, занимая своё место. – Пусть говорят, что хотят. Ко мне не липнет, а возвращается к обидчику. Сейчас Эд звонил, есть новости по маньяку. Им оказалась женщина. – Как это? – Адам даже глаза округлил от шока. – Всё просто. Фая родилась некрасивой и мужиковатой. С возрастом не похорошела. Увлекалась боевыми искусствами в молодости, даже штангу тягала, но выучилась на гинеколога. Потом она работала в поликлинике и через какое-то время ушла к частнику, как хороший специалист. Там она увидела девицу, мелькающую в скандальной хронике, та пришла аборт делать. – Стоп, а изнасилования? – Эта женщина была одинокая, мужики её не хотели, ребёнка она родить не могла, оказалась бесплодна. Вот она и озлобились, типа этой всё и богатые поклонники, и ребёнок, которого она убила, а ей ничего. Фая вырубала шокером, потом насиловала реалистичным фаллосом из магазина для взрослых. Она же гинеколог и знала как надо, чтобы на мужика подумали. Потом душила специальной удавкой, которую сама сделала. – А нашли её как? – Мурашко по моей наводке рискнул, и за дамочкой устроили слежку круглосуточно. Поймали с поличным вчера, девушку спасли. Фая уже призналась во всём. У неё в кармане нашли удавку, там эпителии всех жертв, – ответил Сергей. – Жуть какая, баба – маньяк. Оставим это. Я утром забыл сказать. В июне твоего сына готов принять в реабилитационный санаторий Швейцарии на берегу моря. Я уже заплатил за ваше пребывание там. Возьмёшь отпуск и полетишь. – Я так никогда с вами не расплачусь. Сколько буду должен? Высчитайте с зарплаты постепенно. – Нисколько. Твой сын мне как родной. Впрочем, у меня есть одна просьба, но ты можешь отказаться. Сейчас звонил друг отца с Ближнего Востока. Ему нужна помощь, – спокойно произнёс Адам. – Если я смогу помочь, сделаю. У меня в других странах нет связей. Искать информацию на людей практически невозможно. – У него есть внучка, которую нужно спасти. Девушке восемнадцать лет, с пяти лет живёт с отцом, но мать русская. У неё двойное гражданство. Самира приедет сюда, ей надо срочно сменить фамилию законным способом. Малик предложил мне жениться, но я сказал, что уже нашёл свою судьбу, обещал, поговорить с тобой. – Мне на ней жениться? Что за бред вообще? Я ни разу не видел эту Самиру, – Сергей развёл руками. – Пойми, более надёжного человека найти я не могу. У тебя частный дом, это хорошо. Самира привыкла жить по законам их страны, ей будет трудно тут освоиться. Она станет ухаживать за твоим сыном и не придётся нанимать няню. Вам ничего не угрожает. Там дело не криминальное. Вражда кланов. Глаз за глаз и прочее. Будет фиктивный брак, но если вы понравитесь друг другу, её отец препятствовать не будет, – пояснил Адам и вздохнул. – То есть я должен отдать долг вашего отца и жениться на ней? Лихо. Я понимаю, вы не хотите с Ликой расставаться. – Откуда ты о долге знаешь? – Фарадж был в шоке. – Вы слишком громко думаете, Адам Бахирович. Не надо так. Блин, у меня снова звенит в голове, – Сергей взъерошил волосы и сказал. – Я согласен. Вы слишком много делаете для Артёмки. Но я обещаю, если она обидит моего сына хоть раз, я её пинками за порог попру. – Давай уже по имени и на «ты». Я сказал, что ты мой друг и правая рука. Будет странно выглядеть, если ты станешь обращаться при Самире официально. Мне сообщат, когда она прилетит. – Хорошо пойду работать. В субботу выборы. Главного конкурента мы сняли с гонки, а остальным Шанталь не по зубам. – Это радует. Перекинь мне на почту записи, где признание Полины и разговор Кости Горного. Пожалуй, в субботу навещу Максима Анатольевича. Пора ставить точку в деле с Ликой, – улыбнулся Фарадж. Сергей кивнул, встал и стремительным шагом удалился. Адам откинулся на спинку кресла и подумал, что с таким мужчиной, как Минин, нужно дружить. Перейди ему дорогу и огребёшь по полной программе. Вызывало восхищение и шок, как он сегодня поступил с Полиной. Ни одного синяка на теле, а она во всём призналась, и в полицию ей идти не с чем. Что скажешь? Он положил руки на мою голову, было больно. Её попрут взашей с таким заявлением. Минин говорил, что у него, Адама, хороший ментальный блок, всё равно мысли иногда проскальзывали наружу, и помощник их спокойно читал. Поэтому Фарадж не соврал Малику, он действительно доверяет Сергею больше, чем кому-либо, раз пригрел его рядом. *** Лика думала, что с приездом отца что-то изменится, но этого не произошло. Папа лишь похвалил Костю за инициативу встречать её из института. Теперь её никуда не пускали, хотя вчера по телевизору объявили, маньяк пойман, город может спать спокойно. Девушка вышла в столовую, пахло свежими булочками и картошкой с мясом. На большой тарелке были нарезаны деликатесы. Все уже рассаживались. Служанка принесла салат и удалилась. – Я могу в пятницу вечером пойти с подругами в клуб? Убийцу поймали, бояться нечего. – Не можешь. Я практически договорился о твоём замужестве. Осталось уточнить детали брачного контракта. Сделаем двойную свадьбу летом, зато экономия будет. – Я не хочу замуж, ты же знаешь, – шикнула Лика. – Поговори мне ещё, и получишь люлей. Кто тебя вообще спрашивает, хочешь или нет. Надо, сделаешь. Костя тоже не по своей прихоти жениться, а потому что в его возрасте пора обзаводиться семейством, – строгим тоном сказал отец. – Я взрослая, мне уже девятнадцать. Имею право гулять. В любом суде я могу доказать, что я самостоятельный человек. Одно слово совершеннолетняя чего стоит. И замуж по приказу я выходить не намерена, у нас не Россия времён средневековья. Кто жених? Я его знаю? – Игорь Матвеев. Ты ему нравишься, и он хотел бы взять тебя в жёны. А что, хорошая семья, бизнес свой имеется, – ответил отец. Лика чуть не подавилась куском мяса от шока. Она знала семью Матвеевых, те были религиозными фанатиками. По телевизору смотрели только новости. Виртуальные игры – дьявольское зло. Читали лишь русских классиков. Одевались скромно, без лишней вычурности, на светские вечеринки не ходили. Клубы, бары и прочее – от лукавого. Дмитрий Матвеев был ужасным скупердяем, тратил деньги во славу божию, а сам предпочитал жить скромно. Его сынок, копия папочки несмотря на то, что ему лишь двадцать пять лет. Его настольная книга – библия, музыка только с православными песнями, посещение церкви по выходным обязательно. Всё это Лике рассказала Эльза Матвеева, она сбежала из дома и вышла тайно замуж за простого айтишника, который не принадлежал к их общине. Семья отреклась от девушки. – Лучше за бомжару замуж выйду, чем за Игоря Матвеева. Похоронить себя заживо в их доме? Ну уж нет. У них детей столько, что я считать устала, а всё потому, что аборт – это убийство, а презервативы и таблетки против зачатия придумал Сатана. Ты предлагаешь меня инкубатором для маленьких Матвеевых сделать? Насколько я знаю, мать Игоря ни дня не работает, потому что с восемнадцати лет рожает едва ли не каждый год. – Они богаты и могут прокормить такую ораву. Что ты видишь плохого в детях? Я тоже хотел большую семью, но после твоего рождения маме врачи запретили, – парировал отец. – Мам, ты хоть скажи ему? – заскулила Лика. – Что сказать? Он глава семьи и знает, как лучше. Помнишь, как в библии? Жёны, будьте покорны своим мужьям, как подобает в Господе, – ответила мать. – А если он тебе изменит?! Ты тоже будешь орать на всех углах, что нужно быть покорной?! – неожиданно закричала девушка, подскакивая с места. – Лика! Как ты смеешь! Верность – это одна из заповедей! – рявкнул отец и стукнул кулаком по столу. – Значит так, не отпустишь в клуб, уйду из дома, как Элина Матвеева. С меня хватит ваших библейских бредней. Все девушки имеют право на девичник перед свадьбой, мне даже этого нельзя, – набравшись смелости, заявила Лика. – Хорошо. Уйдёшь в семь вечера, дома будешь не позже одиннадцати. Если хоть на одну минуту опоздаешь, будешь до свадьбы дома, на цепи сидеть. Я всё сказал, – произнёс отец и нахмурился. Лика схватила булочку, развернулась и ушла, оставаться здесь было невыносимо. За неё уже всё решили и даже не поинтересовались, нужен ей этот Игорь или нет. Она бы такого мужика десятым кругом обходила, как и Фараджа, но почему-то не получается.