Глава 83

Ассоль – Ну, как он? – интересуется Честер, когда я выхожу из спальни. Я ошиблась насчет него. Хозяин клуба – хороший человек, хоть мне и поначалу показалось, что он всего лишь жадный до бабок делец. – До сих пор спит. Это нормально вообще? – с волнением внутри уточняю. Цербер практически не приходит в себя уже сутки. Спит. – Нормально, – небрежно бросает мужчина. Честер начал со мной разговаривать только сегодня после обеда. До этого дулся. Сказал, что я подставила его. Так и есть, если честно. И теперь наши отношения лишь с большой натяжкой нельзя назвать напряженными. – Он так лежит… Иногда я проверяю, дышит ли он… – делюсь с мужчиной своими переживаниями. – Может, все же отвезем его в больницу? Вызовем скорую… я не знаю! Сделаем хоть что-то! От безысходности я буквально задыхаюсь. Мне хочется орать во все горло, пока не осипну. Пока меня не покинут последние силы. Мне кажется, я даже за папу так не переживала. Наверное, потому что была не одна. У моего отца есть жена. Любящая, та, которая всегда рядом. Я есть. И еще куча преданных парней. А вот Ратмир совсем один. Некому о нем позаботиться и волноваться тоже некому. И если я не буду молиться за его жизнь, то никто не будет. И я молилась. Впервые в жизни по-настоящему молилась. Плакала над избитым телом мужчины, в котором трудно было узнать моего Цербера. Мы с хозяином клуба с трудом дотащили его до спальни, которую Честер щедро выделил для друга. Это было задание не для слабаков, если честно. И у меня до сих пор болят руки. Мы обработали все раны, ушибы и перетянули те, которые требовалось. Сегодня утром Ратмир, будто еще больше опух. И мое сердце сжимается всякий раз, когда я смотрю на его изуродованное гематомами лицо. – Нельзя в больницу! Я сто раз тебе сказал! И он сказал, – указывает в сторону своей спальни, где я оставила Ратмира. – Но ты, давай, конечно, вызови скорую! Испорти еще что-нибудь! Честер швыряет в сторону тряпку, которой протирал бар. Это успокаивает его. А вот мне успокоиться нечем. – Прошли уже сутки, понимаешь?! – подливаю масла в огонь нашего конфликта. Усаживаюсь на барный стул. – Осталось два дня. Ратмиру нужно уехать. У него сейчас нет шансов противостоять даже тебе! И если мы не уедем… – поджимаю губы. Как же все сложно! – С ним ехать собралась? – грустно усмехается мой собеседник. – А что? – бросаю резко и с удивлением смотрю на него. – Ты это дело бросай! – советует Честер. – Ты молодая, красивая. Не стоит себе жизнь портить. – Откуда тебе знать, что для меня лучше? – взрываюсь, спрыгивая со стула. – Ты у нас что, гуру отношений? – Я просто знаю. Цербера знаю. Тут не надо никаким гуру быть, чтобы понять. Найди себе нормального парня и забудь это все, – обводит рукой бар. – Нет! – отрезаю. Мой тон не терпит возражений. Если Честер сейчас произнесет еще хоть слово, я выцарапаю ему глаза, как бешеная кошка. Мужчина будто чует подвох, и ничего не отвечает. Только обреченно машет ладонью в мою сторону. Мол, что с тебя взять?! Но неприятный разговор сеет во мне сомнение. Я успокаиваю себя лишь тем, что Цербер смог подняться с ринга только, когда услышал про ребенка. Новость словно придала ему сил. А еще Ратмир здесь из-за меня. Он мог запросто оставить дочь своего врага на потеху брату, но пошел на опасный конфликт. Уверена, бандит понимал, чем может закончиться поединок с Сабиром. – Есть хочешь? – Честер вновь обращается ко мне, но теперь уже выбирает нейтральную тему. – Очень, – признаюсь. – У меня только пельмени, – пожимает плечами. – Ты шутишь? – усмехаюсь. – Я уже и не помню, когда ела в последний раз. Твои пельмени сейчас равнозначны самому дорогому деликатесу. Едва договорив, подскакиваю на месте. Из спальни, что находится неподалеку, разносится шум. Я тут же бегу туда. Честер следует за мной. Ратмир мечется по кровати. Его глаза закрыты. Он что-то бубнит и вертит головой. Наверное, снится кошмар. Не удивлюсь. Встреча с родственниками и многочисленные удары могли плохо сказаться на нем. А его психика и так была уязвима. – Тихо, тихо, – падаю на колени рядом с его постелью и сжимаю татуированную ладонь, как всегда разбитую, в своих ладошках. Поглаживаю его крупные пальцы, и утешаю словами. – Все будет хорошо. Все будет хорошо… Даже не знаю, кого больше убеждаю в этом. Честер кладет руку на лоб другу. – Не горит. Это хорошо, – заключает спокойно. От волнения я вновь хочу поднять тему больницы, но понимаю, что могу опять все испортить. Как обычно налажать. Цербер в очередной раз мотает головой, а затем успокаивается, возвращая себе лишь ровное медленное дыхание. – Я тебя ни за что не брошу, – шепчу Ратмиру, когда хозяин клуба уходит. – Будь в этом уверен, – так и продолжаю сидеть на полу, пока из состояния забытья меня не выбивает вибрирующий мобильник. Это мама. Не хочу сейчас ни с кем говорить! Но трубку все же беру: – Алло, мам? – обращаюсь к ней. Я ведь так и не видела ее после того жутко неприятного разговора. – Ассоль, девочка моя, слава Богу! Я не могла до тебя дозвониться! – Все в порядке, мам. Что-то случилось? – Да. Отец пришел в себя.