22-29 вйуэжен 327 года. Космопорт

Через пять дней, рано утром, еще до прибытия корабля с долгожданным пассажиром на борту, Айрин, Эйнри, Лейхио и Дэйниш были в здании центра управления Космопортом.Девушка наконец-то получила шанс использовать свой родовой перстень - пропечатала им доверенности-пропуска, на каждого из парней. Теперь они все могли беспрепятственно находиться здесь в течение последующей недели, с утра до ночи. Но с первым часом ночи и до рассвета посторонние должны были покинуть территорию Космопорта.Идентификацию владельцев пропусков осуществляли по отпечатку пальца. При входе и выходе с территории надо было подойти к автомату и, приложив большой палец к внешнему сканеру, вставить пропуск в специальную прорезь.Вокруг взлетного поля стояла неразрывная круговая стена в два метра высотой, реагирующая на касание звуком и ударом током, и у нее было четыре прохода, с автоматами-сканерами. Все это полностью уничтожало надежды мужчин Венги незаметно просочиться на корабль и улететь.

Но Космопорт - это не только взлетное поле. Это гостиницы, казино, бары. Это маленький город для инопланетников. Ведь именно здесь обсуждались, заключались и отмечались межпланетные сделки.

Все парни были здесь не в первый раз, но раньше ничего, кроме центра управления и бараков с грузами, им посещать не приходилось. Эйнри повезло чуть больше, и он погулял вокруг стены к взлетному полю, встречая Айрин.Но теперь их ожидало недельное переселение в иной мир. Мир, где в борделях женщины обслуживают мужчин, где в ресторане все сидят на одной высоте, где можно хлопнуть по заднице молодую симпатичную официантку, где можно... Можно обнять госпожу за талию, прямо вот так, на улице, и, пьянея от собственной наглости, уткнуться в ее волосы лицом и прошептать: "Айрин! Моя Айрин!". Потому что здесь она просто девушка, красивая девушка. Его девушка.

- Эйн, любимый, мы непременно погуляем тут с тобой, только сначала передадим Дэйниша его отцу.Айрин поцеловала брата совсем не братским поцелуем в губы, и, взяв Дэйна под руку, постучала каблучками в сторону взлетной полосы. Корабль должен был приземлиться с минуты на минуту. На табло уже даже горел номер посадочного места.

Дэйниша бил озноб, который он старательно и безуспешно пытался скрыть. Каждые две-три минуты он поворачивался к жене, собирался с силами что-то сказать, иногда даже набирал полную грудь воздуха, но потом закусывал губу и отворачивался. Через несколько минут все начиналось по новой.Девушка крепко держала мужа за руку, то поглаживая ее, то прижимаясь к нему всем телом. В конце концов, развернула парня к себе лицом, встряхнула за плечи.- Волчонок, золотко, успокойся! Ты уже с ним разговаривал. Он тебя любит, раз и диски записывал, и примчался с другой планеты, чтобы с тобой увидеться.- У него еще сын есть... Нормальный...- Ты тоже нормальный!!! - в голосе девушки зазвенел металл.

Дэйниш покраснел, сглотнул комок в горле и отвернулся. По местным меркам он нормален. А по континентальным... Можно подумать, он не чувствует, как к нему относятся родители госпожи. Да они бы Лейхио предпочли видеть ее мужем вместо него. Вилайди они все прощают, потому что тот, по их мнению, еще ребенок. А ему...Он чуть не искусал себе все губы в кровь, когда Эйн взял и спокойно обнял госпожу, так легко и непринужденно, как будто всегда так делал. И ей в волосы прошептал: "Моя Айрин!".Тикусйо!!! Она - его! ЕГО жена и в ней растут ЕГО дети. Но чтобы вот так, просто, собственнически обнять ее... Нет. Не сможет. Никогда. Поэтому его так никогда не поцелуют. И любимым не назовут. Вот чтобы не просто так: "люблю вас, мальчики", или: "я люблю тебя, волчонок", а потом что-то из серии: "а теперь все спать!". Нет, чтобы так, как Эйну... "Любимый..."А отец у него... Красивый, глаз не отвести! Сейчас. А в молодости вообще вынос мозга был! У них общего - только цвет волос и словечко это отцовское к нему приклеилось. Все! Ну, рост еще... Интересно, тот, второй, младший, такой же красивый? Отец ни слова ему про брата не сказал, это мать рассказала. Давно еще. Как сама узнала, интересно? Или они отношения поддерживали? Странно.

Эйнри, долго со стороны наблюдавший, как друга потряхивает, не выдержал.- Матерь Сущего! Дэйн! Ты бы знал, как я тебе завидую! Это же твой отец, понимаешь?! Думаешь, он мчится в такую даль, чтобы посмотреть на тебя и сказать: "Тикусйо! Ты ненормальный кретин с кучей местных тараканчиков в голове!"? Развернуться и улететь обратно? Думаешь, оставляя тебя на этой планете, он рассчитывал, что ты вырастешь настоящим брутальным континентальным парнем?!- Ну, ты же вырос...Эйнри застыл. Потом задумчиво посмотрел на Дэйниша, обнял его за плечи и прошептал на ухо:- Дэйн! Я вырос эгоистичной наглой тварью с повышенным недоебитом. Но мой отец любил бы меня и таким. Твоему будет проще, он летит сюда, потому что любит тебя. А тебя любить одно удовольствие. Особенно, когда ты не дерешься.

Дэйниш грустно вздохнул... Может, он и правда весь из себя такой правильный, что его любить одно удовольствие. Но тогда вокруг него все с испорченным вкусом. Потому что все любят эгоистичную наглую тварь. Даже он сам.

И тут он увидел вдалеке отца. Его затрясло так, что Эйнри пришлось плотно прижать его к себе спиной. Одной рукой обняв за грудь, второй за талию. И, нежно поцеловав в шею, перевести волнение в возбуждение. У Дэйниша даже открылась способность соображать, и он схватил Айрин за руку, притянул ее и прижал спиной, уже к себе. Эйн тут же опустил руки и отошел на шаг назад. Конечно, его отец должен был подозревать о взаимоотношениях между мужчинами Венги, но афишировать это вот так сразу не хотелось.

И вот они стоят друг перед другом. Отец и сын. Айрин тихонечко отошла в сторону, встала рядом с Эйнри и Лейхио.

- Сколько у нас есть времени?- Целых семь дней. Здесь. На ночь я должен буду уходить.- Отлично. Пойдем, пристроим меня и вещи в какую-нибудь из здешних гостиниц? Вы как, в курсе, какая тут самая лучшая?- Нет. Я вообще здесь третий раз в жизни, - Дэйниш повернулся и вопросительно посмотрел на остальных. Те, почти синхронно, отрицательно покачали головами.- Значит, сейчас пройдемся по всем, благо их тут всего четыре.- Дэйн, вы с отцом давайте ищите гостиницу, а мы пойдем искать приличный ресторан. Спишемся потом, - и Айрин постучала пальцем по часам.Эйнри отдал Дэйнишу свои часы с функциями вызова и обмена сообщениями. По-хорошему надо бы было закупить партию из штук десяти, связанных между собой. Двух, вернее, трех, если считать и Сабинины, явно было мало.

Как только Дэйн с отцом скрылись, Эйнри снова обнял Айрин и нагло улыбнулся, глядя ей в глаза: "Погуляем?".Лейхио зафыркал от смеха, глядя на них:- Эйн, ты не боишься, что ночью госпожа тебе отомстит?- Хуже, чем неделю назад? Не боюсь, - и Эйнри, запустив руку в волосы девушки, за затылок притянул ее к себе и поцеловал.Уже прошло несколько месяцев с того, первого, поцелуя, когда он почувствовал своими губами вкус губ госпожи. Вообще вкус губ женщины. Сформулировать словами, чем губы госпожи отличаются от губ Вилайди, он не смог бы. Но они отличались. Мягкостью, нежностью, чем-то неуловимым, когда сразу понимаешь - целуешь девушку. И где-то на уровне подсознания возникает контроль, поцеловать госпожу так же властно и нагло, как Вилайди, он не сможет. Пытался. Не вышло. Да, поцелуй отнюдь не нежный. Но все равно без полного погружения, расслабления. Вот когда целует сама госпожа... Тогда можно закрыть глаза и улететь.Если бы Дэйниш знал, как ему всегда страшно, в каком он всегда напряжении, когда ведет себя с госпожой вот так, как сейчас, например.Интересно, что чувствует Лейхио? Или его после прощальной молитвы страх совсем покинул?

- Пойдем гулять, мальчики? Наша задача найти ресторан приличный, помните?- Я-то помню, госпожа! - Лей снова фыркнул. И, подойдя к Эйнри, шепнул тому в ухо: - Что, красавчик, пошел в отрыв?!А затем громко объявил:- Предлагаю разделиться! Связи у меня, конечно, нет, но я буду ждать вас на этом месте через три часа. Пойду в бордель и сниму там толпу девочек, - и, соорудив на лице просительное выражение, сложил ладони горсточкой и протянул их в сторону Айрин: - Госпожа, выдайте мне, пожалуйста, единовременную дотацию на удовлетворение физических потребностей.

- Я вам всем на пропуска положила кучу денег. На три часа в борделе тебе хватит. Правда, кормить тебя потом придется за наш счет, но что уж с тобой поделаешь, - девушка говорила серьезно-печальными тоном, изо всех сил стараясь не улыбаться.- Да вы меня благодарить должны! За то, что я не буду ходить за вами следом с постной рожей и ехидничать, а тихо исчезну и оставлю вас наедине, - усмехнулся Лейхио, наблюдая за Айрин. - Кстати, могу я надеяться, что за семь дней хоть три часа времени вы уделите лично мне, госпожа? – интонация все такая же полушутливая и только в глубине глаз – напряженное ожидание ответа.- Спасибо тебе, Лей! Низкий тебе поклон! Выделю я тебе три часа, а может, и больше, - девушка не сдержалась, улыбнулась. Погладила мужчину по щеке ладонью… И все разбежались по территории Космопорта.

***

Дэйниш был искренне удивлен, как легко и просто ему было с отцом. Как будто они знали друг друга всю жизнь. А может, так и было? Дэйн все время смотрел на отца, говорящего с ним с экрана. Слушал, учился, любовался. Копировал, сначала на подсознательном уровне, а потом уже осознанно. И походку, и манеру откидывать волосы или, наоборот, одним движением вдруг - раз! - и лицо спрятала черная грива. И теперь он смотрел на него: живого, близко, рядом. Узнавал и вспоминал. Знал всю жизнь.

А Дайнис... Просто был так рад, что мальчик выжил и нашелся. Потому что его мать полностью лишила его права видеть своего ребенка. Хотя он каждый год первые десять лет прилетал на Венгу в день рождения сына, пытался добиться встречи хотя бы с ней... Оставлял ей письма. Умолял. Убеждал. Готов был даже заплатить. Только одного он не мог дать ей - быть с ней. А она за это лишила его права быть с сыном.И вот его мальчик вырос. Вырос в красивого парня. И уже умудрился сделать его дедом. В сорок один год. И жена у него красавица. Главное, не стерва местная, а вполне себе адекватная девушка.Постоянно ноющее где-то глубоко внутри чувство вины вдруг резко растаяло.Дайнису нравилось в сыне абсолютно все. Особенно, как он каждым неуловимым движением напоминал ему самого себя в молодости. Хотя лицом больше похож на мать. Даже глаза ее, синие. Но взгляд был его. И разрез глаз - его. И грива черных волос - его. И весь этот высокий, мускулистый, красивый парень - его. Его сын.Они поговорили обо всем понемногу. И о жизни Дайниса, и о жизни Дэйниша. И о смерти женщины, которая их соединила и разлучила. И о женщине, которая скоро подарит одному сына и дочь, а другому - внука и внучку. И о том, что родители этой женщины чудом оказались друзьями Дайниса.К тому времени, как они определились с гостиницей, заселили Дайниса в номер и даже разложили все вещи, между ними не возникло ни одной неловкой паузы. Разговор тек спокойно, не напоминая встречу двух экзальтированных барышень или двух нелюдимых подростков.С младшим, тоже выросшим без него, потому что его мать так и не простила "измены", хотя ведь именно ради нее вырвался, прорвался, бросил... Выжил в этом кошмаре, для начала. С младшим такого взаимопонимания не было. С ним вообще было тяжело общаться. Как будто это он жил где-то на другой планете, а не в соседнем городе. И свою голубизну мальчишка преподнес ему пафосно, с вызовом. Типа удивил. После двух лет жизни на Венге.А Дэйниш... Тот парень рядом с ним, Эйнри, кажется, он ведь его обнимал. Но потом расцепились. Интересно, неужели, чтобы его не шокировать?- Блондин, который стоял рядом с тобой, зеленоглазый такой - твой любовник?Дэйн в это время пил минералку и чуть не подавился. Откашлялся.- Нет, я с ним просто сплю. И со вторым тоже.

Дайнис с интересом взглянул на сына. Улыбнулся. Тот тоже улыбнулся ему в ответ. Сначала настороженно, потом искренне. И уже спокойно пояснил:- На самом деле, да, можно сказать, что любовник. Но не постоянный. Обычно я с госпожой, то есть с Айрин...- Называй так, как тебе удобней. После двух лет жизни с твоей матерью я ее тоже называл не по имени.- Странно, я больше всего переживал о том, что ты обо мне подумаешь... Из-за Эйнри и остальных, и из-за того, что я совсем-совсем местный... - Дэйниш посмотрел отцу в глаза, как бы уточняя, что у них на самом деле все нормально.- Ну и зря! Я же сюда не на неделю в отпуск приезжал. Месяц из рук в руки, потом твоя мать, девять месяцев ее беременности и потом весь твой первый год с вами, с тобой. И только когда понял, что никак не заберу, только тогда сбежал. Думаешь, после того как я прожил здесь два года, ты меня чем-то удивишь? И насчет того, что ты совсем-совсем местный, льстишь себе нещадно. Надеюсь, ты понимаешь, что до местного идеала покорной игрушки тебя ломать и ломать.- Это если мы про обычный гарем, а у госпожи... Она нас балует.- Ну и отлично. Я видел здешние идеалы, и просыпался в холодном поту, представляя, что тебя вырастили таким же. Меня теперь беспокоит судьба внука и твое тридцатилетие.- Ну раз у меня дочь, значит, на спокойную старость я себе уже заработал... А насчет сына... Госпожа собирается рожать или здесь, или вообще улететь с планеты. И отдать мальчика своим родителям.- То есть, я смогу помогать им растить внука? – заинтересовался Дайнис.- Да, думаю, госпожа будет только рада. А мы всей толпой будем растить сына Эйнри.- Как вижу... – старший из мужчин весело рассмеялся. - В старину дети полка были. А у вас сын гарема...Настроение, и так хорошее, сделало еще скачок вверх. Сына ему вырастить не удалось, но судьба сжалилась и дает ему второй шанс. Внука.

Тут пришло сообщение от Айрин, что ресторан они нашли и ждут их на том же месте, где расставались.

***

Лейхио действительно пошел в бордель. Снял смуглую, кареглазую, черноволосую, тонкую как тростинка, девушку. И за последующие три часа оторвался за все предыдущие тридцать лет. В договор входили элементы насилия, но так, чтобы не оставалось следов на теле. Следов на теле он не оставил. Но когда уходил, обессиленная девушка жалобно простонала:- Ты еще придешь?- Постараюсь, красавица!А что еще он мог ей ответить?

***

Айрин с Эйнри, обнявшись, гуляли по Космопорту, заглядывая в различные увеселительно-кормительные заведения. Эйн краем глаза выискивал похожие парочки, присматриваясь внимательно к тем, где мужчина был в форме. Ну, или у него на лбу стоял невидимый штамп "инопланетник". В целом, по поведению, континентальные пары мало отличались от местных, из двух мужчин, когда один из пары сильно старше другого. Как у них с Вилайди, например.Другое дело, что сами инопланетные мужчины чем-то неуловимым отличались даже от него и Лейхио. Вернее, правильнее было бы сказать, что это они с Лейхио, при всей своей наглости и избалованности, чем-то неуловимым отличались от инопланетников. И Эйн никак не мог уловить, чем конкретно. Наверное, это было где-то на уровне энергетики, какое-то излучение силы и уверенности в себе.Проходящая мимо группа парней в форме подозрительно оживилась при виде Айрин.- Эй, лапулечка, зачем тебе местный? Иди к нам!Девушка инстинктивно прижалась к брату покрепче. Эйн спокойно оценивал обстановку. Всего семь. Лицо изуродовать успеют. Крайний справа - не противник. Его вывести первым, потом нейтрализовать того, что с кольцом в ухе, белобрысого, у него костяшки пальцев сбиты, значит, дерется часто. Ну и потом двоих возле него, чтобы не мельтешить...На плечо легла сильная рука. Эйнри бросил вбок короткий взгляд - здоровый мужик, конечно, и, главное, подкрался-то как незаметно, зараза. Но движений никаких агрессивных не делает. Группой поддержки быть собрался, что ли?Незнакомый мужчина ободряюще подмигнул:- Расслабься. Ты этих молокососов сделаешь и один, но если что - вдвоем оно веселее. А лучше вообще без драки, - и уже парням: - Салаги! Что б вам один день прожить в том аду, в каком он живет всю жизнь!Парни замялись:- А мы чего? Мы просто к девушке... Зачем ему наша девушка?- Девушка с ним, значит, она его.- Крис, - парни явно знали этого мужчину, хотя он и был без формы, - ну ведь она не местная, а он местный. Еще б понятно было, если бы наоборот. А так...- Вот вас не спросили! А ну, брысь отсюда, пока он вам мозги не вправил.Драчун со сбитыми костяшками пальцев аж подпрыгнул.- Ты думаешь, этот, - презрительный кивок в сторону Эйнри, - лучше дерется, чем я?!- Уверен, Екки. Не думаю, а уверен. Ты дерешься ради удовольствия, а он - чтобы выжить и отвоевать себе ступеньку в иерархии, - и уже Эйну: - Ну что, парень, готов показать салажатам, как надо драться?- По лицу пусть не бьет...- Договорились. И ты тоже! - Екки принял позу боевого павлина, которому до победы один удар.- Само собой, - Эйнри нежно подтолкнул Айрин к стене здания и замер, как хищник перед прыжком.Крис махнул рукой: "Начали!".Минуты не прошло, как белобрысый лежал на земле с заломленными за спину руками.Оглушительная тишина. Потом что-то похожее на "ваааааауууууу...". Непобедимый драчун, отряхиваясь, с изумлением поглядывал на Эйна.- Я тут местных видел достаточно часто, они вообще драться не умеют, - выдал он наконец.- Ты любимчиков комнатных видел. Им драться не положено, они по-другому свою защиту отрабатывают, - презрительно фыркнул Эйнри.- То есть, таких как ты сюда просто не пускают? – заржал парень, переглядываясь с друзьями.- Почему же. Пускают. Документы в руки и в бараки, за грузом. А по ресторанам нас не водят, - усмехнулся Эйн.- Екки, - протянул парень руку, дружелюбно улыбнувшись.Эйнри замер, вопросительно посмотрел на Криса, потом тоже протянул руку и представился.- Если кто будет приставать, скажи, что завалил меня и тебя обойдут стороной, - самоуверенность из Екки била ключом, но если он и правда любил подраться, то его наверняка знал весь Космопорт.- А вы не порекомендуете нам хороший ресторан? Где вкусно накормят и интересно развлекут меня, трех парней из местных и одного гостя планеты, лет так слегка за сорок? - Айрин решила, что уже можно напомнить о своем существовании.Крис знал и объяснил, как добраться до цели. Девушка поблагодарила, посмотрела на часы, ойкнула, отправила сообщение Дэйнишу и потащила брата к месту встречи, прощаясь уже на ходу.

Вдруг Эйн резко затормозил:- Крис, а как ты понял, что я из тех, кто умеет драться?- По твоему поведению, парень. И по тому, как ты себя вел до этого. "Комнатные собачки" девушку за талию, да еще так естественно-непринужденно, как ты, обнимать не будут. Они и здесь ходят глаза в землю и на два шага сзади...- Но если бы я был со своей хозяйкой, то шел бы точно так же.- Нет, парень. Ты бы просто шел на два шага сзади. Прогулочным шагом и заложив руки за спину. Проникнись разницей!- Проникся! Приятно было познакомиться!И Эйнри рванул догонять свою госпожу.

***

Дэйниш проводил все дни на территории Космопорта, с отцом. Эйнри познакомил Лейхио с Екки и Крисом, и они тоже не скучали. Айрин работала переходящим знаменем. То болтая с космопортовской молодежью, сидя между своих мальчиков. То общаясь с Дайнисом, сидя на руках у млеющего от счастья Дэйниша. Их тоже познакомили с Екки и компанией.Дайнис и Крис даже умудрились замутить какие-то общие дела. Дэйну пришлось тоже подраться с Екки, чтобы быть принятым космопортовской элитой. Победа далась ему не так быстро и не так красиво, как Эйну, но все же "непобедимый" драчун и в этот раз оказался на земле с заломленными руками.Возмущению Екки не было границ.Мало того, что его победили в драке два раза подряд, так еще и сделали это местные жители, которых он раньше считал неженками и хлюпиками.Когда Екки начал ходить кругами вокруг Лейхио, оценивая, сможет ли он отыграться на нем или их драка будет последним гвоздем в кресте над могилой его имиджа, хитрый Лей сразу сказал, что он не дерется. Ну вот совсем-совсем не дерется. Пацифист он, убежденный.Эйнри, услышав, чуть чаем не подавился. Но промолчал.

Когда Дайнису пришло время улетать, взгрустнулось всем. Ребята за эту неделю привыкли к хорошему, и вновь возвращаться от ворот сказки в реальную жизнь, пусть она у них и в три раза круче, чем у большинства, не хотелось. К тому же, вот-вот надо было ехать в Джордан, а это равноценно переходу из кипятка в лед. Ничего себе такой контрастик...

Айрин тоже радовалась тому, как расцвели ее мальчики. Иногда она мечтала о том, как было бы здорово жить с ними на другой планете. А пока она продумывала аферу по возвращению Вилайди статуса обычного раба. Как правильно заметила учитель, ничего невозможного для нее не было. Но сначала надо было получить диплом об окончании обучения.