22 мойиэля 328 года. Дом Маргойлинов

Когда военные переловили всех гуляющих по саду незваных посетительниц, Иймайксэ и Гейнийляш выпустили Кэйтайриону из подвала. Ийм, открыв дверь, тут же спрятался за широкую спину Гейна, но его вообще проигнорировали:- Где?!!! Где этот гад?! С ним все хорошо?!- Он убежал спасать ваши хозяйственные постройки, госпожа. И судя по тому, что конюшня до сих пор не запылала, пока еще продолжает этим заниматься.- Один?! Надо же отправить кого-нибудь ему на помощь!- Да, мы уже отправили, госпожа.- А что с Шайном?- Все отлично, он и Нэй уже в гаремном зале, а все остальные потихоньку отмываются и собираются там же.- От чего отмываются? Почему у меня горят хозяйственные постройки? Что вообще тут происходит, Гейн!- Сейчас уже все хорошо, а вот недавно здесь было безумно весело, госпожа. Давно уже в Доме Маргойлин не было столько гостей сразу…Тут по лестнице вниз скатился один из мальков с громким воплем то ли восторга, то ли ужаса:- Принесли мужа госпожи!Кэйт, подобрав юбку, быстро начала подниматься по лестнице, Гейн пошел за ней, а Иймайксэ остался, чтобы помочь молодым мамашам разнести их полусонных девчушек.Подбегая к залу, девушка вспомнила зиму, и как она тогда бежала сюда же, чтобы увидеть бездыханное тело Айка…Как напророчила! Белый, как полотно, Эйнри лежал без сознания, а над ним всхлипывал Тийка.- С ним ведь все будет хорошо, да, госпожа? Он меня спасал… - испуганно прошептал парнишка, с надеждой заглядывая в глаза своей госпоже.- Конечно с ним все будет хорошо! - уверенно ответила Кэйт, больше себе, чем Тийке.С Эйном ничего плохого случиться не может, это будет слишком жестоко по отношению к ней и Айрин.

Когда Эйнри улетел с сопровождающим эскортом домой, все тревоги и волнения, отошедшие на задний план при виде бездыханного тела мужа, снова заметались в головушке Кэйтайрионы.Шайна она уже видела, и с ним все было нормально, также, как и с крутящимся рядом с ним, Нэйем. Никки почти все время утешал Тийку, но при этом несколько раз что-то уточнял у Гейна, и краем уха Кэйт слышала имя своего обнаглевшего любимца. А вот его самого нигде не было, и это начинало немного беспокоить.Из окна гаремного зала Кэйтайриона уже разглядела и разгромленный сад, и обгоревшие склады, которые активно гасили вызванные гвардейцами спецы-пожарники. Поплакать над всем этим она запланировала на завтра, потому что сегодня внутри было какое-то опустошенное состояние, эмоций почти не было никаких, а те, что еще оставались, она извела на переживания об Эйнри.Ну, вернее ей так казалось… Потому что, проводив мужа и возвращаясь на крыльцо, Кэйт увидела Айкейнури, пахнущего гарью и потом, грязного и с красными следами ожогов на плече и спине. Девушка тут же поняла, что вполне может себе позволить еще немного поволноваться.- Айк! С тобой все в порядке? Как ты?!Никки, спустившийся следом за своей госпожой, в компании еще нескольких парней, при виде Айкейнури, закусив губу, тоже в напряжении ждал ответа. После того как их всех нашли и вернули домой, он несколько раз порывался побежать помочь другу, но Гейн строго настрого запретил: "Хватит, наспасались! Теперь тихо сидим и не отсвечиваем. Айку и без нас помогут, ты же сказал, что он на конюшне?" Да, Никки сказал. Самое главное - он сказал об этом госпоже, и та, сидя над еще не пришедшим в себя Эйнри, попросила одну из офицеров вернуть ее любимого наложника, возомнившего себя великим пожарным.Айкейнури, спину и плечо у которого жгло все сильнее, а руки налились свинцовой усталостью, смог только кивнуть и попытаться улыбнуться своей госпоже, временно простившей ему все "подвиги" сразу и оптом.Когда девушка обернулась к остальным, в их сторону уже двигались Гейн и Шайн, чтобы помочь поддержать Айка. А Никки, мимолетно прикоснувшись к руке друга, кивнул Кэйт в сторону дома: "Я за лекарем, да, госпожа?" Хотя это был не вопрос, а утверждение, потому что, не дожидаясь никаких одобрительно-разрешающих жестов от своей госпожи, парнишка побежал к отдельному входу в дальнее крыло, где находился медицинский блок.Гейн с Шайном, подхватив любимца госпожи с двух сторон, помогли ему добраться до комнаты Кэйтайрионы, запихали парня в душ и начали пытаться смыть основную грязь, по возможности не задевая спину. Через несколько минут, вернувшийся от лекаря Никки, раздевшись, влез в ванну, настроил воду на теплую, всучил душ Шайну, а сам взял первую попавшуюся тряпку и, намылив ее, начал оттирать тело Айка, очень аккуратно касаясь участков с поврежденной кожей. Бедный парень уже высказался по полной, пока его поливали почти холодной водой двое садистов. Поэтому попытки Ягодки его отмыть он воспринял как меньшее из зол и молчал, только сквозь зубы резко выдыхая от боли, когда Никки касался обожженных мест.Приведенному в более-менее чистый вид Айкейнури помогли вылезти и уложили на кровать к Кэйт.Осмотрев внимательно спину парня, лекарь попшикал на ожоги специальным спреем, на два самых серьезных наклеил пластыри для заживления кожных покровов и вколол снотворного. "К утру будет как новенький, госпожа Кэйтайриона", - успокоил он девушку.Кьйос повел лекаря наверх, в гаремный зал, чтобы тот осмотрел еще нескольких парней с царапинами, ушибами и одного из мальков, у которого по симптоматике, похоже, было сотрясение мозга - его приложило по голове куском падающей садовой скульптуры.Рэйнийляша погеройствовать никто не пустил, хотя он очень рвался. Гейнийляш, знающий, во сколько сейчас оценивается это чудо, категорически запретил ему высовываться, припугнув подвалом. Поэтому сейчас, хотя он и пришел со всеми остальными, но чувствовал себя здесь явно лишним. И, почему-то, привычное чувство отдаленности от общей массы, в этот раз сильно расстраивало. Кругом толпами сновали герои, а он сидел в гаремном зале, как и положено приличному рабу, вместе с мальками, и в первый раз в жизни был зол на то, что его, распрекрасного, так высоко оценили.Парни сидели на ковре и перешучивались между собой, заодно пересказывая госпоже свои и чужие подвиги. Свои получались скромные и невзрачные, из серии "Пришел, увидел, победил", зато чужие получались замечательно. Никки свое участие в спасении практически всех лошадей, расписал именно так, скромно. Хотя, благодаря ему и Айкейнури, лошадям Дома Маргойлин здорово повезло. Последних шестерых коников, сбежавших от Айка, гвардейцы тоже поймали и привели, то есть, можно сказать, ни одна лошадь не пострадала. А вот спаситель их жилища лежал, постанывая во сне, и начинал покашливать. Лекарь предупреждал, что так все и будет, поэтому влил в парня какого-то настоя и оставил полбутылки на тумбочке: "Если будет сильно кашлять, обязательно влейте еще, госпожа".Тийка, которого задело за живое столь короткое описание подвигов Никки, начал поэтично и в красках расписывать сначала, как они спасали лошадей, потом - как горела конюшня и он побежал спасать друга, но попал в лапы к госпоже, которая хотела узнать у него, где второй вход в дом. А пока он героически молчал ("Потому что потерял дар речи со страху", - прокомментировал Ийм), тут как подлетит Эйнри и как выхватит его, даже рубашку порвал…Под конец красочного пересказа событий в комнату вошли Эйлиорина и Рейтийя (мама одной из девочек). При виде своей мучительницы Тийка и Гейн сразу оба постарались слиться с ковром. Кэйтайриона, махнув рукой матери, чтобы та подождала, вопросительно посмотрела на свою соседку по заточению в подвале.- У нас окно разбито, дерево скрипит рядом и вообще страшно очень, - чуть смущенно призналась женщина и с надеждой посмотрела в сторону Гейна и Ийма. - Пусть кто-то из рабов поспит с нами?Кэйт тоже посмотрела на парней, оценила не очень удачную попытку Гейна слиться с интерьером, усмехнулась:- Гейнийляш, иди, составь молодой госпоже компанию.Счастливый Гейн, быстро подскочив, удалился вслед за такой же довольной Рейтийей. А Кэйтайриона повернулась к матери:- У тебя тоже окно разбито и деревья скрипят, мама?- Нет, я просто очень перенервничала и мне не уснуть! Из-за твоей дружбы с Вайнгойртами наш Дом не просто разорен, он разрушен! И дом, и сад…- Кому бы говорить о разорении, мама, но уж точно не вам!Шайнэйлиер, почувствовав, что еще немножко и обе госпожи сейчас поругаются, приподнялся с ковра, подошел к Эйлиорине и, низко поклонившись, предложил:- Может быть, госпожа пожелает провести какое-то время со мной?Обе женщины в изумлении уставились на парня, потом Кэйт строго посмотрела на мать: "Но если ты его только пальцем тронешь!.." Гордо фыркнув, старшая Маргойлин двинулась в сторону своей комнаты, за ней Шайн. Рыжик, испуганно проводив взглядом своего друга, сорвался с места вслед: "Я с ним, госпожа!"Никки тоже встал и, кивнув Тийке на дверь, улыбнулся Кэйтайрионе:- Мы тоже пойдем уже спать, госпожа? Спокойной ночи.Начавшего приподниматься Рэйнийляша девушка остановила:- Не уходи, я еще не хочу спать и мне будет скучно!Рэй, криво усмехнувшись, присел обратно и уставился в дальний угол.- Ты сегодня сам на себя не похож, солнышко. Сидишь, молчишь… Что-то не так?- Все нормально, госпожа.- Ты уверен? А что ты делал сегодня?- Сидел, весь из себя идеальный, в гаремном зале, как и положено приличному рабу, чья стоимость шкалит за три нолика, госпожа.- Судя по надутым губкам и понурому виду, ты делал это не добровольно, - улыбнулась Кэйтайриона, приподняв голову Рэйни за волосы челки.- Да ну что вы, госпожа. Я слишком бесценен, чтобы размахивать шокерами и гасить огонь на конюшне. И не засоряю свою прекрасную голову всякими глупостями, предпочитая самовыражаться в танцах, а не в машинных кодах, как некоторые.- Рэй, а почему ты не можешь честно признаться, что ты расстроен?Кэйт всегда с большим интересом играла в забавную игру: "Открой для себя еще кусочек Рэйнийляша". Этот загадочный парень манил ее, как огонек бабочку. В это время Айк снова закашлялся, а потом издал громкий всхрапывающий звук.Рэйни ухмыльнулся:- Теперь я знаю, почему вы предпочитаете проводить ночи с Шайном, госпожа.- Да ну тебя! Он обычно не храпит… Ой, а пойдем проверим, как там Шайн?- Как пожелаете, госпожа.

* * *

Как только Шайн представил себе, что Кэйт, измученная всей неслыханной обстановкой и переживаниями за мужа и Айка, будет еще трепать нервы и с матерью, которой, скорее всего, просто скучно стало после такого бурного веселья, то даже сам не понял, какой леший поднял его с места у ног любимой госпожи и заставил вызваться составить компанию той, перед которой все еще присутствовал иррациональный страх. Наверное, это от зависти, потому что физически пострадавший второй любимчик привлекал больше внимания Кэйтайрионы. Хотя то, что удалось провернуть Шайнэйлиеру, было поистине чудом. И, конечно, еще большим чудом было то, что помощь гвардии подоспела так вовремя. Очень хотелось уберечь Кэйт от лишнего стресса. Наверное, никто из домашних, кроме него, не знал, насколько их молодая госпожа ранима и хрупка, отличаясь от большинства своих ровесниц. Ему досталось от этой хрупкой девочки и боли, и ласки, и он был счастлив, что она именно с ним была настолько открыта. Поэтому очень ценил свое особое положение, предано оставаясь рядом в любое время. И вот теперь, шагая в двух шагах позади госпожи Эйлиорин, как когда-то в далеком прошлом, Шайн поминал попеременно Матерь Сущего, очень надеясь на ее защиту, и любимое Айковское "Тля-а". Вот спрашивается, что ему помешало прикинуться предметом интерьера в комнате Кэйтайрионы, как мгновенно сориентировавшийся Тийка или Гейн? Хотя от Гейна, прямо скажем, он не ожидал подобного демарша, но его вполне можно было понять. Те, кто близко пообщался с матерью Кэйт, когда она не в духе, а особенно, когда в духе и жаждет развлечений, учитывая ее богатое воображение, могут себе позволить немножечко помандражировать, опасаясь привлечь пристальное внимание старшей Маргойлин.Однако еще больше Шайнэйлиер перепугался, когда позади хлопнула дверь и он услышал торопливые шаги догоняющего их человека. Спутать их он не мог при любом раскладе, очень-очень такие знакомые шаги… Рыжик. дурашка, он-то куда? Зачем?Эйлиорина задалась, видимо, тем же вопросом, обернулась и удивленно подняла бровь. Шайн на секунду впал в ступор. Вот до чего же все-таки не похожи по характеру мать и дочь, но вот эта мимика - непередаваемое выражение удивления и насмешки - сразу выдавало в них близких родственниц.- Нэй?- Простите. Госпожа Эйлиорин, позвольте присоединиться?- Нэй… - ахнул Шайнэйлиер.Шайн до последнего надеялся, что парень просто "мимо проходил", но как ни делал большие глаза, молчаливо призывая одуматься, это не помогло. Вот ведь тля! Словно тот ни разу не видел бедного Тийку, возвращавшегося от Эйлиорины после "воспитательных мер", проводившихся с целью профилактики или просто для развлечения.- Нэй… Рыжик… Солнышко… - с удовольствием посмаковала мать Кэйт, склонив голову к плечу, разглядывая резко побелевшего парня, так, что стала видна россыпь веснушек на лице.Наверное, до Рыжика только теперь дошло, что их госпожа строго предупредила мать насчет одного из них, а вот про второго никаких дополнительных указаний не было. Мало ли, что на всех них объявлен мораторий для остальных женщин Дома. Это вовсе не значит, что его нельзя нарушить. Ведь не будет же Кэйт наказывать свою мать так же, как рабов. А если и лишит каких-то привилегий или разок оставит без недельного содержания… Так ведь не на хлебе с водой, так что стоит старшей Маргойлин рискнуть?- Отважный какой зверек… Твой? - обернулась женщина к Шайну, у которого сейчас вид был не лучше. Все-таки за себя волноваться проще, чем за близкого человека.- Н-нет, - выдавил старший раб, мысленно попросив прощения у обиженно распахнувшего глаза Нэйя.- Врешь, - спокойно заметила Эйлиорина. - Ладно, я оценила. Не обижу обоих. Я, знаешь ли, предпочитаю чуть помоложе… Ну или побрутальнее, по настроению, - подмигнула она, заставив сердце Рыжика сначала замереть, а потом заколотиться с удвоенной частотой. И, словно отвечая его заметавшимся мыслям, женщина продолжила: - Вот через пару лет, когда войдешь в силу… И моя дочь в тебя наиграется… Ох, Рыженький, какие я знаю забавы… - мечтательно прикрыла глаза их бывшая Старшая госпожа…- Тля-а… - тихонько прошептал Нэй, незаметно вытирая внезапно вспотевшие ладони о штаны.Вот так, довольно мирно болтая, все трое дошли до комнаты госпожи Эйолирины, и она, слегка нарушив правила, запустила обоих парней первыми.Звук двери, закрывшейся за ними, напоминал, почему-то, о том, что они и впрямь всего лишь зверьки и дверца клетки захлопнулась, оставив их наедине с опытным дрессировщиком. Решив, что для начала следует проявить должное почтение и подобострастие, оба, не сговариваясь, упали на колени.Женщина насладилась своим маленьким триумфом и рассмеялась:- Я рада, что общение с моей дочерью не выбило из вас хорошие манеры, и ваша новая любимая Старшая госпожа еще не окончательно вас избаловала. Хватит прикидываться, поднимайтесь, - приказала она. - Шайн, помнится мне, ты хорошо делал массаж ступней? Не разучился еще?- Нет, госпожа, - смиренно ответил раб.- Отлично, а то нынешняя молодежь делает это как-то без души…Шайнэйлиер обернулся на небольшое трюмо, на поверхности которого громоздились ряды разнообразных флаконов разного предназначения - от баснословно дорогих духов и средств за увядающей кожей лица до зубных капель. Вот в этом Эйолирина всегда была небрежна и очень не любила наводить здесь порядок, предпочитая, чтобы все было под рукой, не разрешая разбирать даже слугам.- Да-да, Шайн, именно там поищи, - кивнула довольная сообразительностью своего бывшего раба госпожа, усаживаясь в кресло.Нэй метнулся помочь снять аккуратные домашние туфельки старшей Маргойлин. С каким удовольствием он делал бы это для Кэйт, но там было слишком много кандидатов, имеющих на это больше прав… Эх…Не успел он закончить, как подоспел Шайнэйлиер, держа в одной руке крем для массажа, а в другой - небольшой пуфик, который пристроил под ноги госпоже.- Вот за что я тебя всегда ценила, Шайн, так это за предупредительность, - похвалила Эйлиорина старшего парня.- Благодарю госпожа, Вы слишком добры, - сдержано отозвался раб, выдавив на ладони немного крема и очень осторожно приступая к массажу.Насколько Шайнэйлиер помнил, одна лодыжка госпожи Маргойлин требовала особого деликатного обращения - последствия не слишком удачно закончившейся вечеринки. Тогда Эйлиорина слегка перебрала не только вэйкоктейля, но и алкоголя, и, оступившись на высоких каблуках (лет десять назад она еще довольно пристрастно следовала моде), получила трещину, но отчего-то не сразу обратилась к лекарю. Вот с тех пор иногда и страдает от фантомных, а может и самых настоящих болей, все-таки возраст дамы уже под полтинник… Только вот какая - правая или левая? Шайн на секунду завис, поднял глаза и встретился с насмешливым взглядом Эйлиорины.- Подсказать? - ехидно предложила госпожа.- Левая… - выпалил он, понимая, что это тоже своего рода тест и подсказка снижает балл.- Угадал, - добродушно отозвалась госпожа, расслабляясь. Видимо все-таки нога беспокоила ее, и лишней, пусть и небольшой боли, она не хотела.Теперь, самое главное, точно придерживаться выбранной техники - не слишком агрессивно, чтобы утешить этот дискомфорт от нытья былой травмы, но и не переусердствовать в сторону эротичности. Мало ли, как потом госпожа пожелает снять накопившийся за день стресс…- Нэй, вон ту красивую корзинку подай, - велела госпожа, указав на шкафчик, сверху которого пристроился сундучок, искусно плетеный из прямых тонких прутиков, с закосом под этническое наследие Земли. В таких обычно хранилось разное барахло - милое сердцу, но совершенно бесполезное. Впрочем, даже выросшие на Венге женщины все равно оставались женщинами, и некоторая сентиментальность по отношению к прошлому, вернее, к некоторым вещицам, напоминающим о каких-то ярких моментах минувших дней, присутствовала.Рыжик быстренько справился с заданием и протянул миниатюрный сундучок хозяйке. Но ей было неудобно удерживать его на коленях и это мешало Шайну. И женщина предпочла понежиться под дарящими тепло и облегчение ладонями, отпихнув "сокровищницу" Нэйю:- На-ка поищи, все равно не занят, - и продолжила наслаждаться умелыми прикосновениями рук к своим ступням и пальчикам. - Раз уж я вынуждена соблюдать вашу целомудренность, должны быть и у меня какие-то бонусы на вечер? - вроде бы и вопрос, но прозвучало, как утверждение.- Конечно госпожа, а что искать?Нэй сунул нос в приоткрытый сундучок и невольно заулыбался - прямо сверху на листах изрисованной бумаги лежала небольшая любительская фотография. Совсем еще молоденькая Эйлиорина в Венгсити около какого-то детского аттракциона рядом с маленькой девочкой с перемазанными мороженым губами. Девчушка держала в одной ручке подтаявшее лакомство, а в другой - огромный воздушный шар. И, судя по тому, с какой любовью и гордостью взирает на ребенка госпожа Маргойлин, на снимке - ее юная наследница, Кэйтайриона.Рыжик никогда не видел фотографий своей госпожи в столь юном возрасте. Такая смешная… И чем-то неуловимо напоминает одну из его домомучительниц, полюбивших, видимо за столь неординарную внешность, играть именно с ним. Надо будет как-нибудь, когда у Кэйтайрионы будет хорошее настроение, расспросить ее о том, во что любила играть она. Скорее всего, тоже в парикмахера, потому что до сих пор не избавилась от привычки расчесывать и заплетать косички своим любимчикам, оказавшимся у ее ног. Шайну она, почему-то, не разрешала отращивать волосы, уверяя, что он уже достаточно взрослый мальчик, а вот Айк просто млел, когда Кэйт дарила ему подобные ласки. Даже специально старался попасться на глаза госпоже не с аккуратной косой или хвостом, а неприлично лохматым, чтобы у нее тут же просыпалась потребность усадить рядом и исправить. Кто от процесса получал большее удовольствие - трудно сказать… Но сам Рыжик подозревал, что оба. Потому что Кэйтайрионе нравилось возиться и с его огненными прядями, и он знал, как это приятно. Но тогда Айкейнури начинал сердито фыркать и грозить, что если Нэй не начнет причесываться сам, он ему живо приведет дочку Рейтийи и спасать больше не будет. Кэйт только посмеивалась над пыхтящим от ревности любимцем, и, конечно же, тот получал потом свою порцию ласки.- Ну что ты там углядел? - усмехнулась женщина.- Это Вы с госпожой Кэйтайрионой? - спросил Нэй, доставая снимок.- Да! - довольно улыбнулась Эйлиорина. - Представь себе, я была такой же молодой и красивой как твоя госпожа сейчас.- Вы и сейчас по-прежнему красивы, - польстил Рыжик, протягивая фотку госпоже.- Умница, - вновь похвалила сообразительного парня Маргойлин.Нэй зарделся. Ну да, пусть на лице появились мимические морщинки, но Эйлиорина по-прежнему следила за собой и черты былой красоты в самом деле прослеживались отчетливо.- Ой… - Рыжику сначала показалось, что он обознался, взглянув на дальнейшее содержимое, но госпожа рассмеялась:- Похож, не правда ли? Шайн, взгляни, - разрешила она старшему парню отвлечься, чтобы посмотреть на карандашный рисунок.- Эйнри? - выдохнул он удивленно. - Такой юный…- Да. Это Кэйт рисовала. Я тогда специально попрятала все наброски, опасаясь ее нездоровой привязанности к одному нахальному рабу… Очевидно, поздно спохватилась… не помогло, - немного огорченно призналась женщина.- Она больше не рисует… - заметил Шайнэйлиер.- Наверное, с тех пор, - пожала плечами Эйлиорина. - Ты бы предпочел, чтобы по всему дому валялись портреты Эйна или Айка? - поддела она.- Да нет, мне их рож… Простите госпожа, их лиц и так хватает, насмотрелся, - отвернулся Шайн и вновь сосредоточился на массаже ступней госпожи.- Ну и правильно. Надо было, наверное, все-таки не похожего ей дарить, а полную противоположность, - досадливо вздохнула Маргойлин. - Глядишь, и выздоровела бы, а теперь… Что она на нем так зациклена… Ладно бы еще наследницу сумел зачать… - и недовольно замолчала, видимо до сих пор переживая.- А что мы ищем, госпожа? - задал вопрос Рыжик, стараясь сменить неприятную для всех тему.- А? Я не сказала? - удивилась Эйолирина. - Карты, Рыженький. Мне как запретили играть в азартные игры, я все подальше распихала от соблазна, но сегодня же можно…Шайн с Нэйем переглянулись и почти одновременно пришли к выводу, что лучше уж составить компанию госпоже за игрой в карты, чем изображать послушного щенка с виброанфаллосом. Намного лучше. И Рыжик с двойным усердием принялся рыться в "сокровищнице воспоминаний" старшей Маргойлин.

Спустя почти три часа Эйлиорина все же сдалась:- Ладно, мальчики, я вами обоими довольна, вот уж ублажили, так ублажили… Но теперь я хочу спать. Нэй, сбегай-ка принеси свежего сока, - распорядилась она.- Да, госпожа, - метнулся за дверь Рыжик.А женщина повернулась к Шайнэйлиеру:- Я наслышана о твоем личном вкладе в сегодняшние события, Шайн… Честно говоря не ожидала, - похвалила госпожа напрягшегося мужчину. - Ты… знаешь, я вот подумала… Наверное, рано я тебя задвинула в небытие, мой хороший. Не бойся, когда тебе стукнет 30, я попрошу Кэйт тебя не усыплять, а заберу обратно к себе… По крайней мере, ты единственный, кто так великолепно умеет делать массаж ног, - усмехнулась она своим мыслям.- Бла… благодарю, госпожа.Шайнэйлиер низко склонился, похолодев от возможной перспективы. Это вот сегодня Эйлиорина добрая и ласковая. Но всем известно, насколько непредсказуемы пожилые женщины… Тля-а… Ну он и попал.Когда наконец-то они оба были отпущены восвояси и вернулись к себе, Шайн уткнулся в макушку Нэйя и долго сидел, обнимая уже почти переставшего быть похожим на мальчишку парня. Ведь уже еле удается сводить руки на плечах, достаточно широких благодаря ежедневным занятиям в спортзале, от которых Айк не позволял отлынивать Рыжику и Никки, правда, делая маленькие поблажки своему Ягодке. Может и правильно. Это Рыжик еще не раскрыл до конца свой потенциал.- Шайнэ? - забеспокоился Нэй, почувствовав, как сильнее стиснув руки, тяжело вздохнул за его спиной Шайнэйлиер.- О, прости, задумался, - шепнул тот, разжимая руки. - Давай спать… Просто спать. Я устал.- Хорошо, - согласился парень, быстро забираясь под легкое одеяло.- Рыжик…- Да?- Спасибо, что ты у меня есть! - с чувством произнес Шайн, укладываясь рядом.- Да ладно тебе… - смутился Нэй, слегка покраснев. - И вообще, двигайся ближе…Рыжик почти сразу отключился. А Шанэйлиер все пытался представить, как там этой ночью Кэйт без него… И вообще с кем? Да еще и "радужная" перспектива, озвученная ее матерью, никак не способствовала быстрому засыпанию. Шайн встал и отправился к алтарю Матери Всего Сущего с острым желанием привести мысли в порядок и слезно попросить… Только пока еще неизвестно о чем… Если Кэйтайриона от него откажется… То ли просить самому, чтобы усыпили, то ли что… И, на всякий случай, стоит, наверное, написать очередное завещание, по крайней мере, это успокаивает. Правда, Рыжик шипел в последний раз, что лучше бы он пробовал писать стихи, как Тийк, а не строчить свои последние распоряжения… Но Шайнэйлиер не обижался. Просто Нэй еще слишком юн, а Шайн уже не молод, чтобы оставаться оптимистом…

* * *

"Тляшки-букашки, какой сказочный трындецовый звездец поселился в голове и не хочет съезжать не за какие бублики! Ушки только заичьи надо подвить, чтобы уж совсем невинненько смотрелся. Или наоборот, начесать как следует, чтобы в них смущенно носиком прятаться? Прыгаю рядом с госпожой, проверить, как там конкурент по кровати время проводит… Матерь Сущего, бычара храпит на том месте, где вполне себе сегодня я мог прилечь и отдохнуть, за хорошее поведение. Вот чего бы, красивая моя, тебе было не усыпить это чудище с опаленными крылышками у него в комнате? Кроватка тогда бы была вся наша. Старичок бабулю ублажает, бычок у себя в комнатке дымок выпускает, как кальян сломанный, а мы бы чудно ночь провели… Хотя настроение такое, просто хоть горчицу из себя выжимай - нажористая получится, пальчики оближешь. Ведь хороший же был, вел себя как в законе прописано, что же так тошно-то, как будто носки чужие понюхал?! И ведь не потому, что этот буйвол сейчас звуки немелодичные на кровати издает. Общее состояние души такое, как будто облажался по полной, только не понял где".- Рэйни, солнышко, ты о чем задумался? Я тебе вопрос задала!Вау! Допрыгались-доскакались-домчались в белой аэрошке, тляшки-букашки!- Простите, госпожа, я не расслышал…- Почему тебя продали, Рэй?- Эм… Ну так… Мужу не угодил. Натура ж у меня такая, раскрасивая, вот ему завидно стало, пиявок ему на рабочий инструмент воспроизводства…- Рэй, я правду бы хотела услышать…Кэйт остановилась у комнаты матери и тихонечко приоткрыв дверь, застыла изумленно. Шайн, Эйлиорин и Нэй играли в карты, да так азартно, что хоть присоединяйся.Поманив пальчиком Рэйя, чтобы и он оценил происходящее диво, и обменявшись с ним понимающими улыбками, девушка двинулась обратно к себе. Рэйни следовал за ней, продолжая размышлять над тем, какие ушки ему пойдут больше - с начесом или завитые.В комнате Кэйтайриона пристроилась в центр кровати и махнула парню, чтобы тот прилег рядом. Рэй окончательно растерялся, но виду старался не подавать. Поэтому пристроился рядом с госпожой, поправил под головой подушку… Бедром почувствовал бедро госпожи и ощутил, как предатель в штанах зашевелился.- А теперь говори мне правду, Рэйни!- Про что, госпожа? - все-таки ушки с начесом, вот так вот их сейчас на глазки и оттуда невинный взгляд. Не прокатило, тляшки-букашки!- Про то, почему тебя продали, солнышко! Правду! - и Кэйт, пристроившись Рэйю под руку, посмотрела на него таким же невинным взглядом.Парень мысленно приделал своей госпоже заичьи ушки и улыбнулся.- Меня обвинили в избиении младшего мужа госпожи, но я клянусь своими любимыми тапочками с помпонами, не трогал я его. То есть трогал, но не так…- А когда ты понял, что будешь танцором?"Не понял, это все, что ли? То есть я сказал, что не я и все?! Тляшки-букашки, она поверила мне на слово, и все?! Меня не будут гнобить, пилить, стругать и ругать? Тляшки-букашки… Спасибо тебе, добрый инкогнито, начистивший мордасик вторушечке ЕЕ Высочества, Ненаглядной госпожи Ейлийфии. Без тебя бы я продолжал прозябать на ниве домашнего дрессированного красавчика, а сейчас я одна вторая от первого места в первом театре при Первом Доме. И лежу на кровати своей госпожи, обнимая ее одной рукой и болтая с ней о моем детстве… Чудны дела твои, Матерь Сущего. Но я тебе свечку должен, если что. И за эту ночь тоже".- Я с трех лет танцевать любил, госпожа. А в лагере меня обучать всерьез начали… А мне можно вам вопросы позадавать, госпожа?- Конечно, солнышко. Задавать можешь, - и снова перекрестились две пары глаз с невинными взглядами из под заичьих ушек.Так, мило болтая, они и уснули.