10 кайаэба 328 года. Дом Шойфейр. Айрин в гостях у Яйрийны

Айрин:Я планировала свою поездку к Яйрийне еще до явления моего блудного брата домой. Но вчера вечером поняла, что кроме Айрта, которого воспринимала уже как свою тень, так к нему привыкла, хочу взять с собой именно Эйнри. В воспитательных целях. Ему явно не повредит взглянуть на обстановку в доме Яйры. Ну и была у меня еще не полностью оформившаяся идея.Мы сидели традиционно в комнате Яйрийны, мужья которой привычно расположились у ее ног и казались полностью довольными жизнью во всех ее проявлениях. Даже Лейкси стал выглядеть счастливей с нашей последней встречи. Хотя, Айртейш тоже готов выполнить любой мой приказ, и также будет только сладко жмуриться под моей рукой.Значит, проблема не совсем во мне, вернее, не только во мне, а в чем-то, что вначале между мной и братом было, а потом пропало.Сперва мы поговорили о пустяках, типа погоды за окном. Я похвалила удачно попавшуюся мне на глаза напольную вазу - прекрасно сделанное подражание югендстилю. При этом мой взгляд, мои руки, все мое тело тянулось к Эйну, проверить, убедиться, просто насладится фактом его наличия рядом...- Яйрийна, а что бы ты сделала, если бы твой мужчина, любимый мужчина, принял бы важное решение, не посоветовавшись с тобой? Даже не так. Что бы ты сделала, чтобы он понял и, главное, хорошо запомнил, что больше так делать не надо?Эйнри, сидевший справа от меня, слегка напрягся.Создавалось странное ощущение, что он видел в моей новой знакомой потенциальную опасность, от которой уже заранее готов был меня защищать.Яйрийна задумавшись на минуту, ненароком скользнула взглядом по моему брату, как будто подозревая, что мой вопрос касается именно его, потом ответила:- Не посоветовавшись? Ну, во-первых, разобралась бы в причинах. Как уже говорила, я следую теории, что мужчины все-таки разумны и, значит, их поступки исходят из принимаемых ими решений. Если это решение не соответствует твоим интересам, то или он не уважает твоего мнения и нужно менять отношение к нему серьезно, добавляя наказаний, или он излишне самостоятелен и не доверяет тебе, и тогда наказания тоже не помешают. Но упор нужно делать на лишение его этой самостоятельности и обучению слепому безусловному доверию. Или, что, по-моему, самое частое, он просто глуп и не понимает ситуации. Тут наказывать бесполезно, нужно разговаривать и объяснять. Подбирать слова, чтобы он наконец тебя понял.

Что же они все как-то сразу в крайности... Или глуп, или не уважает... И слепое безусловное доверие - это не совсем то, что я бы хотела в обычной нашей жизни.Но у моего любимого те же крайности, которые видны в размышлениях у Яйры. Или бессловесная покорная игрушка, или ворочу что хочу. А мне именно вот с ним нужна середина, разделение ответственности, доверие в обе стороны.Да, наш разговор явно сворачивал с мирного направления. И Эйнри, так привычно сидевший на коленях справа от меня, почувствовал это. В его глазах появилось, очень редкое для него, умоляющее выражение. Но я же обещала ему, что так легко он прощения не получит? Да и не оценит он, если я снова растаю сладким сиропчиком у его ног.Я разрешила ему вести себя с парнями так, как будто ничего не произошло. Но в наших отношениях собиралась сделать несколько шагов назад и приблизиться к популярным среди местных женщин играм. От привычных радостей я отказываться не собиралась, но теперь хотелось добавить туда так не хватающей ему перчинки.- Яйрийна, ты не будешь возражать, если сегодня я покажу тебе небольшой спектакль?Конечно, она не возражала, а мнения Зайна и Лейкси никто не спрашивал.Мы с ней отошли в нишу с милым содержимым, чтобы выбрать все, что мне может понадобиться.Я не собиралась устраивать ничего экстремального. И продемонстрировать всем высокий болевой порог моего брата тоже не планировала. Мне хотелось его встряхнуть, дать ему упасть на самое дно и потом взлететь оттуда. А в качестве крыльев использовать его доверие ко мне. Если оно у него велико - то он будет парить сразу, а если нет - сложит крылья и рухнет вниз. И в этом будет и моя вина тоже. Вдвоем играть и изображать, что мы по-прежнему верим друг другу, проще, именно поэтому я решилась рискнуть и сыграть на публике. Шок! Нам сейчас нужна встряска, чтобы все снова встало на свои места. И я была готова ее устроить.Выбрав наиболее устраивающий меня инструмент для игры, демонстративно положила его на столик, и по расширившимся глазам брата поняла, что он ... догадался, для кого это предназначено.Приглашающим жестом я махнула ему в сторону креста.- Госпожа... - почти одними губами, еле слышно, но все равно ведь осмелился возражать!- Ты собираешься спорить со мной? - откуда во мне взялась эта властная стерва? Не важно! Зато я точно знаю, чье поведение ее разбудило.Брат подошел к кресту и замер, вопросительно посмотрев на меня. Похоже, он наивно ожидает, что я сейчас скажу, что пошутила. Нет, ангелочек мой! За все грехи надо платить! Да и это скорее даже не наказание, не расплата, а воспитательный процесс. Ты поймешь все, потом, если поверишь мне.- Раздевайся.- Госпожа...Я даже переспрашивать снова не стала, просто посмотрела ему в глаза, вопросительно выгнув бровь, и почти тут же мне под ноги полетела рубашка. Брюки уже были сняты с большей покорностью, не так импульсивно-демонстративно.- А теперь вставай спиной к кресту.Пока Зайнаш фиксировал Эйна, я старалась не смотреть брату в лицо. Чтобы не видеть в его взгляде удивления на грани шока, возмущения, которое он старательно пытался заглушить, и возбуждения, несмотря на всю неопределенность ситуации. Это возбуждение, кстати, подсказывало, что действую я в правильном направлении. Он будет летать!

Эйнри:Разговор явно сворачивал не туда. Я уже начинал ощущать сгущающееся напряжение вокруг сестры. Причем и Айрт тоже напрягся. Надо же, чуть больше недели с ней, а чувствует ее так же хорошо как и я.Левая рука сестры погладила по голове своего ручного зверька, успокаивая. А я? А меня?! С утра же все более-менее нормально было. Ну, вежливо-отстраненно, конечно, но ... Погладить-то меня можно, наверное? Мало ли, вдруг я тоже переживаю?- Яйрийна, ты не будешь возражать, если сегодня я покажу тебе небольшой спектакль?Это моя Айрин спросила? И судя по тому, что меня так никто и не погладил...Спокойствие, главное спокойствие! Ты же вроде доверяешь своей женщине, парень?! Другое дело, что той, которая сидит напротив, я не доверяю абсолютно. Ее спокойный взгляд гипнотизирует. Я для нее насекомое в альбоме энтомолога, не более того. И моя Айрин для нее... тоже интересный экземпляр для изучения. Как моя госпожа могла попасть под очарование этой женщины? Почему ей интереснее разговаривать о мужчинах с ней, а не с моей женой? Хотя дурацкий вопрос. Иди посмотри в зеркало и увидишь там причину. Значит, помоги мне Матерь, мне еще придется что-то делать, чтобы спасти Айрин от влияния Старшей госпожи Шойфейр.Сестра, вернувшись после совместной прогулки с госпожой Яйрийной куда-то в темную часть комнаты, положила в центр стола большой нож. Мааааатерь?!- Госпожа?...Я не готов... Пожалуйста! Только не здесь и не при ней!- Ты собираешься поспорить со мной?Я? Спорить? Со своей госпожой на людях? Кретин!Встав у креста, еще раз умоляюще посмотрел на сестру. Мы же вроде все решили между собой. Зачем надо ломать меня на людях, любимая? Зачем тебе это нужно?- Раздевайся.- Госпожа?На меня так взглянули, что я... я почти поверил, что наши разговоры вчера и позавчера мне приснились. А на самом деле моя Айрин за неделю стала настоящей венговской госпожой, и мне теперь придется как-то с этим жить. И мне, и другим парням, и сыну Дэйна, и... Кэйтару.Сорвав с себя рубашку, я швырнул ее под ноги сестре. Она спокойно смотрела на меня. Не залепила пощечину. Просто смотрела, как будто понимала, что сейчас творится со мной и... не осуждала.Внутри все обмерло и одновременно где-то внизу живота сладко заныло. Я кретин! Не важно, зачем она все это затеяла, но моя задача просто поверить ей и играть по ее правилам, не пытаясь перехватить контроль и не осуждая. Главное, не осуждая! Она умная. У нее есть план. И я ей верю. Она моя и я - ее! Все хорошо. Все будет хорошо. У нас все будет хорошо.

Айрин:Пока Зайнаш ходил за ведерком со льдом, я присела перед большой чашей с немного странно пахнущей жидкостью, по поверхности которой плавал пробковый диск с фитилем в жестяной обводке. Взяла заботливо оставленную рядом с чашей зажигалку. Чуть отстраниться в сторону, щелчок, и высокое синее пламя взвилось вверх. Эйн, не отрываясь, следил за мной, и когда огонь мгновенно расцвел прекрасным бутоном, попытался дернуться на кресте. Не от огня, а ко мне. И только убедившись, что со мной все в порядке, снова расслабился и виновато опустил глаза в пол.Когда лед оказался по другую сторону креста от чаши с пламенем, я взяла в руку протянутый мне Зайном нож и, приложив одной из широких сторон клинка к телу брата, провела по его груди.Специально незаметно усилила нажатие в сторону обуха, чтобы не порезать кожу лезвием. Но только чтобы это заметить, надо расслабиться и полностью отдаться ощущениям, а Эйнри напряжен, и в его расширившихся зрачках мелькают страх и недоверие. Да, плохая я госпожа, если мой собственный личный раб мне не доверяет.- Повязку на глаза еще можно?Зайнаш, едва слышно хмыкнув, почти тут же отреагировал на мою просьбу и протянул мне черную плотную ткань. Тело брата напряглось, наверное, до судорог в мышцах. Ну, хоть промолчал, спасибо тебе и на этом, радость моя.

Эйнри:Сначала я был просто сгусток мышц. Закаменев, молча стерпел, пока мне на глаза надевали повязку. Нежные, как бы случайные касания ее рук к моим волосам, к лицу... и я снова расслабился. В этот раз полностью и окончательно. Холодное лезвие ласкало мое тело. Иногда оно становилось почти нестерпимо горячим, и тогда ко мне прикасалась тонкая грань клинка. И даже с завязанными глазами я, расслабившись и доверившись, понимал - это тупая сторона. А вот сейчас уже ощущение, что кожу разрезает ледяное острие. Я просто чувствую, как сердце сбивается с ритма и капелька пота стекает по виску. Но это меня подводит тело, внутри, в душе - я верю. И знаю, когда с меня снимут повязку - следов на моем теле не будет.Клинок медленно скользил, рисуя то полосы, то круги, то спирали. Иногда он опускался опасно низко. Тогда сердце начинало стучать так, как будто сейчас выпрыгнет из груди. Особенно, когда охлажденное лезвие касалось моего члена или мошонки. Бороться с возбуждением я перестал почти сразу - Айрин не приказывала же. Стараться просто ради того, чтобы всех поразить, не видел смысла. Гораздо приятнее было расслабиться и наслаждаться.Лезвие в очередной раз скользнуло по низу живота, чуть задев головку члена, и тут я ощутил, что в этот раз все-таки будет след от пореза. Повязку неожиданно сдернули у меня с лица, и наши с сестрой взгляды пересеклись. И почти тут же все мысли унесло из моей головы нежное касание языка, слизывающего капельки крови и потом губы... Там! Ее губы у меня на члене. Матерь Сущего! Здесь и сейчас?! При всех?! На колени предо мной и вот так?! Полузакрыв глаза и не скрывая удовольствия?! Касаясь даже не руками, губами...Волна возбуждения. Восторг и... Я - кретин. Хотя бы потому, что смел вначале сомневаться в ней. Это все было только для нас. Все с самого начала было только для нас двоих. Это ее выбор. Ее решение. Показать, что она может делать со мной все что хочет. Дать мне почувствовать, что моя жизнь в ее руках. Одно касание ножа. И я доверился ей.А теперь она всем дает понять... Но главное - мне. Как много я для нее значу. Что бы не делал, я все равно для нее важен. Мои слабости для нее не имеют значения. Моя жизнь принадлежит ей, я весь принадлежу ей и ... Она тоже принадлежит мне. Потому что для нее я важнее всех. Только она и я. Ближе никого нет. Она открывается сейчас мне. И ей неважно количество зрителей у нашего разговора душ.И... Матерь Всего Сущего! Какой, тля! контроль, когда вдруг осознаешь... А главное... Когда чувствуешь, что тебя понимают. Без слов, с полувзгляда. Ее пальцы сильнее сжали меня сзади, впиваясь ногтями в кожу, и последние мысли из моей головы вынесло огромным взрывом... В нее... При всех... Матерь Всего Сущего, помоги нам!

Айрин:Неожиданно я очень возбудилась. Может, потому что мы были не одни, а может, потому что это был именно нож? Острый, опасный клинок, нежно ласкающий тело моего любимого. Грань! Все в нашей с ним жизни - по грани. Как же это восхитительно - знать, что его жизнь сейчас зависит от моего каприза, от одного моего движения. И видеть, как он доверяет мне. Свое тело и свою жизнь!Я полностью погрузилась в игру, и ручка ножа стала как бы продолжением моей руки. Я то нагревала лезвие, то охлаждала... Мы были единым целым, и нож слушался меня, как живой. Проводя линию по животу Эйна, точно над головкой его возбужденного члена, почти касаясь ее холодным металлом... Я только подумала, что хочу увидеть там кровь, и пальцы тут же легонечко надавили на острую сторону. Несколько густых красных капель побежали друг за другом рядом с гипнотически притягивающим меня, чуть покачивающимся стволом. Воткнув уже ненужный нож в лед, я сдернула повязку с глаз брата, чтобы увидеть его широко распахнутые изумленные глаза. И тут же опустилась на колени, чтобы не дать капелькам крови скрыться от моего языка и... Наконец-то! Прикоснуться губами к нежной розовой кожице головки. Провести языком по кругу. Потом плотно обхватить губами и начать скользить вниз, чтобы внутри меня оказалось как можно больше безумно возбуждающей меня части мужского тела. При этом смотреть в его лицо, видеть, как ему нравится то, что я с ним делаю. Жадно гладить, чувствуя, как напрягаются его пальцы от желания. Провести по дорожке волос на животе, нежно, едва касаясь... Чуть ощутимее, чем дыхание.Я так увлеклась, что забыла, где мы находимся и что вокруг нас есть зрители. Я чувствовала, как член Эйна увеличивается, становится еще тверже, уже вот-вот... Как я любила эти мгновения ощущения полной власти. Мне всегда казалось, что это какой-то удивительно-упоительный миг передачи энергии, силы... Момент полного обладания! И при этом растворения друг в друге. Только услышав тихий выдох-стон, я вспомнила, что вокруг нас есть еще люди и Эйнри надо подать хоть какой-то знак. Дать разрешение кончить. Мои пальцы, соскользнули с его бедер чуть дальше, совсем на ягодицы, ногти впились в кожу, губы плотно сжали головку, целуя ее...Почти сразу взять член чуть поглубже и наслаждаться вкусом любимого, его силой и своей победой, своей властью над ним. И самой отдаться ему полностью, ощутить себя с ним единым целым, слиться настолько, что его оргазм ощутить как собственный.

Через полчаса мы уже снова спокойно сидели за столом, как будто ничего и не происходило. Все семейство Шойфейр явно пребывало в глубоком шоке от увиденного, хотя по Яйрийне это было практически незаметно, да и Зайнаш подливал мне вино с обычным выражением лица услужливого робота.Но я, на всякий случай, решила слегка разрядить обстановку, и с улыбкой уточнила:- Прости, я слегка забылась. Я стараюсь уважать традиции Венги, но иногда так сложно сдержаться. Если мужчина принадлежит мне, то он принадлежит мне целиком, до последнего волоска на своем теле. И я могу делать с этим телом все, что мне вздумается.Мне тоже мило улыбнулись в ответ. Ну что ж, надеюсь мой маленький спектакль пойдет на пользу не только моим, но и чужим мальчикам.