21 снейжэна 328 года. Дом Маргойлинов

Айкейнури и Никки проснулись вместе, хотя спали в разных комнатах. Быстро приняв душ, оба парня выскочили в коридор, где и столкнулись, на пути друг к другу. Замерли. В глазах Никки светилось столько нерастраченной нежности, что у Айка даже сердце заныло. Особенно после того, как юноша, улыбнувшись, ласково провел ладонью по щеке и замер, ожидая ответной реакции: одобрения, поощрения или наказания за вольность.- Готов уже? Пошли к Шайну, узнаем, нашел ли он рыжего, - смущенный Айкейнури старался говорить как можно увереннее и независимее, как будто ничего такого сейчас и не произошло.- Да, конечно! - согласно кивнул Никки и первым двинулся к комнате Шайнэйлиера.Приоткрыв дверь, парни увидели спящего в кресле мужчину, сделали неутешительные выводы и пошли в тренажерный зал.Вскоре туда же пришел и Гейн, которому Айк обрадовался как родному:- Подстрахуй меня на штанге! - и тут же рванул делать жим лежа.Конечно, в зале были стойки, для того чтобы опустить штангу в нижнем положении, случись что, но парни предпочитали работать еще и с "подстрахуем".Айкейнури как раз заканчивал, когда в дверях появился один из команды мальков, помогавших вчера искать Нэйя, и радостно доложил: "Видел я вашего Рыжего, он из комнаты госпожи вышел! Заспанный такой…" - и тут же скрылся.Хорошо, что Гейн был очень ответственным и, выслушивая запыхавшегося мальчишку, краем глаза продолжал следить за Айком. Именно поэтому он успел заметить момент, когда штанга вместе с руками парня слишком резко начала двигаться вниз. Совсем хорошо было то, что вес, который мог легко и непринужденно брать Гейн, был несколько выше, чем вес штанги, а еще очень всем повезло, что реакция у мужчины тоже была отменная.Поставив штангу на стойку, Гейнийляш вытер резко выступивший пот со лба, посмотрел в опустошенные глаза Айка, матюгнулся и, дернув его за руку, заставил встать.- Мы сейчас пойдем в общий зал и все узнаем, да, Айки? - совсем как с мальчиком, отказывающимся идти к госпоже, заговорил Гейн.В глазах Айкейнури появилась жизнь и он, впереди всех, быстро зашагал по коридору. Двое других еле успевали за ним, надеясь только на то, что Шайн уже встал и не даст своего зайца в обиду.

***

Айк пролетел по залу быстрой ХЗКНкой, влетел в комнату к Шайну и, не глядя на хозяина, просто материализовался перед Нэйем, уже приготовившись устроить скандал и драку. Но, увидев состояние Рыжика, выдохнул и изумленно спросил:- Что она с тобой делала?!- Тебя это не касается, Айки, - медленно проговорил парень.Складывалось такое ощущение, что Нэй все еще был не с ними, что как потерялся вчера где-то, так до сих пор еще не нашелся.- Меня это очень даже касается! - снова начал злиться Айкейнури.- Я же никогда не расспрашивал подробно, как именно с тобой развлекается госпожа, правильно? - Нэй говорил так, как будто это он был старше Айка, причем лет так на пять, точно.- Тебе это было не важно и неинтересно… А мне это важно! Очень важно, Рыжик! - в голосе Айкейнури зазвучали умоляющие нотки.- Я не буду рассказывать тебе подробности…В этот момент напряженный Шайн глубоко выдохнул.-…скажу только одно… Я теперь понимаю, почему ты настолько сильно убивался в тот вечер. Просрать из-за собственной дурости такое… Я бы на себя руки наложил, точно!Тут в дверь засунулась голова очередного малька: "Госпожа приказала Шайну к ней прийти…".

***

Целый день, пока Шайн был у госпожи, а Нэй мучал гитару у себя в комнате, Айкейнури пытался себя занять какой-то очень полезной для гарема активной деятельностью. Давно уже он не проявлял себя на общественных работах, но сегодня наверстал упущенное по полной.Никки постоянно был рядом, и это очень успокаивало, радовало… Создавало иллюзию нужности хоть кому-то в этом мире.Но под вечер стало совсем погано, и Айк рванул на любимое место, у пальмы. Там его и нашел Гейнийляш, в течение всего дня незаметно присматривавший за парнем.- Я не буду высовываться! Правда! Я только посмотрю на нее и… - закусив губу и смотря в сторону, словно оправдываясь и прося, произнес отвергнутый любимчик.Айкейнури понимал, что со стороны выглядит жалким посмешищем, но ему было уже все равно. Удивительно, но Гейн не стал язвить, наоборот, в его глазах промелькнуло что-то похожее на жалость. Состояние поганства внутри усилилось. Если бы сейчас кто-то сказал Айку, что если он позволит переспать с собой всему гарему, то его простят, он бы дал даже Тийке… Если бы сказали, что для того, чтобы заслужить прощение госпожи, надо будет отрезать себе палец, рубанул бы не задумываясь. Он уже был готов на все. Жалость от Гейна? Стыдно? Нет, мозг просчитывает, как это можно использовать, чтобы уговорить его позволить постоять здесь и подождать… чтобы увидеть… Любимую… без которой нет смысла жить. Прав был Нэй, потерять такое и пытаться продолжать жить дальше - бесполезно. Все равно… это уже будет не жизнь.И тут дверь в комнату госпожи открылась, оттуда вышел Шайн и высунула свою голову Кэйт. Удивилась, увидев у кадки с пальмой Гейнийляша, хотя настолько привыкла видеть там Айка, аж сердце кольнуло. И тут же разглядела рядом с Гейном своего любимчика, и в сердце кольнуло еще сильнее. Как он смотрел на нее, как тяжело делать вид, что ей это безразлично, и вообще проще не смотреть в ту сторону, как будто там нет никого. Там просто никого нет, а сердце надо сходить и проверить к домашнему лекарю, он наверняка выпишет какое-нибудь лекарство и все пройдет.Шайн тоже разглядел за листьями пальмы Айка и поэтому не уходил, дожидаясь продолжения развития событий.Кэйтайриона поманила к себе Гейна и захлопнула дверь. Шайнэйлиер и Айкейнури остались стоять в коридоре, замершие, в шоке от случившегося.- Ну что, пойдем спать, что ли? - грустно спросил старший из брошенных любимчиков, и младший обреченно кивнул.

***

Понятно, что спать они не пошли - какой тут сон. Шайн притащил к себе в комнату кальян, с обычным расслабляюще-успокоительным сбором, и парни тихо сидели, молчали и курили, думая каждый о своем, и заодно присматривая друг за другом, чтобы не натворить непоправимых глупостей.Нэй и Никки, найдя своих Верхних в таком плачевном состоянии, сходили на кухню за ужином и потом тоже уселись молчать рядом, на ковре.