Глава 32. Сюрпризы не всегда приятны

Орк из отряда Кхана по-прежнему охранял палатку.

— Никого, кроме Мина, не впускать. И не выпускать.

— Да, вождь.

Орр-Вооз прошёл в палатку Кхана. Тот не спал, что-то рисовал на сером листе пергамента при тусклом свете масляной лампы.

— Кхан, ты единственный, кому я доверяю как себе, — заявил он. На лице у Кхана мелькнуло смутное беспокойство. Орр-Вооз знал, что Га-Кхан не вполне искреннен с ним, но и откровенной подлости от него не ждал. — Рон оставил мне зелье для сна. Я попробую. У тебя.

— Ты настолько беспечен? — насмешливо прищурился Кхан. — Я могу убить тебя во сне.

— Ты мог убить меня сотни раз, — отмахнулся Орр-Вооз, зубами вытаскивая пробку из бутылки. — Хочешь сейчас — пожалуйста. Из тебя выйдет вождь ничем не хуже, чем я.

— Вот как ты рассуждаешь…

— Именно. Надеюсь, поможет.

Он хлебнул из бутылки и улегся на постель своего заместителя, устало прикрывая глаза. Ему казалось, что его покачивает на волнах. Странно, а ведь он и моря-то никогда не видел, только читал о нем.

Сон накатился внезапно. Только что он был в палатке Тхана, а теперь сидел, прислонившись к стене, в знакомой пустой комнате с деревянным полом, застеленным тканными половиками. Напротив него сидела Соль и смотрела на него настороженно.

— Ко мне иди, — протянул руки он. — Я соскучился по моей невесте.

— Вообще-то уже жене, — выдохнула Соль, буквально бросаясь ему в объятия. Обвила руками его шею, принялась целовать лицо, задыхаясь от счастья. Это она-то его не любит? Да у неё сердце разрывается от радости, что он ее узнал!

— Соль, Соль, хорошая моя, — Орр сжимает ее плечи почти до боли и отрывает от себя. — Да что это с тобой?

— Люблю тебя, — Соломея обхватывает маленькими ладонями его лицо. — Слышишь, гад ты чернозадый? Тварь ты клыкастая! Люблю тебя.

— Ясно. Я все же умер. Такого при жизни моя Соль сказать не могла.

— И как тебе доказать, что ты живой?

— Поцелуй меня… нет, не в губы.

Он пристально смотрит на нее, с удовольствием наблюдая, как краска заливает ее лицо, как возмущённо расширяются глаза, и не выдержав, хохочет.

— Ах ты скотина, — колотит она его по груди. — Ишь чего придумал!

— Маленькая моя, — Орр прижимает ее к себе и улыбается в волосы. — Смелая моя девочка. Неужели любишь?

— А ты думал, я просто так за тобой побежала? Спасать твою бессмертную душу?

— Вот об этом я и хочу поговорить. У тебя совсем мозги отсохли? Дурочка маленькая, как ты вообще додумалась сунуться в стан к оркам? Если бы тебя не отряд Кхана нашёл, до меня ты бы не добралась! Тебя бы изнасиловали кучей и там же закопали.

— Я не хотела, — Соль мотает головой, и ее волосы попадают Орру в рот и в нос. — Не успела просто. Я случайно не туда свернула, отстала от Ахиора… испугалась…

— А псина эта проклятая где была? Я же знаю, что она всегда с тобой таскается.

— В Цитадели, — виновато посмотрела на мужа Соль. — Он там через канализацию полез. Прости.

— За что? Вот за что мне тебя прощать?

— За то, что доставляю беспокойство.

— Ну да… — издевательски протянул Орр-Вооз. — У меня тут несколько тысяч орков, осажденная Цитадель, проблемы с головой и шпионы вокруг, а беспокойство доставляешь ты.

— Что с тобой, Орр? Почему ты наяву совсем другой?

— Совсем?

— Не совсем, — поправилась она. — Но ты словно забыл всё.

— Я не знаю, Соль. Это-то и страшно. Там словно и не я живу. Я будто марионетка, управляемая кукловодом. И днем мне кажется, что всё правильно. И я не знаю, как из этого выбраться. Как вспомнить себя в реальности.

— Как я могу тебе помочь?

— Просто будь рядом. Я бы попросил меня убить, но это не поможет. Вместо меня встанет Кхан. Он похож на меня. Сильный, умный, способный вести за собой.

— Скромный, — не удержавшись, хихикнула девушка.

— Скромность — это вообще не про детей Ибрагима. Причём эльфы тоже не преуспели в кротости и смирении.

— Я пошутила, — надулась Соль.

— Я понял, — он привычно уже усадил ее между скрещенных ног, лаская ее плечи кончиками пальцев. — Аарону скажи — хорошее зелье. Пусть ещё приносит.

— А ты не хочешь?.. — Соль не знала, как спросить и просто перелржила его большую ладонь себе на грудь.

— Не буду тебя мучить. И без того тебе досталось.

— Мне было хорошо.

— Я, даже не помня тебя, тебя люблю. Ты в моем сердце. Не дергайся, я просто хочу побыть рядом с тобой в покое.

— Ты дергался и что-то бормотал во сне, — недовольно сообщил Кхан. — Еле сдержался, чтобы тебя не придушить.

— Ничего не помню, — поморщился вождь. — Но хоть голова не болит. Кхан, я хочу сегодня объявить тебя своим заместителем.

— Почему я?

— Ты адекватный. Если со мной что-то случится, ты справишься.

— Если с тобой что-то случится, я поверну войска в пустыню и для начала выжгу там катакомбы, — медленно произнёс Га-Кхан, глядя Орру в глаза. — А там буду решать.

— Отличный план, — так же медленно ответил Орр-Вооз, не отводя глаз. — Только никому больше не говори подобной крамолы.

Солнце уже встало. В лагере было довольно тихо, но не безлюдно. Спали орки сменами, их было невозможно застать врасплох.

Орр-Вооз поглядел пристально на Цитадель и негромко объявил:

— Общий сбор. Сегодня атакуем. Выставить катапульты. Близко не подходим, там эльфы с арбалетами. Поглядим, сколько их.

Номи примчалась в палатку к Соль в панике.

— Они пошли на Цитадель, — простонала она. — Сола, это ужасно.

— А ты ожидала, что орки просто покричат и разойдутся? — удивилась девушка. — Так не бывает.

— Ты так спокойна…

— Цитадель сегодня не возьмут. А завтра, возможно, что-то изменится. Прекрати паниковать. Мы все равно не сможем ничего изменить. Молись, Мин. Большего нам не дано. Тем более, с нами Аарон.

— Он всего лишь целитель. Что он может?

— Он — Великий Святой. Его молитва — большая сила.

— Аарон? — эльфийка моргает недоуменно. — Святой?

— Ты что, ничего не знаешь о нем? Аарон прекрасный воин. Лекарь. Священник.

— Священник?

— Ну… твоя семейная жизнь будет полна сюрпризов. Как и моя, по-видимому.

Оскар молча смотрел со стены на суматоху в лагере орков. Страха не было. Он прекрасно понимал, что это лишь проверка сил. Однако катапульты могли причинить серьёзный вред стенам. Хорошо, что у них свой архитектор!

— Я подготовил цементный раствор, — пыхтя, поднимался на стену Павел. — Вот скажи, чего им дома не сиделось?

— Орр-Вооз их сдерживал. А теперь… Бог знает, что случится. Павел, может, уйдёшь с женой? Ты Мастер. Не воин. Я могу тебя вывести через подземный ход.

— Тут есть подземный ход? — ошалело выдохнул Павел. — И ты молчал?

— А зачем он сейчас? Да, можно уйти. Но я Цитадель не брошу. Эльфийские войска далеко. Они ведь ещё выжидать будут.

— Только не Трилистники. Здесь же их братья.

— В любом случае, незамеченным войско не подойдёт.

Они некоторое время молча смотрели вниз, размышляя каждый о своём, а потом на лестнице послышались быстрые шаги и тяжелое дыхание. Кто-то бежал наверх. Оскар дернулся и сжал пальцы в кулак: хороших новостей ждать неоткуда.

— Там… Пес. Геракл, — выдохнула бледная Галла. — У него есть что рассказать.

— Соломея, — испуганно прошептал Павел. — Дочка!

Он понесся вниз, перескакивая через ступеньки, совершенно забывая про свой возраст и больную спину. Он даже не вспомнил, что во всей крепости язык животных понимает лишь Галла, ну и ещё пара эльфов.

В нижнем зале Цитадели часто устраивали пиры. Расставляли столы, устраивали танцы. Сейчас здесь были расставлены длинные эльфийские луки, разложены арбалеты, а несколько воинов проверяли и очиняли стрелы.

А в центре зала сидело нечто очень вонючее.

Галла не без опасения приблизилась к нечистотному монстру. Ее затошнило от запаха, закружилась голова. Оскар тут же подхватил ее за плечи, помогая устоять на ногах. Она внимательно слушала рычание пса, прикрывая рот и нос рукой.

— Геракл говорит, что орки идут за Орр-Воозом, — с недоумением обернулась она. — Как такое возможно? Это хитрость такая, да?

Как раз в этот момент все вокруг вздрогнуло. Это в стену ударили огромные валуны.

— Похоже, что не хитрость, — прокомментировал Оскар.

— Где моя дочь? — свистящим шепотом спросил Павел. — Если этот чертов эльф погубил ее…

— Отец не мог, — тут же вскинулась Галла. — Невозможно! Нет, Геракл говорит, что они в безопасности. Что есть подземелья. Они идут к Фергану.

— Час от часу не легче, — нахмурился Павел. — Сола — всего лишь девушка. Зачем тащить её к маньяку?

— Геракл просит о помощи. Он сможет провести кого-нибудь по следам Ахиора. Он считает, что Ахиор один не справится.

— Правильно считает, — холодно сказала прибежавшая Аврора. — Я пойду.

— И я, — сказал Оскар.

Павел угрюмо молчал, понимая, что от него толку в бою нет никакого.

— Ты не пойдёшь, — отмахнулась от Князя Времени Аврора. — Ты — глава Трибунала. От тебя больше пользы здесь. Если что-то пойдёт не так — ты решишь эту проблему. Сам знаешь, кто кроме тебя?

Оскар нахмурился, собираясь возразить, но Аврора резко взмахнула рукой.

— Да и не стоит Галлу сейчас оставлять. В ее положении.

Галла покраснела и отвела глаза. Оскар растерянно посмотрел на жену и непонимающе переспросил:

— В положении? Ты что, ребёнка ждёшь?

— Вроде того, — тихо сказала Галла.

— А почему не сказала?

— Ты бы меня точно отослал. А я хочу быть рядом с тобой.

Он тяжело вздохнул и запустил руку в волосы. Только что его жена сделала ситуацию ещё более сложной. Как не вовремя! Но раздражение загнал поглубже и, обняв Галатею, поцеловал ее в лоб.

— Значит, я остаюсь. Аарора, я настаиваю, чтобы ты взяла сопровождение.

— Ага, щас. Здесь воины на счёт. Брось, я же не дура. В самое пекло не полезу. Просто… погляжу, что к чему. И за дочкой присмотрю. К тому же ты знаешь, как хорошо я владею двумя клинками. И арбалетом.

Оскар на мгновение задумался, а затем кивнул.

— Да будет так. Только пса вымойте. И полы. И окна откройте.

— Продолжайте обстрел, — скомандовал Орр-Вооз. — Пристреливайтесь. Стену, конечно, не разрушим. Но хоть напугаем. Видите, они нас не достают даже из длинных луков.

Орки кивали, а потом вдвоём с силой крутили рычаги, натягивая "ложку". Два других бойца с натужным выдохом укладывали огромный валун в ложку. Потом все отскакивали и с удовольствием наблюдали, как этот самый валун по красивой дуге летит и с треском врезается в каменную стену. Взметается облако пыли и каменной крошки.

К сожалению, крупных камней у орков ограниченное количество, а песчанник недостаточно крепок. Не хватит боеприпасов, чтобы разрушить стену полностью.

— Ничего, скоро дракона выпустим, — бормочет себе под нос Орр-Вооз.

С драконами пока не очень. Их у орков всего пять. У троих сейчас линька, они молодые. Одна драконица на яйцах, ее вообще нельзя трогать. А последний старый уже, неповоротливый. Летает тяжело и медленно. Но летает. И огнём плюется замечательно.