Глава 10

Машины прибыли через два часа, две больших грузовых, и шесть машин сопровождения. Парни знали толк в быстрых сборах. Нас всех, с личными вещами, отправили на машине деда Гриши. Наташу – в частную скорую, меня к ней не пустили… Бабушка Нина всю дорогу плакала, дед молчал, один раз цыкнул на нее. – Тише! Сделанного не исправить, а Наташеньке нужна помощь сейчас, как никогда! – и умолк до самого Волгодонска. Нас довезли почти до города и свернули в частный закрытый посёлок. Один из домов встретил нас тишиной и пустотой. – Сын! – отец подъехал, едва мы вышли из машины. – Приветствую новых членов стаи! – старики ушли в дом с одним из сопровождавших нас. – А Наташа? – посмотрел на отца. – Она отправлена в частную клинику, с охраной, за ней присмотрят, – он пошел к беседке и, нащупав там выключатель, сел за стол. – Это твой дом? – отец явно здесь бывал. – Это твой дом, и твоей пары. Я очень надеялся, что ты приедешь жить сюда… когда нибудь. – Не могу сказать… – посмотрел на отца. – Я понимаю, не можешь простить за мать, – он кивнул. – Но это уже и не важно. Развод уже оформлен, супруга сама изволила уйти от меня, мотивировав тем, что устала от моей вечной занятости, ей, видите ли, внимание подавай! – хмыкнул Альфа. – Наташа – ясновидящая? – Видимо, да, раз такая борьба за нее развернулась. Хотя должно быть все тихо – мирно и добровольно, а если дар спугнуть? Завтра утром приедет машина за тобой, отвезут к невесте. Иди, отдыхай, переволновался наверняка! – он поднялся и ушел к воротам, выходя за калитку и отдавая приказы. – Какой тут спать, надо помочь старикам вещи принять… – буркнул я. Пошел в дом, посмотрел на сидевших за столом стариков. Они чинно и неторопливо пили чай. Видимо, в кухню успели привезти продукты. – Садись, обсудим! – дед Гриша кивнул мне. Бабуля налила чай и подсунула стопку бутербродов. – Что именно? – Наши комнаты на низу, ваш – второй этаж! – дед упрямо выпятил подбородок. – Хорошо! – улыбнулся я им. – Ну и ладно… Я там парням сказал мебель старую не брать, только личные вещи и живность… Дом, конечно, жаль! Но, знать, такова судьба! – Вы его продать сможете… – Нет. Дом принадлежит колхозу, он и не был нашим! – дед мотнул головой. – Этот будет ваш, всегда! Вы маме Наты звонили? – вдруг забеспокоился я. – Конечно! Пока мы ели, подъехали две гружённые машины. Первыми разгрузили всю живность, а следом и скарб, оставляя его прямо в холле дома. – Огород жалко… Только все в цвет вошло! – пожаловалась бабушка. – Я там теплицы видел… может, что и посадим еще! – дед покачал головой. Я оставил их, сам пошел наверх, выбирая одну из спален. Рухнул на кровать и, зажмурив глаза, представил Наташу. Если я правильно ее чувствую, то она просто спит… ***** – Привет… – я, открыв глаза, первым увидела сидящего на стуле Антона. – Ты в больнице, сейчас позову врача! – вскочил он и выбежал из палаты. Что я делаю в больнице? Начала вставать с кровати, вроде, чувствую себя хорошо, прислушивалась к своему телу. Дверь снова открылась, и Антон вернулся не один. – Уже встали? Как самочувствие? – следом в палату вошла медсестра. Она, усадив меня на кровать, сунула под подмышку термометр, и начала надевать манжету аппарата, измеряющего давление. – Тридцать шесть и шесть, давление чуть низковато, – посмотрел доктор на меня. – Давайте сдадим еще анализы, и по их результатам будем решать, что нам с вами делать! – Я не хочу здесь оставаться, – посмотрела на него. – Я хорошо себя чувствую! – Вы пробыли без сознания четыре часа. Давайте все же не будем торопиться? Я, пожалуй, назначу еще МРТ головного мозга, на всякий случай, – сказал и ушел. Медсестра быстрыми и точными движениями набрала кровь из вены, и, приклеив пластырь на место укола, ушла. – Как бабушка и дедушка? – Их посели здесь, в Волгодонске. Твои родители на пути сюда… – Вот, и все приключения – без меня, – улыбнулась я ему. – Ну, какие это приключения… переезд, и все! – Антон подошел ближе. Я поднялась и подошла к окну, выглядывая и замечая парки и город за ним. – Покажешь? А река, пляж? – вспомнила я, что лето в самом разгаре. – Все есть! – он подошел ближе и прикоснулся рукой к моему плечу. – Я ничего к тебе не чувствую… – вдруг решилась я. – Ну, когда бы ты успела? За пару дней знакомства? – сказал понимающе он. – У нас лето впереди, давай отдыхать? – Девушка, пойдёмте на МРТ, – заглянула в палату медсестра. Я ушла за ней. Через час уже сидела в кабинете доктора. – Ничего особого я не вижу, но, если вдруг почувствуете опять что-то схожее, будем искать причину! – Спасибо! – со вздохом облегчения покинула клинику. – Вот твой рюкзак, – Антон протянул мне мою вещь. – Мама ждет нас к обеду, а пока я покажу тебе город! – Пойдем, – я поспешила по аллее, ведущей к улице города. На парковке мы подошли к мотоциклу. – Твой? – я удивлением смотрела неплохой китайский байк. – Мой, – он подал мне шлем. Я, надев рюкзак, закрепила шлем, и села за спину к Антону. – Классный… Мне родители ничего не разрешали. Ни животных в дом приводить, ни машину, ни, тем более, мотоцикл… – обняла его за талию. – Будет общий, права есть? – он щелкнул кнопкой, и мотоцикл тихо заурчал, словно большой кот. – Есть… – на душе снова потеплело. Мотор рванул, и мы покатились по городу, оказываясь на центральных улицах. Город был небольшим, поэтому экскурсия к двум десяткам памятников, обелисков, Аллее Славы, заняла всего пару часов. Город казался вышедшим из СССР, с перемежающимися частными секторами, постройками советских времен и современными комплексами. – Мама нас уже ждет. После обеда махнем на Цимлянское водохранилище? Там есть, где отдохнуть, а завтра свожу на Дон и Волгу, слияние рек. Еще есть несколько музеев, но туда можно заглянуть вечерами. – Да, я уже проголодалась… – встреча с мамой Антона заставила вспомнить, что она, возможно, будущая моя свекровь. Стало немного не по себе… Сделав несколько витков по городу, мы приехали в частный сектор, подъезжая к красивому небольшому дому. Антон дождался, когда я слезу, помог отстегнуть шлем. – Не волнуйся, она хорошая, тебе понравится, – взял меня за ладонь, крепко сжал и повел к калитке.