Глава 34. Бередя раны
Как только дверь за Игорем закрылась, Наташа прикрыла глаза и осела на пол. Ведь знала, что придёт, подготовила себя морально, но с каким трудом дался ей этот разговор. Ведь хотела сдержаться, не тратить больше нервы…
– Черт… черт… черт… – прошептала она.
Он невыносимый эгоист! У него проблемы! Будто эта фраза должна ставить все на места, и Наташа сразу должна улыбаться! Молча ждать, не переживать, чувствовать себя нужной. «У нас все прекрасно в семье! Ой, это у Игоря проблемы, ерунда, а вообще у нас все замечательно!» Так она должна говорить и светиться от счастья, получая крохи внимания?! Нет! Нужно выкинуть из головы его виноватый взгляд! Растереть, забыть, вычеркнуть! Она сильная, справится!
Поднялась с пола, зло вытерла слезы и пошла готовить ужин.
Но не успела она ещё отойти от прихода Игоря, как зазвонил телефон.
Увидев имя «Андрей», захотелось взвыть в голос!
– Да?
– И тебе здравствуй, жена.
– Бывшая. Чего ты хочешь?
– Не будь такой грубиянкой, тебе это не идет. Я приезжаю через пару дней, давай встретимся. – Его деловой тон ей не нравился. Ей вообще собеседник не нравился.
– Я не вижу в этом необходимости. Хочешь увидеться с Соней, я приведу ее, куда скажешь.
– Я хочу видеть именно тебя. Нам нужно поговорить.
Наташа мешала сахар в кружке чая, и звон ложки, наверное, услышал даже ее собеседник.
– Андрей, я тебя не видела несколько лет и видеть не хочу. И разговаривать нам не о чем. – Она старалась сохранять спокойствие. Честно.
– Ты меня настолько ненавидишь?
– Ты сам для этого постарался.
– Ясно… Нового папочку нашла, теперь хорошо живётся, да? – Ах, вот о чем он хотел поговорить! Прознал как-то…
Ложка больше не издавала ни звука. Наташа оглянулась проверить, чтобы Сони не оказалось сзади.
– Знаешь, да! Прекрасно! Я же столько лет искала и теперь нашла самого богатого и не жадного! – зло сказала она.
– Вот и прекрасно. Значит, больше денег Соне присылать не буду! Думаю, там приличная сумма уже собралась за эти годы. – Желчь из него так и сочилась.
Наташа присела на стул.
– Какая сумма, извини?
– Как какая?! Сколько лет по восемь тысяч! Понимаю, наверняка половину ты точно забирала! Но даже четыре тысячи умножить на шесть лет, итого почти триста тысяч рублей. Так уж и быть, перед поступлением в институт я еще добавлю, все же она моя дочь.
– Вон оно че, Михалыч… – протянула она, начиная улыбаться. – Значит, я не должна была эти деньги тратить? Мне не нужно было одевать, обувать ребёнка все эти годы? И кормить тоже? А, ну да, мы же на мои харчи с работы жили!
– Значит, потратила, да?
Наташа закрыла рот рукой, но не от ужаса, а стараясь сдержать дикий хохот!
У неё даже не было слов подобрать, какой же он урод на самом деле!
Вытерла выступившие слезы и сказала:
– Потратила, Андрюш! Каюсь! Каждый месяц именно на твои деньги ходила в салон красоты! А остаток тратила в дорогом ресторане!
Она уже не сдержалась и засмеялась вслух.
– Тебе смешно? Ты лишила ребёнка будущего! А вроде умной бабой была…
– Без тебя все мозги растеряла! Все, Андрей, – весь смех ушёл, и последние слова она сказала абсолютно серьезно, – хватит. Если бы дочь была тебе нужна, ты бы не бросил ее. Думаешь, я не знаю, сколько ты зарабатываешь и сколько должен быть присылать на самом деле? Ты всегда был жадным, даже для дочери, которую якобы любишь, жалел. Ты правильно решил, деньги присылать не надо больше, я тебе готова даже прислать какой-нибудь документ о том, что отказываюсь от алиментов! Проживем как-нибудь без твоих жалких подачек! Но и дочь ты больше не увидишь! Я не хочу, чтобы она общалась с таким, как ты!
– Ты не имеешь права!
– Ха!
И на этих словах скинула вызов. Все, цирк окончен. Как она могла выйти замуж за такого человека? Как? Все-таки горькая улыбка не хотела уходить. В голове не укладывались его слова, что она должна была эти деньги собирать! А то, что она первые годы еле-еле выкарабкивалась, в счёт не шло!
Даже страшно было вспоминать те моменты. Она ведь тогда чудом осталась в больнице на работе. За год интернатуры было уже оплачено, но жить на его жалкие восемь тысяч в месяц было нереально. Днём училась, а ночами сидела и курсовые на заказ писала. А как учеба закончилась и началась действительно работа, писать курсовые стало невозможно. Сон слишком необходим для врача. А зарплата, самая минимальная, была в два раза меньше, чем Наташа могла заработать в другом месте. Пыталась уйти тогда, но поняла, что не может. Врач – это не просто работа. Это ее жизнь. Да и Воронин ей не позволил, по большому счету…
Соня забежала с улыбкой.
– Мам! А мне папа позвонил! Он приедет скоро!
Наташа смотрела на своего ребёнка и не знала, что сказать. Правду? А Соня поймёт? Но и отпускать ее к отцу желания не было. «Сходить к своим психологам на работу, посоветоваться, что ли…»
Притянула дочь к себе и обняла.
– Знаешь, он мне сейчас тоже звонил. Только мы с ним немного повздорили, и я не хочу о нем говорить. Давай потом, хорошо?
– А почему вы поругались? И с Игорем ты тоже поругалась…
Наташа почувствовала себя ужасно. Хороший же она пример для дочери. Захотелось сделать себе больно, сильно, но только чтобы Сонька забыла обо всем…
– Я не знаю, как правильно тебе объяснить… Ненавижу эту фразу, но все же: пока не вырастешь, этого не поймёшь. Бывает такое, что взрослые мужчина и женщина не могут найти общий язык. Дело в доверии, наверное.
Как же глупо себя сейчас чувствовала Наташа…
– Ты не доверяешь папе и Игорю?
– Получается, так. Я только тебе доверяю. – Наташа притянула дочь крепче, вдохнула любимый запах. – Мы же с тобой всегда будем доверять друг другу?
– Конечно…
Когда уже Соня легла спать, Наташа набрала полную ванну, включила какую-то музыку на телефоне и с огромным удовольствием опустилась в воду. Она была горячей, даже слишком, кожу неприятно покалывало, но это словно отвлекало от всего. Спокойная музыка окутывала мысли, не позволяя удариться в ненужную тему. Так бы и лежала всегда, погруженная в негу…
Но мысли то и дело возвращались к сегодняшнему разговору с бывшим мужем. Как же она все-таки ненавидит Андрея. Но о себе стоило думать в последнюю очередь. Что делать, если он приедет и захочет встретиться с Сонькой? Она же не имеет никакого морального права запретить… Или имеет? Кто бы умный подсказал…
***
На следующий день Наташе показалось, что с уходом от Игоря снова вернулась чёрная полоса. Утром не услышала будильник, но благо Соня сама проснулась, и на работу и в школу они еле успели. При входе в ординаторскую каблук попал в единственную маленькую дырку в линолеуме на пороге и сломался. Выходя из операционной, зацепилась формой за каталку и порвала ее. Точно что-то не так.
Выйдя из больницы, прыгнула в такси, отправляясь домой к Игорю за вещами. И очень надеясь не застать его дома.
Но неприятности на этом не закончились. Дорога к району, где жил Игорь, проходила через небольшой лесок, и надо ж было машине прямо посередине этого участка заглохнуть! Это не те иномарки, которые присылал Игорь, когда не мог приехать. Через пятнадцать минут, в течение которых водитель уверял, что все исправит, пришлось вызвать другую машину. Наташа злилась только по одной причине. Боялась, что Игорь приедет. И так, убежала с работы чуть пораньше, чтобы его не застать.
Но, на радость, дом оказался пуст. Она быстро собирала вещи, стараясь не думать ни о чем, концентрируясь только на предметах, которые хватала. Потому что было тяжело. Особенно в спальне. Смотреть на кровать, вспоминать, какие чудесные ночи проходили на ней, как они глупо хихикали… Хотелось взвыть, понимая, что больше никогда не будет этих чувств, не будет ласк, не будет этого мужчины рядом. Но невозможно жить только ночами. Не тот она человек, который будет довольствоваться малым и делить своего мужчину. С работой. С женщиной.
Об этом она вспомнила, увидев в ванной его рубашку, в которой позавчера он пришёл домой. И след красной помады на воротнике вывернул душу. Даже если не было измены, это ведь ненормально!
«Все правильно, Наташа. Правильно!»
Она уже спускалась по лестнице, когда услышала звук подъезжающей машины и гудок… Да, такси перегородило проезд…
– Нет, нет, не хочу!
Сердце сразу застучало в разы быстрее. Быстро подбежала к двери, молясь, чтобы это был не Игорь. Пусть Кристина, Антон, Анжела, в конце концов! Но день оказался не ее.
Слишком долго обувала туфли, слишком долго собирала пакеты. Слишком долго… Наташа не успела открыть дверь, как та распахнулась сама, впуская хозяина дома.
В глазах, наполненных недовольством, не проскочило и грамма удивления. Бесцеремонно отодвинув Наташу от входа, Игорь вошел в дом и захлопнул за собой дверь. Она попыталась проскользнуть мимо него, но твердая мужская рука преградила ей дорогу.
В глаза Наташе тут же бросилась щетина на лице, беспорядок на голове и в одежде. Это так не похоже на Вольского…
– Значит, все-таки забираешь? – Взгляд мужчины опустился на собранные вещи.
Она не хотела с ним разговаривать, не хотела смотреть на него, чтобы не бередить душу, но пока не видела другого выхода и поэтому произнесла:
– Не думаю, что тебе понадобятся Сонины игрушки и мое нижнее белье.
Он слегка улыбнулся краешком губ, но серьёзность из глаз не пропала.
– А может, ты меня ещё плохо знаешь, и я тайно по ночам нюхаю твои трусики?
Наташа с трудом сдержала улыбку. Вот вечно он так! Она посмотрела на пакеты в руках и обрадовалась, увидев, что схватила нужный. С трудом, но все же выудила белые кружевные трусики.
– Держи. На память!
Пока он в растерянности смотрел на предмет ее гардероба, поражаясь, что Наташа так себя повела, она попыталась выйти и даже успела открыть дверь. Вот только Игорь одним резким движением громко захлопнул ее прямо перед самым носом Наташи.
– Ты никуда не пойдешь, пока мы не поговорим.
– Игорь, меня Соня ждёт.
– Подождёт, – грубовато сказал он и, взяв Наташу за руку, повел на кухню, а затем чуть ли не силой усадил на стул.
Игорь одной рукой придержал Наташу за плечо, чтобы не сбежала, другой взял соседний стул и поставил его рядом. Он расположился на нем таким образом, что она оказалась между его широко разведенными ногами.
– Мы просто поговорим. – Он делал вид, будто не замечает ее возмущенного лица.
– Нам с тобой не о чем разговаривать, – сложила руки на груди Наташа и все же откинулась на спинку стула, понимая, что так просто ей не выбраться.
– Давай я тебе все объясню. – Игорь попытался поймать ее взгляд, который она старательно прятала.
– Не надо мне ничего объяснять.
– Ты же сама хотела. – Руки мужчины скользнули на ее бедра.
Она смотрела на его большие ладони и не хотела их убирать. Хотя они словно обжигали кожу через ткань юбки. Последний раз… Почему бы и нет.
– Передумала. Знаешь, женщины они такие. Не встречал раньше? – Она пыталась смотреть куда угодно, только не ему в глаза, боясь саму себя.
Слишком близко он находился… Ей казалось, что она даже слышит их громко стучащие сердца и, черт, чувствует его запах!
– Я вообще таких, как ты, никогда не встречал. – Он взял ее за подбородок и, слегка надавив, заставил повернуть голову. Их взгляды, наконец, встретились.
Ее лазурные глаза в этот раз не пылали злостью. Они были растерянными, и ему так сильно захотелось ее просто обнять, подарить уверенность, что все будет хорошо. У них двоих. Но не мог. Сначала бы понять, чего хочет эта женщина.
– Игорь, ты просто пойми, что нам с тобой не по пути.
Невероятно сложно это было сказать, язык словно мешал во рту. И чертовы слезы жгли глаза изнутри, желая выплеснуться.
– Я понимаю, тебе не нравится, что я много времени провожу на работе, но… Сейчас получилось так, что под угрозой весь мой бизнес… Все годы моей работы могут полететь к гребаным чертям! Это ты можешь понять?
Наташа грустно улыбнулась.
– Угу. И будто, как только все уладишь, жизнь изменится. Наверняка ты хочешь расширяться дальше, зарабатывать больше денег, разве не так?
Она смело смотрела ему в глаза.
– Не знаю. Может, и так. – Он провёл подушечкой пальца по щеке, вызывая у неё дрожь.
Он чувствовал ее. Видел, как ее тело невольно тянется к нему. Как и его к ней.
– Вот и весь разговор. Я этого не хочу. Да, это неправильно, да, я дура, раз так считаю, ведь логически все должно расти. Все, Игорь, отпусти! – Она попыталась освободить ноги, закончить это мучение.
– А чего ещё ты не хочешь? – будто не замечая ее потуг, спросил он, полностью концентрируясь на ней. На губах, которые сейчас упрямо сжались.
– Я боюсь, что список выйдет слишком большим… – усмехнулась она, все ещё пытаясь выпутаться из обжигающих оков, но он сильнее сдвинул бедра, не позволяя шевелиться.
– Утоли мое любопытство. Может, я могу все изменить. – Он склонил голову набок.
Все изменить? Наташа разозлилась. Да нифига он не может! Хочет список?!
Будет ему список! Эмоции брали верх, в голове тут же начала перебирать все, что ее не устраивает и, не задумываясь, высказала:
– Загибай пальцы. Я не хочу жить в этом доме! Его слишком много для меня. – Она подняла руки, указывая на дом. – Я не хочу ходить на курсы вождения! Машину не хочу водить! Может быть у человека такое желание? Я боюсь! Я не хочу твоих дорогих подарков! Я не хочу носить вещи, которые ты купил. Без меня! – Она уже наклонилась вперед и тыкала пальцем ему в грудь, задыхаясь от эмоций. – Я не хочу, чтобы у моего мужчины были секреты от меня! Я не хочу делить ни с кем своего мужчину! Я хочу, чтобы он всегда брал трубку и звонил сам, когда что-то происходит! А ещё я ненавижу твою Анжелу! – громко выдохнула она и добавила: – И главное, я хочу, чтобы он начал слышать меня, понимаешь?
Она замолчала, грудь вздымалась и опускалась, во рту пересохло. Но Игорь только молча смотрел на Наташу, буравя взглядом.
– Слишком много хочу? – спросила, прекрасно догадываясь о его мыслях. – Да! Вот такая я! С огромными тараканами! Я не хочу рыдать в подушку, я хочу быть счастливой, понимаешь? Дышать полной грудью и улыбаться! Я хочу себя отдавать тебе! Очень хочу! Просто гулять, просто болтать, дарить внимание и ласку! Каждая женщина рождена для этого! Но ты мне этого не позволяешь. Перевез сюда для своего удобства! Создал свой мир, в котором для меня почти места нет.
Наташа уже всхлипнула, даже не заметила, когда выступили слезы. Сама не понимала, откуда это все взялось. Ведь не думала об этом. Может, это говорила душа? Нет, кажется, она кричала. Посмотрела на пол, мотая головой, будто сама отрицала все, что сейчас сказала.
– Что из этого ты можешь выполнить? – тихо спросила и подняла голову.
Всматривалась в такие любимые черты лица и понимала, что сейчас добила его, обрубила все!
Лицо Игоря не выражало сейчас никаких эмоций, лишь в глазах отражалась растерянность. Видимо, он совершенно не ожидал, что у нее может накопиться столько претензий за короткое время их отношений.
Он смотрел на Наташу и понимал: да, он сам во всем виноват. Он слишком привык быть один, слишком привык решать все свои проблемы сам. А что нужно было делать? Делиться сыплющимися на голову неприятностями с любимой женщиной, показывая тем самым свою слабость? Не суметь огородить ее от своих проблем?
Сложно… Как же все сложно. А ведь он и правда отгородился от нее, создав свой собственный, отдельный мир. Без нее. Мир своих проблем.
Поняв это, он ощутил некую долю уверенности.
– Кое-что могу. И сделаю.
– А я вот сомневаюсь, Игорь. Дай мне уйти, – снова опустила голову, потому что слезы лились, не прекращаясь, и она ненавидела сейчас себя за это! Он не стоит ни одной ее слезинки!
– Нет, я не хочу, – твердо сказал он.
– Вот. Ты думаешь только о себе. А подумай хоть немного обо мне! Пожелай мне счастья и отпусти! – ухмыльнулась Наташа.
– Не смогу… – Он взял ее лицо обеими ладонями и поднял. Вот почему он за нее держится? Почему не может отпустить спокойно?
– И ты молчишь… Не можешь ничего сказать, кроме «не хочу», – еле слышно произнесла она.
– Ты хочешь от меня услышать такую же длинную речь? – Его голос был тверд, но глаза выдавали волнение.
– Нет. Я тебе уже озвучила, чего хочу.
– Я не могу тебе что-то обещать, но Наташ… – Он говорил еле слышно, всматривался в глаза, но в его словах не было нерешительности, казалось, он твердо знает, что говорит, и от этого было больно, потому что она все равно не верила. – Я хочу, чтобы ты была счастливой. За это время, пока мы были вместе, поменялось очень многое как снаружи, так и внутри, и вот то, что внутри, я не хочу менять. Что, если я докажу, что все изменится?
Он напряженно ждал ответа, только Наташа не знала, что ему сказать. Пыталась прочитать по его взгляду, что значат эти слова, но не видела ответа.
– Сейчас я тебе не поверю, – тихо сказала правду.
– Хорошо. Мы поговорим позже. А сейчас я хочу напомнить, как нам было хорошо вместе…
Его взгляд опустился на ее губы, которые мгновенно пересохли. У Наташи в душе тут же поднялся ураган эмоций. Желание. И отрицание.
– Нет, нет… – Она мотала головой и пыталась отодвинуться от него прямо на стуле.
– Да, – утвердительно сказал, удерживая ее стул на месте.
– Нет! Все! Хватит с меня! – зло сказала ему в лицо.
– Хорошо, – громко сказал Игорь, заставив тем самым Наташу замолчать в растерянности.
– Что? – не верила она своим ушам.
– Я тебя отпущу. – В подтверждение своих слов Игорь убрал руки.
Все еще не веря в то, что Вольский с такой легкостью ее отпускает, Наташа хлопала глазами, глядя на него. Игорь не делал больше попыток дотронуться до нее или поцеловать. Он поднял ладони, намекая что не прикоснется к ней, и даже отодвинулся от нее вместе со стулом.
Наташа нерешительно поднялась и пошла в коридор, спиной чувствуя, как Игорь поднялся следом.
Он молча остановился возле входной двери и открыл ее. Наташа взяла пакеты и, все еще не веря, что Игорь ее отпускает вот так просто, сделала шаг к выходу. На душе скребли кошки. Она сама не понимала, откуда взялось это желание, ведь она уже все для себя решила, но как же хотелось, чтобы Игорь обнял и поцеловал. И в этот момент, словно услышав ее мысли, мужчина одним резким движением развернул ее и прижал к стене спиной. Наташа опомниться не успела, как его губы накрыли ее. После рывка казалось необычным ощутить мягкие губы. Этот поцелуй был нежным и горьким на вкус, в нем не было и капли страсти, и закончился он непозволительно быстро. Ее кулаки сжались, так сильно пальцы хотели притянуть его обратно к себе. Губы жгло в желании продолжения. Но нельзя. Игорь отстранился и отошел, ероша волосы, а Наташа подняла пару пакетов, которые выронила, и выскользнула за дверь.
Она быстро шла по выложенной камнем дорожке и думала о том, как у неё хватило сил все это сказать. Да и откуда они взялись? Ведь чаще всего бывает, что разговор с человеком закончился, а ты потом в голове его прокручиваешь и думаешь: надо было сказать ещё это и это, а лучше вот это. А тут… Наташа превзошла себя. Слишком много сказала, не нужно было этого делать, не нужно…
Как пришла домой, она совсем не помнила. О чем-то говорила с Соней, кормила ее ужином, но словно не она, а автомат. И спать легла в таком же состоянии. Тысяча мыслей и ни одной одновременно. Нужно поспать. А думать завтра, все завтра…